Читать книгу - "Жандарм - Andreas Eisemann"

Совет сразу от обеих структур, получив три голоса из пяти. Однако Плеханов испугался его доминирования, перешёл на сторону Мартова, и Ленина убрали из ЦО. Ленин не захотел мириться с поражением, превратил ЦК в орган, параллельный Совету, и стал агитировать за созыв Третьего съезда — с целью окончательно смести политических противников. Именно тогда в расширенный состав ЦК были кооптированы в том числе Землячка, Красин и Эссен.

По мере эскалации конфликта влияние Ленина в ЦК стало таять. Он терял лицо: репутация сурового Робеспьера сменилась образом мелкого журналиста, которому прищемили хвост. ЦК раскололся на ленинцев и примиренцев, и Ленин оказался в меньшинстве. Ленинских сторонников Эссена и Лёнгника арестовали, Землячку — удивительно глупую и склочную, на грани помешательства бабу, — коллеги попросту выгнали. Примиренческое большинство легализовало меньшевиков в ЦО, заблокировало партийное издательство для Ленина и распустило структуры, агитировавшие за новый съезд. 20 февраля 1905 года, уже на фоне начавшейся революции, Ленина исключили из ЦК. Он превратился в рядового члена партии.

Что же должен был ответить на это Ленин? Расстрелять предателей как собак. Позже он их и расстреливал. Но тогда таких возможностей у него не было. Поэтому он сдал весь этот ЦК жандармам — буквально через два дня после исключения.

22 февраля ЦК РСДРП проводил очередное совещание на квартире писателя Леонида Андреева. В нём принимало участие девять членов ЦК из одиннадцати, в том числе Красин. Два члена ЦК в тот период находились за пределами Москвы. Ленин членом ЦК уже не был.

Днём заседавшие решили сделать перерыв и вновь собраться вечером. И Красин внезапно решил смотаться из Москвы в Орехово-Зуево — посмотреть, как там обстоят дела на родной электростанции. В середине 1904 года он уехал из Баку и переехал в Подмосковье, где налаживал электростанцию для фабрики Саввы Морозова. Работал под своим именем и официально получал жалованье.

Вечером Красин вернулся в Москву, чтобы продолжить участие в заседании ЦК. Опоздал — было уже часов восемь. Подъехал к дому Андреева, увидел у подъезда полицию и проехал мимо. Арестовали тогда всех, включая самого Андреева. Красин таким образом счастливо избежал ареста. Орехово-Зуево — это около ста километров от Москвы, то есть два часа на поезде, плюс около часа от вокзала до места назначения. Итого пять часов на дорогу туда-обратно. Какой смысл был ехать в таких условиях, чтобы в тот же день вернуться? Никакого — кроме алиби.

Но это ещё не всё. После ареста ЦК Красин примчался к Савве Морозову и заставил его написать задним числом письмо, где он командируется в Швейцарию по делам фирмы. Однако поехал Красин не в Швейцарию, а на встречу с оставшимися на свободе членами ЦК. От имени ЦК он подписал соглашение с Бюро комитетов большинства — отдельной структурой, организованной Лениным для созыва Третьего съезда, — горячо одобрив этот созыв. То есть отказался от всего, против чего до этого боролся. После этого все три оставшихся на свободе в России члена ЦК выехали в Женеву и перешли целиком на сторону Ленина. Они участвовали в созыве Третьего съезда, в его работе, и двое из них были избраны в ленинский ЦК.

Съезд прошёл в Лондоне на неизвестно откуда взявшиеся деньги и закрепил господствующее положение Ленина среди большевиков. До этого его влияние постоянно оспаривалось, а сами большевики считали себя не более чем одной из фракций РСДРП. На съезде была принята боевая резолюция о подготовке вооружённого восстания в России.

К этому времени Красин перешёл на нелегальное положение и пересёк границу по чужим документам. Старый ЦК, куда более умеренный, был арестован. Возвращение в Россию после его провала — это смертельный риск. Тем не менее Красин возвращается легально, под своей фамилией. Объясняется это обычно тем, что жандармы якобы не знали о его членстве в старом ЦК — ни один из арестованных об этом не сообщил. Всё это, разумеется, полная ерунда. Жандармы имели детальную информацию о том, что происходит в партии: там была масса осведомителей, членство Красина в ЦК было им хорошо известно, и полиция немедленно получила отчёт о Третьем съезде, где Красин выступал очень активно, был фактически вторым лицом после Ленина и был переизбран в ЦК. Помимо этого, Красин был человеком чрезвычайно осторожным и всегда соблюдал конспирацию.

Откуда же тогда такое безрассудство — и, добавим, безрассудство оправданное и прозорливое? Жандармы Красина не тронули. Он стал жить в России под своим именем, и никто его не трогал. Официальная историография РСДРП — и в России, и за рубежом — ответа на этот вопрос не даёт. Дать его она не может, поскольку существует лишь два рациональных объяснения этой головоломки.

Первое: Красин является точной копией Ленина — Ленин номер два, человек, работающий на иностранное государство и одновременно сотрудничающий с жандармским управлением. Второе: Красина не тронули по просьбе Ленина.

И может быть, при этом Ленин сдал ЦК руками Красина. Какой вариант предпочтительнее? По всей совокупности фактов трудно предположить, что Красин был карточным болваном. Это активный игрок. И таким активным игроком он был всегда, не только в период Первой русской революции, но и после 1917 года.

Похоже, что Красин был двинут в ЦК в 1904 году Лениным не просто так. У Красина для этого не было никаких данных.

Единственное объяснение такого продвижения — это тёмная лошадка, которую дали Ленину со стороны, и задача которой заключалась в информировании об антиленинской оппозиции в ЦК, а затем в её уничтожении и в перехвате управления. Это объясняет как проленинскую позицию Красина, так и его независимость от Ленина.

Пока Красин был в большевистском руководстве, власть Ленина не была абсолютной. Отсюда понятно и последующее отжатие Красина от рычагов управления, и его внезапный выход из дела в 1908 году на уровне ЦК. Причём десятилетний цикл — выход в 1908-м и возврат в 1918-м — был снова буквально за один день сменён на вход.

После окончания съезда Красин из Лондона поехал не в Россию, а сначала завернул во Францию, где встретился со своим работодателем Саввой Морозовым. Это была последняя встреча Морозова с посетителями. Через два