Читать книгу - "Падение - Марк Дж. Грегсон"

Слово срывается с его губ, почти с улыбкой. Потому что он ожидает, что я сейчас поступлю как мать.

«Пощади».

Я так долго мечтал услышать, как он произносит это слово. Думал, что этот момент принесет мне чувство удовлетворения. Но этот ублюдок просит пощады? У меня? После всего, что он натворил с этим миром?

Это не наполняет меня удовлетворением.

Только отвращением.

Я поднимаю трость.

«Возможно — кашляет он — я ошибался насчет тебя».

«Ты ошибался во всем, Ульрих. Никто не будет петь для тебя».

Я наношу решающий удар, раскалывая ему верхнюю часть черепа и вонзая клыки проулона в голову.

Король дергается, а затем падает на бок. Он — дрожащий, разбитый обломок, лежащий у подножия арены.

Кровавые руины.

Но я нападаю снова. И снова. Кричу, когда проулон вонзается в его череп, пока он не исчезает навсегда.

Затем я падаю на колени — и силы окончательно покидают меня. Плечи судорожно вздрагивают, я рыдаю. Сквозь пелену слез я вижу перед собой человека, который тренировал меня с тростью. Он стоит всего в нескольких футах, глядя на меня сверху вниз, и я замечаю — возможно, в последний раз в жизни — как он прячет едва заметную улыбку.

Он гордится мной.

«Мой сын».

Я пристально смотрю на него, единственный, кто видит его. Это снова только мы, но я больше не мальчик. Он замечает мою трость — ту самую, которую я бы выбрал, если бы нам все-таки удалось сходить в «Эквилибриум» вместе.

Внезапно его образ блекнет — исчезает, как туман под дождем.

На арене царит полная тишина.

Слезы согревают мое холодное лицо.

А потом Паунд, Элла и Брайс с диким восторгом кричат. Бегут ко мне. Паунд подхватывает меня, ревя как маленький ребенок, и поднимает высоко, чтобы видела вся арена.

«Паунд, — шепчу я, — мои ребра…»

Но он не отпускает меня. Элла и Брайс танцуют вокруг, смеясь и плача, пока ошеломленная толпа наблюдает за этим.

Оставшиеся Мастера дяди бросаются бежать. Но Элла тычет пальцем, приказывая толпе схватить их. Высшие замерли, но Низшие, повара, которые отравили гостей Дяди?

Они спрыгивают с трибун и пускаются в погоню за Тарой и Мариан.

Вскоре двух ложных Мастеров, с окровавленными лицами, заставляют встать на колени в окружении толпы.

Паунд, Элла и Брайс поднимают мои руки в воздух. Даже ту, что сломана.

«Слава королю Конраду!»

Низшие подхватывают это мгновенно. И пока мое сознание балансирует на грани потери, толпа Высших переглядывается. Затем, глубоко вздохнув, они кричат: «СЛАВА!»

ГЛАВА 63

Оправившись после победы над дядей, первым делом я бросился в погоню за Нижним, который пробрался в поместье и похитил моего кузена, Таддеуса.

Он принес Таддеуса к самому краю дока. Держал испуганного, плачущего мальчика над бездной неба, угрожая сбросить. И когда мои ноги коснулись досок причала, и я подошел к ним, то понял, что в тот момент ни мать, ни отец не говорили со мной.

Это решение было полностью моим.

У меня не было никаких подсказок.

Таддеус мог стать моей величайшей угрозой. Но дядя ослаблял себя, устраняя угрозы, а я их не боюсь.

Поэтому вместо того, чтобы выбрать легкий путь, я решаю сделать то, на что мой дядя никогда бы не решился. Многие покорно плывут по ветру. Но иногда нужно идти против него, и даже когда он яростно хлещет по корпусу, необходимо упрямо держать курс — просто потому, что ты силен и в твоем сердце жива доброта.

Пока похититель держал плачущего мальчика над небом, я опустился на колени и стал умолять. Ошеломленный Нижний на мгновение застыл, пристально всматриваясь в мое лицо. Он метнул взгляд на небо, затем снова на меня, и секундой позже наконец опустил Таддеуса на деревянный настил причала, после чего бросился наутек.

Я поспешил прижать Таддеуса к своей груди, утешая его так же, как утешал больную мать, баюкая ее. И пообещал, что научу его быть лучше, чем того хочет этот мир.

Война порождает чудовищ.

Она породила Меритократию. Лантийский Совет. Горгантаунов. Кислотную стену, разделяющую Верхний и Нижний миры. Она породила Себастьяна, дядю и Гернера. И породила ту катастрофу, которую я теперь наследую.

Прошло три месяца с тех пор, как дядя пал на Фрозенвейле, и все пребывает в полном хаосе. По всем Скайлендам голодают люди, не прекращаются подпитываемые ненавистью нападения на десятки тысяч лантийских беженцев, которых мы спасли из разрушенных туннелей Нижнего мира. Есть даже проблемы из-за сбежавших лже-Мастеров, которые отказались уступить свою власть.

Но Тара от Кайла и Мариан от Сандовала заперты под замком в ожидании суда, как только мы завершим восстановление Профессии Закона.

Многие относятся ко мне с недоверием или откровенно ненавидят. Есть группы людей, которые отказываются поддерживать лантийцев или интегрировать их в Скайленды. А есть и те, кто утверждает, что я планирую полностью разрушить меритократию. Еще больше тех, кто презирает меня за то, что я сдержал свое слово, данное Этвудам.

Агресс и Белликоз забрали Север под свой контроль.

Кроме того, Скайленды преследуют Неуправляемые, которые эволюционировали за пределы возможностей наших церебраунов. Эти монстры выслеживают добычу в воздухе, быстро увеличиваясь в размерах благодаря питанию, получаемому от небесных китов. Только за последние две недели на нас напали четырнадцать горгантаунов, и Охота перегружена работой.

За последний месяц я посетил больше встреч с моими советниками, чем могу сосчитать. Но Мира и ее муж Таннер с большой самоотдачей взялись за свои новые обязанности. Я также привлек к работе Аню от Иванова, потому что мне нужен советник с военным опытом, не связанный с Орденом.

Помимо этого, в последнее время я пел «Песню Падения» столько раз, что мое горло начало кровоточить. Отто от Сельмы, Мастер Коко, Кирси от Ребекки, Макгилл, остров Холмстед. И я измотан всем этим. От требований предоставить больше машин «Вихрь» для поглощения кислотных облаков до моих постоянных дуэльных тренировок с Кассандрой от Тальбы, ведь мне нужно удерживать власть.

Редкие моменты, когда я могу расслабиться, — это когда мои друзья прилетают на Венатор.

Именно с этого острова я теперь правлю, ведь я — Охотник на всю жизнь.

В настоящее время Китон и мои друзья ушли на «Гладиане», так как могучие южные горгантауны совсем бесчинствуют. Но сегодня они возвращаются.

Я стою в королевской каюте своего нового личного авианосца, переименованного в «Проулон», и провожаю взглядом зеленые пики Венатора за окном. Малыш Ги, достигший