Читать книгу - "Не по собственному желанию - Александр Куринь"

Исааковичем, объяснил ему все свои проблемы и хотелки, после чего без труда арендовал на недельку необходимый реквизит. При этом, дядя Марк выговорил право лично присутствовать на нашем спектакле. Вот былав у человека чуйка, он уже убедился в том, что я и есть, та самая курица, несущая ему золотые яйца, поэтому не пожелал упустить шанс для пополнения репертуара.

Для репетиций у нас оставалось всего три дня, но я надеялся, что мы успеем. Реприза была коротенькая, артисты и главный режиссер полны энтузиазма, да и репетировали мы, используя каждую свободную минутку. В общем, успели, удалось даже подготовить суфлера, Юру Федецкого, а то мало ли что может случиться на сцене? Как я не надувался от важности, но главную роль библиотекаря, пришлось отдать Кошману, все же не тяну я на побитого жизнью хитроватого еврейского мужчину, а тот, с этой ролью справлялся просто блестяще. Понятно, кровь себя всегда покажет.

Впрочем, и все остальные, по словам Надежды Петровны, смотрелись также не плохо, особенно если учесть, что слезы, выступившие от смеха на ее глазах, не давали возможности присматриваться к деталям. Главной проблемой, с которой я столкнулся, было отобрать и написать реплики, понятные школьникам и отсеять все лишние, содержащие определенные одесские двусмысленности, непристойные намеки и фразы, которых не было в учебниках русского языка. Это не составило труда, ведь каждый воспитанный и образованный человек, должен на зубок знать список тех слов, которые никогда не следует произносить. Не сомневаюсь, что для взрослой аудитории все можно было бы сделать несколько иначе и заметно интересней.

На новогодний вечер мы явились все вместе, и конечно же, я был одет в свою любимую парусиновую "джинсу". С облегчением наблюдаю, что наши артисты совершенно не волнуются, а иногда и шутят друг над другом, пользуясь репликами из нашего мини-спектакля. А ведь у меня мелькала мысль, наделить всех глотком коньяка, от стресса. Что ни говори, а сегодня всесоюзный дебют жанра. Пройдя всем коллективом в коридор второго этажа, мы влились в толпу участников вечера, ожидавшую начала. Как я и предполагал, более всех выделялись девчонки, правда, теперь уже девушки, если говорить о десятых классах. Многие, уже с наведенными тенями и в туфельках на высоком каблуке. А их необычные прически с начесами и модные наряды делали девчат вообще не похожими на тех, с кем мы каждый день встречались в школьных коридорах. Платья, прямые или с силуэтами трапеций, мини-юбки с блузками и вязаными свитерками, придавали каждой девушке свой индивидуальный и неповторимый вид. Более всего мне нравились их мини-юбки, доходящие чуть ли не до середины бедра, а мягкие складки и крупная вязка свитеров идеально подходила по стилю.

Немного в сторонке, компактной кучкой, стояли наиболее ответственные или, может, самые озабоченные родители, все же рабочий день сегодня. Лишь некоторые из них смогли прибыть к нам на шесть часов. Из моих знакомых я заметил только мать и отца Мишки Кошмана, ну и вездесущего Марка Исааковича, который о чем-то увлеченно беседовал с нашим директором. Из-за все еще закрытой двери спортзала, доносились гитарные проигрыши, звон тарелок и глухие звуки ударной установки. Это готовились звезды сегодняшнего бала, ребята – радиоэлектронщики. Иногда, мимо нас с реквизитом, бумажками и свертками, озабоченно пробегали члены оргкомитета.

Ровно в шесть, двери широко распахнулись и все ожидавшие начала, нетерпеливо толкаясь, дружно ввалились в празднично украшенный зал, разбегаясь и занять лучшие места. Сцены, как таковой здесь не имелось, было условно обозначено место для музыкантов и выступлений классных коллективов, а также, отделенный плотной шторой закуток для подготовки артистов.

На этот раз, все обошлось без партии и правительства. Праздничный вечер начался с краткой речи нашего конферансье, которая, поздравив с наступающим Новым годом, объявила первый номер программы. Как и ожидалось, вначале были танцы и на девушек – десятиклассниц, коршунами налетели их кавалеры, уже давно наметившие свои жертвы.

Я никогда не был фанатом танцев, но и уклоняться от них не собирался. Все, что я знал и умел - это "медляк", фокстрот или dancehall смог бы станцевать как попало, ведь до сих пор, единственным местом, где на танцы могли попасть даже такие как я, была танцплощадка в пионерском лагере. Но когда девчонки все-таки извлекли меня из угла и вытащили на танцевальную площадку, то тело вспомнило и твист, и шейк, и шизгару, и даже забытый чарльстон, словом, все, кроме вальса и танго.

Удивительно, но совсем не было рок-н-ролла. Я припомнил, что официальные власти не жаловали этот танец стиляг и прочих неформалов. Советские газеты, клеймя стиляг, писали: "Стилягами называют сами себя, эти типы, своим птичьим языком. Они, видите ли, выработали свой особый стиль – в одежде, разговорах, в манерах, но главное в их поведении – не походить на обычных людей." (истинная цитата из газеты "Труд").

В заключение, музыканты сыграли давно забытые мной хиты Магомаева, "Ла Бамба" и "Черный кот". В общем, веселились как могли и мне удалось потанцевать даже с девочками из старших классов, хотя по выражению их лиц было видно, что, несмотря на все мои заслуги, я вовсе не рассматривался ими как потенциальный кавалер. Несколько раз бросал косые взгляды и на собравшихся в углу зала родителей. Зачем они вообще притащились сюда, неужели для присмотра за своими маленькими детками?

Примерно через час, когда все уже успели вспотеть и запыхаться, ведущая объявила о начале конкурса школьной самодеятельности. Музыканты, отодвинули свои установки в сторонку и на сцену вытащили большие рамки с ширмами. Удивительно, но более активными оказались младшие классы, из старших – один девятый и один десятый, так и вовсе снялись с дистанции. Наше выступление было последним, потому что нам требовалось дополнительное время для оборудования интерьера. И пока из-за ширмы доносились звуки скрипок, баянов и хоровое пение, мы с помощью добровольных помощников из класса, расставляли мебель, стулья, книжные полки и остальной неприхотливый библиотечный реквизит.

Но вот, пришло время нашего выхода. Раздвигается занавес, и я бросаю взгляд в зал. Что можно сказать - на лицах большей части присутствующих, было написано одно желание – поскорее вернуться к танцам. Достала уже всех эта художественная самодеятельность. Вижу, что и кучка взрослых заметно поредела, похоже, многие вышли в коридор на перекур. Но старого, битого волка - Марка Исааковича не проведешь, он терпеливо дожидался нашего выхода.

– Друзья, а теперь перед вами выступят артисты оригинального жанра из восьмого "Б". – громко объявляет главный конферансье, потому что именно на таком представлении нашей команды