Читать книгу - "Не по собственному желанию - Александр Куринь"

киевского котла, указывая приблизительные направления немецкого наступления. Думаю, что как военным, им было интересно послушать об этом. Благодаря интернету, я знал массу подробностей окружения сорок первого года. Я поведал о потерях Красной армии в почти в пятьсот тысяч солдат, одними только пленными, а также о гибели командующего фронтом, генерала Кирпоноса. При этом, кубинцы как-то недоверчиво переглядывались и качали головами. Пожалуй, такие масштабы их поразили. Мелькнула мысль:

- И что это я так разошелся, может им, в их танковой академии совсем другие цифры приводят, а тут я со своими открытыми архивами влез?

Что тут поделать, если уже начал, то надо продолжать, а потом и заканчивать. И указывая на север и вниз по Днепру, принялся рассказывать о Букринском и Лютижском плацдармах и освобождении Киева в 1943 году. От греха подальше, о наших громадных потерях, решил вообще помалкивать. После этой краткой лекции мы спустились на Подол и зашли на Жытний рынок, осмотрев по пути парочку церквей. Пообедали в маленькой столовой, которая размещалась в подвальчике. Если не ошибаюсь, то именно здесь мы и харчевались в мою бытность в спортлагере в 1964-м. С нашей кухней они уже познакомились, потому что уверенно выбрали борщ. Рассказав об основных городских районах, я на бумажке нарисовал самые главные транспортные магистрали с номерами трамваев, троллейбусов и привязкой к линии метро.

Полагаю, как на свои годы, гидом я оказался неплохим. Перед тем как расстаться, я честно рассказал о своих шкурных интересах по совершенствованию испанского языка. Мы договорились, что Алонсо будет мне звонить, когда у него или его сослуживцев появится возможность выйти за ворота части. Им, моя помощь точно не помешает.

Следующие пару месяцев показали, что такой способ изучения языка, наиболее правильный и уже через пять - шесть встреч с кубинскими ребятами, мое произношение и понимание, заметно улучшилось. Убедившись, что все идет как надо, я решил, что в следующем году покину курсы испанского. Не беда, что диплома не будет, ведь мой интерес состоял совершенно в ином.

Позже, не смотря на значительную разницу в возрасте, мы с Алонсо стали настоящими друзьями. Думаю, это случилось потому, что у него на Кубе остался младший брат, примерно моего возраста. Расспрашивая о Кубе, я выяснил, что лейтенант являлся ярым поклонником Че Гевары. А когда я смог назвать полное имя коменданте – Эрнесто Гевара де ла Серра, Алонсо обрадовался как ребенок и довольно закивал головой. Однако следующая моя информация, о том, что его Че, по происхождению аргентинец, лейтенант воспринял с недоверием. Вернувшись в казарму, он принялся расспрашивать у сослуживцев, так ли это. Убедившись, что и здесь я не ошибся, проникся еще большим уважением.

В один прекрасный вечер, перед самым наступлением холодов, мне позвонил Марк Исаакович:

- Саша, скажи, ты в это воскресенье свободен? Не хочешь прокатиться вместе со мной на дачу к нашему общему знакомому, Семену Захаровичу? Он собирается запустить тот агрегат, который ты ему посоветовал и очень просил, чтобы я тебя привез.

Я подумал и согласился, поскольку ничего особо важного на выходной у меня запланировано не было. Более того, моих учителей кубинцев отправили воевать, куда-то под Чернигов.

- Конечно, Марк Исаакович, я согласен и с большим удовольствием. Мне и самому хотелось бы посмотреть, что там получилось.

Около восьми утра, серая Волга ГАЗ 21 подкатила к нашему подъезду. Заметив, что на меня поглядывает знакомый дворник, я было попытался солидно устроиться на заднем сиденье, но оно было уже занято Лялей, сидевшей на куче разного барахла. Аккуратно хлопнув дверцей, сажусь впереди. Заурчал мотор и машина тронулась.

– Да, не очень у них со звукоизоляцией салона, – подумал я, и голова по привычке заработала в направлении шумоизоляции.

- Да ну ее к черту, всю эту фигню, у меня что, других проблем нет? - через пару минут я отогнал эти вредные мысли.

На выезд из города мы направились по Брест– Литовскому проспекту, в сторону хорошо знакомой мне Житомирской трассы. Сколько же сотен, нет, даже тысяч километров я по ней намотал! Слева, вдоль дороги, расположился парк КПИ, вдоль которого все еще бегал трамвай. Далее, шли корпуса завода "Большевик", а вот уже и станция Святошино показалась, неподалеку от которой находилась самая известная в Киеве барахолка.

- И как это я о ней забыл? Ведь массу проблем со своей одеждой можно было решить именно здесь. Ставлю зарубку.

Марк Исаакович резко свернул на боковую улицу, отчаянно крутя руль. Мне показалось, что при этом, он сделал чуть ли не три полных оборота.

- Ничего себе, совсем как штурвал броненосца, - удивился я, - интересно, а есть ли вообще у "Волги" гидроусилитель руля? Если нет, то я, пожалуй, и с управлением еще не справлюсь.

Эта мысль, мне очень не понравилась. Как это я, со своими сорока годами водительского стажа, крутивший баранку на ВАЗ 2108, 21099, а потом своего любимого корейца и, наконец, Мазду – автомат, и вдруг не смогу? Ну да ничего не поделать, издержки юности, я сейчас и до педалей с трудом достану. Хорошо, что этот недостаток под названием детство стремительно проходит, причем всегда и у всех.

Времена длинных и унылых очередей еще не наступили, поэтому не прошло и десяти минут, как Марк с Лялей вышли из магазина с полными авоськами и уселись на свои места. Похоже, нам повезло, так как это был последний магазин перед выездом из города. Метров через пятьсот, городской пейзаж сменился на пригородный, и далее нам попадались лишь одноэтажные постройки. На отдельных участках дорога была все еще выложена неровной, довоенной брусчаткой.

– Интересно, а куда это он меня везет? Ведь не в мое же любимое село, откуда я и нырнул в этот мир? - мелькнула правильная мысль и я поинтересовался,

– Марк Исаакович, а куда мы с вами путь держим?

– А что, я разве не говорил? - удивился тот, - вот сразу после моста через Ирпень, повернем налево и мы уже в Гореничах.

- Ага, известное место, проезжал через него и не раз. Интересно, узнаю ли там хоть что-нибудь?

Немного поскакав по проселкам, мы минут через десять были на месте и въезжали в широкие, гостеприимно распахнутые ворота. Дом у Захаровича был небольшой, двухэтажный, вернее одноэтажный с мансардой. Сейчас, еще действуют строгие ограничения на строительство дачных домиков, а мансарду, при желании, можно оформить как чердак или голубятню. Вспомнилось, что нынче у нас первым