Читать книгу - "Исповедь смертного греха 5 - Макс Вальтер"

— Шурик.

— Вижу, — отозвался он, не отрываясь от работы.

Синицын лежал на боку, пристёгнутый к стойке, и по его телу шли короткие непроизвольные движения. Палец, плечо, мышца на шее. Это было похоже на то, как дёргается спящий, или на то, как медицинская капсула проверяет работу рефлексов.

А потом он улыбнулся. Мимолётно, краем рта, на секунду. Так улыбаются, когда вспомнили что-то приятное. От этого у меня по спине пробежал холодок.

Улыбка сошла так же резко, как и появилась. Лицо снова стало пустым. Белые глаза смотрели в пол.

Прошло ещё две минуты…

«Я внутри».

Голос Каина ворвался в голову так внезапно, что я вздрогнул.

«Ты где был⁈»

«Здесь. Искал уязвимости в служебном контуре и перебирал варианты подключения. Их было семьсот сорок. Я не отвечал, потому что всё, что у меня есть, уходило на перебор. На разговор с тобой ресурса не оставалось».

«Предупреждать же надо».

«Учту», — совершенно безразлично отметил он.

Шурик откинулся на спинку кресла и выдохнул.

— Доступ открыт, — выдохнул он. — Держится на мне. Но как только я его отпущу, всё закроется.

— Долго удержишь?

— Сколько надо, столько и удержу. Это же программно…

Я посмотрел на Синицына. Тот лежал неподвижно и всё так же редко моргал. Ровно раз в минуту, как по расписанию.

«Каин. Что ты видишь?»

«Подожди».

Пауза вышла долгой.

«Тут не один голос».

«В каком смысле не один голос?»

«В прямом. Я ожидал увидеть один источник управления. Вместо этого вижу несколько независимых потоков активности, которые идут параллельно».

«Сколько?»

«Не считается. Они не разделены границами. Ближайшая аналогия: если бы ты слушал комнату, где говорят одновременно, и не мог понять, три там человека или триста».

Я посмотрел на Синицына и попытался хотя бы при помощи воображения понять, что засело у него внутри. Не вышло. Мозг просто отказывался рисовать картинку того, чего не понимал.

«Ты можешь с ними заговорить?»

«Я пробую с того момента, как вошёл. Ничего не выходит».

«Почему?»

«Потому что там нет слов».

Каин замолчал, и я почувствовал, как он подбирает объяснение. Он делал так, когда приходилось переводить на человеческий то, что человеческим не являлось. Примерно так же он реагировал на объяснение собственных процессов.

«Я думал, что найду язык, который надо расшифровать. Язык подразумевает знаки. Знак — это когда одна вещь обозначает другую вещь. У них нет знаков. Совсем».

«Тогда как они вообще обмениваются информацией?»

«Состояниями. Смотри».

Он вывел мне что-то в поле зрения, и я не понял, что вижу. Не текст и не схема. Пятна разной плотности, которые медленно перетекали друг в друга.

«Это моя попытка нарисовать тебе то, что я получаю. Она неточная и в основном ошибочная. Я не могу показать тебе это правильно, потому что у тебя нет органа, который это воспринимает».

«Объясни словами».

«Они не говорят „враг на западе“. Они меняют плотность в направлении запада, и вся среда, которая это чувствует, смещается туда. Сообщение и есть действие. Между ними больше ничего не стоит».

Я откинулся в кресле.

Всю жизнь меня учили, что противник о чём-то думает, что-то решает и отдаёт приказы. Что есть центр, который принимает решение, и есть исполнители. На этом строится вся тактика: найти центр, оборвать связь, обезглавить.

А здесь приказ и исполнение были одним и тем же.

«Каин, попробуй подать им что-нибудь. Что угодно. Мне нужно понять, реагируют ли они».

«Подаю».

Прошло несколько секунд.

Синицын дёрнул плечом.

«Отклик есть, — доложил Каин. — Я подал состояние, которое условно можно назвать присутствием. Просто „здесь кто-то есть“. Среда отозвалась».

«Как?»

«Уплотнением в мою сторону. И это не агрессия. Скорее… — Он снова остановился, подбирая нужные слова. — Я собирался сказать „внимание“. Это неправильное слово. У них нет внимания, потому что нет того, кто внимает. Но ближе я подобрать не могу».

— Он что-то нащупал? — спросила Карина.

Она сидела с закрытыми глазами, и на лбу у неё выступила испарина.

— Слышишь его? — поинтересовался я.

— Не слышу. Просто чувствую нагрузку. Она изменилась, стала неровной.

«Каин, продолжай».

«Подаю ещё».

Синицын снова дёрнулся, на этот раз сильнее. Нога проехала по полу.

«Я попробовал передать им то, что у меня есть о нас. Людях. Базе. Подал это как состояние: много отдельных источников в одном месте».

«И?»

«Они не восприняли это как информацию. Они восприняли это как еду или ценный ресурс».

В серверной было тихо. Шурик сидел, уткнувшись в экран, и не шевелился.

«Уточни».

'Отклик пошёл на уплотнение вниз. По направлению к нам, к нижним горизонтам. Тот же тип отклика, который я получал, когда подавал присутствие, но многократно сильнее. Они не поняли, что я им что-то сообщил. Они поняли, что появился ресурс.

«То есть ты сейчас показал им, где мы сидим?»

«Нет. Они и так это знали. Я показал им, сколько нас».

Я медленно выдохнул.

«Каин. Попробуй ещё одно. Подай им угрозу. Что-то, что для них опасно».

«У меня нет образца. Я не знаю, что для них опасно».

«Жар. Подай жар или огонь».

Пауза.

«Подал».

Синицын перестал моргать.

Это было первое, что я заметил. А потом он сел. Резко, в одно нелепое движение. Наручники дёрнули его обратно, стойка загудела, и он завалился на бок, но прежде чем упасть, он успел приподняться почти вертикально. Быстро, как не может садиться пятидесятилетний мужчина с больной поясницей.

Шурик отшатнулся вместе с креслом.

— Держи связь! — рявкнул я.

— Да держу я! Просто он… Напугал, блин!

Синицын лежал на боку, вывернув плечо под неестественным углом, и белые глаза смотрели прямо на меня.

«Каин, что произошло?»

«Отклик. Очень сильный. Я показал жар как состояние, и вся среда откликнулась одновременно и в одну сторону».

«В какую?»

«От источника. Они уходят от жара».

«То есть Тарас прав и это сработает».

«Вероятность высокая. Но есть ещё кое-что».

«Говори».

«Отклик пришёл не только отсюда».

Я замер, и до меня не сразу дошёл смысл этих слов.

«Что значит не только отсюда?»

«Колония в теле Синицына физически изолирована. Она под землёй, в гермозоне, отрезана от внешней среды. Тем не менее откликнулось больше, чем в нём помещается. Я получил ответ от объёма, который превосходит его тело на несколько порядков».

— Костя. — Карина уловила изменение моих эмоций. Она открыла глаза и уставилась прямо на меня.

— Он на связи, — сказал я. —