Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

Поэтому сочла нужным уточнить место. Она любила все знать точно. О мэре, например, она знала, что с ним нельзя ссориться, и что он строит дороги. Хотя это странно: человек, который строит дороги, чтобы соединять людей, не должен любить с ними ссориться.

— Конечно, дальше, Кристина! Намного, невооборазимо намного дальше! — папа Мигель сдвинул брови. Кристина поспешила исправиться:

— Это там, откуда Педро привозит корицу, да?

Где встает солнце. Много-много дней за горизонт.

— Да это совсем в другую сторону...

— А, туда, где был Колумб?

Значит — туда, где солнце садится.

— Понимаешь, ты меряешь по горизонтали, а я толкую совсем о другом.

— Что значит «по горизонтали»?

— Вправо, влево... к горизонту... — кажется, папа Мигель немного запутался. И кто знает, из-за вина или из-за «плохо». — Да, где горизонт, там и есть горизонталь. А в край амаранта добираться надо по вертикали.

— Но как?!. — ахнула Кристина, поджимая коленки к подбородку.

— Конца вертикали вовсе не видно, но это не значит, что края с амарантом — не существует, — папа улыбался и грозил пальцем.

— Мигель, не кажется тебе, что пора заканчивать уже со сказками! — наконец мама Карла перестала дуться и молчать. Она встала и забрала пустую папину тарелку. Брови у нее сделались как ласточкин хвост.

Папа Мигель умоляюще поднял брови и разулыбался.

— Ах, Карла, ведь моя сказка закончилась, когда я женился на тебе... Осталось только понарошку...

— Кончилась его сказка! — мама Карла дала папе Мигелю ненастоящий подзатыльник и нахмурилась еще сильнее. Потому что она собиралась смеяться. — Прими к сведению, Мигель, она только начинается! И, кстати, — мама Карла выглянула в окно, там вдалеке прыгали огоньки факелов, — к нам едут новые постояльцы. Будь так добр, не рассказывай небылиц за стойкой.

Папа Мигель шуточно отдал честь, отставил стакан, послал маме воздушный поцелуй и неуверенно зашагал к дверям. Кажется, он делался сильнее.

— А вы, сеньорита, прочитайте молитву и отправляйтесь в постель! — это уже относилось к Кристине.

Ночью ей приснился край, где растет амарант. Амарант — это были такие большие блестящие розовые камни, которые вырастали на берегу океана. Их специальным колдовством стирали в муку, из которой прямо на камнях пекли сладкие лепешки. Если разломить лепешку, из нее выскальзывала на небо радуга. Только пахли радуги не корицей, а переспелыми помидорами. Папа откусил от лепешки первым и сломал себе зуб.

Утром Кристина сбежала по лестнице вниз, даже не переодеваясь, все в той же своей белой длинной сорочке. У нее был жизненно важный вопрос, с которым ждать было просто непозволительно. Что-то с амарантом было не так.

Папа Мигель уже стоял у стойки, бледный, бодрый и серьезный. Он разливал по стаканам херес для незнакомцев, что сидели за столиком и приглушенно о чем-то говорили. Вид у них был заговорщицкий. Наверное, вчерашние постояльцы.

— Папа! — позвала Кристина, подлетая к отцу, спотыкаясь и врезаясь в его ноги.

Папа Мигель вздрогнул и пролил херес мимо.

— Кри! Разве можно так пугать?

— Я громко топала ногами... — возразила Кристина в свое оправдание. — Но, папа, скажи... — она настойчиво дернула его за рубаху, — амарант — это что такое?

— Амарант? — поднял брови папа Мигель. А потом хмуро сдвинул их: — Какой амарант?

— Что значит — какой? «Край, где растет амарант», ты же вчера рассказывал... Помнишь? Там много радуг, никто не покупает счастье, едят орешки и корицу... Но амарант не может быть камнем, ты сломал зуб о него...

Папа Мигель закашлял.

— Кристина, это была сказка. Только сказка.

— Но...

— Прости меня, дочка... — папа Мигель оставил бутылку на стойку и присел на корточки. Его черные глаза посмотрели прямо на Кристину. — Вчера я... мне стыдно за себя вчерашнего. Наверное, я тебя крепко напугал. Но ты мне очень помогла, — и он улыбнулся широко-широко, а потом поцеловал дочку в щеку. — Я снова сильный. И ты у меня сильная.

Щеки Кристины покраснели — она любила, когда папа ее хвалил, потому что он всегда хвалил за дело, а не каждый день, как мама Карла.

— Хозяин! — позвали незнакомцы из-за стола. — Сколько можно с ребенком нянькаться! Давай нашу выпивку!

Папа Мигель резко встал. Глаза его грозно сверкнули на миг, а потом лукаво заблестели.

— Сеньоры, не беспокойтесь, мой ребенок вырастет скорее, чем остынет ваш херес, — и шепнул Кристине: — Беги, оденься — жители «Горизонта» всегда должны выглядеть достойно. Мама Карла уже потеряла тебя, наверное...

— Но амарант..!

— Просто красивое слово. Забудь... — Папа Мигель был неумолим. — Ну?.. А я обслужу этих грубиянов.

— Не давай им смеяться над тобой! — погрозила Кристина пальчиком.

— Да чтобы я?.. Никогда! — папа Мигель подмигнул, осенил себя их тайным знаком крест-накрест и составил стаканы на поднос. — Ваш херес уже в пути, сеньоры!

Сеньоры шутку не поняли.

Папа Мигель был великолепен во всем. Но про амарант Кристина так и не смогла ему поверить. Это слово стало ее заветным секретом.

Глава 3. Вертикаль. Венто решает стать ловцом счастья

Глава 3. Вертикаль. Венто решает стать ловцом счастья

— Уйди! Хватит! — Аннато отогнала приставучий пар, что настырно подныривал под руку. — Ты мне мешаешь!

Дверь на кухню распахнулась, впуская холодный воздух. Белый пар поредел и убрался в угол. Теперь Аннато могла четко видеть выстроившиеся шеренгой флакончики.

— Аннато, бормочешь, как всегда! — захохотала Мескито, втаскивая за собой огромную бочку. — Давай, Венто, толкай лучше! Да смотри, с мостков не свались!

— Закройте дверь, мне тут сквозняки ни к чему, — нахмурилась Аннато. Она отложила мерный половник и, кряхтя, водрузила на чан тяжелую крышку. — Что это там у вас?

Мескито помогал худой парнишка в льняной рубахе на выпуск. Бочку, охая, вкатили в самый угол, выбив оттуда пыль и остатки белого пара. Рядом с мешком с корешками куркумы.

— Фу-ух! — отряхнул ладони паренек и уставился на половник Аннато. — Ты напиток счастья разливаешь?

— Амарантовая мука, — ответила Мескито. — Ловцам крупно повезло в походе. Все, иди, иди, — это уже предназначалось Венто.