Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

Лекс долго молчал, глядя в потолок. Потом глухо произнёс:

— Я не переживу, если потеряю кого-то из вас.

— А я не переживу, если потеряю тебя.

— Она взяла его за руку и прижала к своему животу.

— Но мы не умрём.

Мы будем жить. И наш сын будет жить. Я знаю это. Я верю в это.

Цепочка на его шее потеплела. Так, как теплела всегда, когда они были вместе и когда всё было сделанно правильно.

— Пока мир стоит, я с тобой, прошептала Айрин.

— Пока мир стоит, ответил Лекс.

Они лежали, обнявшись, смотрели, как за окном занимается рассвет. Где-то далеко, на севере, пробуждалась тьма. Где-то в Чёрной цитадели семеро Архитекторов уже отдавали приказы. Где-то легионы Пустоты готовились к маршу.

Но здесь, в маленькой комнате, двое людей были счастливы. И этого было достаточно.

Они уснули, лишь когда за окном начало светлеть.

На рассвете Лекс стоял на городской стене один.

Внизу, у главных ворот, уже выстраивались колонны. Последние отряды покидали Шпиль, уходя на юг и на восток. Он смотрел им вслед и думал о тех, кто больше может не вернутся. О тех, кто ушёл вчера и позавчера. О тех, кто останется здесь навсегда. И гнал эти мрачные мысли прочь от себя.

Сегодня Шпиль опустел. Не потому, что людей стало меньше. А потому, что лучшие уже были в дороге.

Он поднял руку, посмотрел на свою ладонь. Мозоли, шрамы, следы ожогов от искр. Рука инженера. Рука воина. Рука человека, который хотел быть одним, но никогда тем.

Он сжал ладонь в кулак. Теперь уже права на ошибку не было. Слишком многое держалось на одном человеке.

Пока солнце поднималось над Айросом, Пустота уже шла ему навстречу.

Война неизбежна.

Война началась.

Глава 17. Второе нашествие

Месяц Тирион — Лаэриэль, 2003 г. Э.С.

Механос, Стальгорн, Стальной Шпиль — одновременно

Они ударили на рассвете.

Нет не с первыми лучами солнца, до них, когда горизонт уже алеет от проснувшегося солнца. В тот самый час, когда ночь ещё цепляется за землю мёртвыми пальцами, а свет только начинает робко просачиваться сквозь облака. В тот час, когда часовые на стенах зевают намного чаше, кутаясь в плащи, и мечтают о скорой смене. В тот час, когда даже самые бдительные позволяют себе на мгновение прикрыть глаза, всего на секундочку.

Они знали это. Они ждали этого.

И они ударили.

Механос. Колокол тревоги успел ударить только один раз.

На втором ударе верёвка уже висела пустой. Звонарь, старый Бертран, который служил на башне сорок лет и пережил три осады, просто рассыпался серым пеплом, даже не успев понять, что произошло. Его тень, та самая, что падала на каменный пол, сомкнулась на его горле, и он исчез.

Первыми пришли тени.

Не Глубокие Тени, а те, что были слугами Мор'Тала и умели убивать одним прикосновением. Нет, сначала пришли обычные тени. Те, что отбрасывают стены при свете факелов. Они начали вести себя неправильно. Удлиняться не в ту сторону. Дрожать, хотя пламя горело ровно. Скользить по камням, хотя ничто не двигалось.

Часовой на западной стене заметил это первым. Он смотрел, как его собственная тень та, что падала на каменную кладку, медленно, неуверенно, словно пробуя силы, потянулась к нему. Он не успел даже закричать.

Тень коснулась его сапога. А потом — щиколотки. А следом колена. И везде, где она проходила, плоть переставала быть плотью. Она становилась серой. Мёртвой. Как пепел. Как зола.

А потом начался истинный ад.

Пришли Глубокие Тени хлынули через стены, как вода сквозь трещины в дамбе. Они не ломали ворота — они просачивались сквозь них. Не карабкались на стены — они текли по ним, как расплавленная смола, только снизу вверх. Они были повсюду. В каждой щели. В каждой трещине. В каждой тени, которую отбрасывал факел.

Следом за ними волной пришли Гончие Пустоты.

Они не выли. Не рычали. Не издавали ни единого звука. Только их глаза, два багровых уголька горели в темноте, их когти, оставляющие в камне глубокие борозды, скрежетали по мостовой. Они были размером с лошадь, но двигались быстрее, чем любое живое существо. Их пасти не закрывались, они были распахнуты в вечном, неутолимом голоде. Они бежали только к одной цели. Прямо на ворота. Прямо на людей.

А на крыше старого пакгауза, на самой границе между Нижним и Верхним городом, стоял Мор'Тал.

Он не двигался. Его плащ, сотканный из чистой тьмы, сливался с тенями так, что даже эфирное зрение не сразу могло различить его. Две тени расходились от него в разные стороны, одна застыла неподвижно, вторая пульсировала, подрагивая в такт битве. Он наблюдал. Он ждал. Его когти, оставляющие в воздухе тающий багровый след, были сжаты, но он не спешил вступать в бой. Он был авангардом. Первым ударом. И его задача была проста: измотать, посеять панику, заставить врага истечь кровью. А для этого не обязательно убивать самому. Достаточно просто направить стаю.

Лирна встретила их у ворот.

Она стояла на городской стене, её аватар струящаяся вода, переливающаяся всеми оттенками зелени и голубизны, возвышался над городом. Она раскинула руки, и из земли, из-под камней, из старых колодцев и подземных родников хлынула вода. Но не просто вода живая, светящаяся, поющая на тысячи голосов. Она вздымалась стенами, закручивалась воронками, обрушивалась на тварей потоками, которые смывали их, как грязь.

Гончие Пустоты, попавшие в эти потоки, растворялись с диким воем, на этот раз им уже не получалось сохранить молчание, потому что вода Лирны причиняла им такую невыносимую боль, какой они не знали никогда. Глубокие Тени, пытавшиеся просочиться сквозь водяные барьеры, застывали, превращаясь в мутные, неподвижные сгустки. На мгновение показалось, что атака захлебнулась. Жизнь столкнулась со смертью.

Но Мор'Тал не был бы Теневым Клинком, если бы его план был так прост.

Он ударил с флангов. Там, где вода не могла подняться достаточно высоко, старые кварталы, стоявшие на возвышении. Там, где стены были тоньше, а защитников меньше. Его тени просочились сквозь бреши в обороне и начали с упоением вырезать защитников