Читать книгу - "Искупление - Стивен Бакстер"

Он подумывал о том, чтобы разбудить Ашер Феннелл, чтобы она проконсультировала его по этому поводу и поделилась опытом. Он действительно сделал все возможное, чтобы настроить системы для получения исчерпывающих записей об этом событии. — Если мы доживем до того, чтобы увидеть это, — пробормотал он, — Ашер поблагодарит меня за это…

Он продолжал наблюдать, в то время как его интеллектуальные системы отслеживали небо.

И через девяносто дней он заметил еще кое-что неожиданное. На первый взгляд это было просто размытое пятно, сильно покрасневшее, выплывающее из плоскости Галактики и быстро исчезающее. Скопление звезд, ставшее красным из-за доплеровского смещения, как он быстро понял, а также из-за манипуляций рыбок-фотино. Это было шаровое скопление, скопление из сотен тысяч звезд, одно из многих, спокойно вращающихся вокруг центральной массы Галактики. Большинство этих звездных масс все еще следовали по своим орбитам — и, предположительно, будут следовать до их окончательного рассеяния и разрушения во время столкновения галактик.

Все, кроме тех, которые улетели до того, как галактики сомкнулись.

Его системы не давали ни малейшего представления о том, какой движущий механизм мог сдвинуть целое звездное скопление с огромными ускорениями. Но он смог идентифицировать скопление в каталогах, которые датировались наблюдениями астрономов на Земле до смещения. И тогда он понял.

Это была M15.

Место, куда отправилась команда Гэа после мятежа офицеров.

— Итак, вы использовали шаровое скопление в качестве спасательной шлюпки при крушении галактики. — Он отсалютовал небу. — Отлично сыграно, Фламмарион. Помни меня. Наконец — примерно через сто дней для Джофиэла, на пару миллиардов лет позже — галактики прошли мимо друг друга.

Андромеда, надвигающаяся краем, как чудовищный щит, с хорошо видимым выступом ее центральной выпуклости, скользнула в поле зрения Джофиэла. Под плоскостью родной Галактики.

В течение следующих нескольких недель Джофиэл с удивлением наблюдал, как удаляется Андромеда. Два плотных ядра галактик казались нетронутыми. Но неровные полосы звезд, которые были спиральными рукавами, были вырваны из обеих галактик и тянулись, как переплетающиеся паутины. Паутины, которые были цепочками звезд и планет, а также скоплениями газа и пыли.

Затем движение Андромеды, казалось, замедлилось. Джофиэл попытался оценить это, наблюдая очевидное уменьшение этой яркой центральной выпуклости день ото дня.

Через сто пятьдесят дней Андромеда совсем перестала удаляться.

И к ста шестидесяти, к ста семидесяти дням стало очевидно, что Андромеда возвращается для очередного захода.

К настоящему времени Джофиэл провел некоторые исследования; он понял, что вся система, две связанные галактики, потеряли много потенциальной энергии из-за сильного трения двух структур, рвущихся друг к другу. Это было подобно тому, как прыгающий резиновый мяч теряет высоту при каждом ударе о твердое покрытие.

И вот произошел следующий отскок.

И из-за потери энергии второе столкновение было почти лобовым. На этот раз два массивных ядра сблизились бы намного больше.

Это произошло примерно через двести дней по часам Джофиэла. Четыре миллиарда лет спустя. На этот раз две галактики прошли друг сквозь друга, и огромные газовые скважины, которые населяли спиральные рукава галактик, смешались и сжались. По всему небу, в огромных светящихся облаках газа, рождались массивные звезды. Многие быстро умирали; сверхновые вспыхивали и искрились в ускоренном во времени видении Джофиэла.

И Джофиэл увидел, как сердце Андромеды, огромная центральная выпуклость, проплыла под его горизонтом.

После этого все пошло наперекосяк.

В последующие дни и недели — для Джофиэла, на протяжении сотен миллионов внешних лет — две системы претерпели целую серию столкновений, коротких, сотрясающих отскоков, каждый из которых был меньше предыдущего. Но структуры обеих галактик, по крайней мере вдали от их центральных выпуклостей, стали запутанными, разрушенными.

К этому времени Джофиэл уже достаточно разбирался в астрофизике, чтобы понять, что происходит. К его двести пятидесятому дню — примерно через пять миллиардов лет в этом непредвиденном будущем — галактики сливались в новый единый гигант: эллиптический, бесформенный, богатый молодыми звездами. Их плотные ядра сливались в единую массу.

И очень скоро сольются даже большие черные дыры в центрах галактик — но поскольку черная дыра Андромеды была монстром, превосходящим размеры дыры Галактики в двадцать тысяч раз или более, это было бы скорее поглощением Чандры, чем слиянием. Поглощением объекта, вокруг которого вращалось это Колесо.

И все же среди разрушения — утраты утонченной красоты двух наборов спиральных рукавов — присутствовало творчество. Резервуары межзвездного газа хлынули в сердце новой гигантской галактики; по всему небу прокатилась еще одна мощная волна звездообразования.

Он изумленно уставился на звезды, яркие, изобилующие, молодые. Взрывающиеся.

Нахлынули воспоминания. И…

— Я уже видел это небо раньше, — сказал он себе.

Это было то самое яркое молодое небо, на которое он смотрел с таким же изумлением, когда добрался до восьмой комнаты гнезда ксили.

Прозвенел сигнал тревоги.

Его тысяча лет почти истекла.

Джофиэл, следя за своими приборами, увидел, что диски Колеса зашевелились. Вырываются на свободу. Готовятся разлететься — птенцы покидают гнездо, подвергшееся опасности, предположил он.

— Вот оно, — сказал он себе. — Майкл, ты был прав. Это то, что предвидели и планировали ксили. Небо, полное молодых ярких звезд, созданное галактическим взрывом. Новые планеты созрели для жизни и колонизации…

Именно тогда он услышал голос в своей голове.

Тебе понравилось световое шоу?

Голос, который он слышал всего несколько раз до этого.

Там, откуда я родом, мы называли это Грозной Лаской.

Голос, который был его собственным, и все же им не был. На твоем месте я бы отключил свое замедление. Разбуди своих товарищей по команде немного пораньше. Очень скоро отправляется их дисколет. Они не захотят пропустить запуск своей собственной спасательной шлюпки.

Он немедленно подчинился.

Этот голос…

Благодаря слиянию начнется волна звездообразования, которая должна продлиться сто миллионов лет. Множество новых миров, которые могут заселить ваши товарищи по команде. И их потерянные дети, народ из мира-чаши, который вы назвали Высокогорной Африкой. Видишь ли, я наблюдал.

— Так вот для чего все это было? Колесо, в конце концов, стало своего рода ковчегом, сохраняющим жизнь во время столкновения с Андромедой? И это то, чего ждали ксили? Эта новая… арена для жизни?

Вот как все это было переделано, да. Самими ксили, как только они осознали, что потеряли шанс пройти через Кольцо Болдера, прежде чем оно было уничтожено, из-за ран, нанесенных твоим оригиналом.

— Кольцо Болдера?

Структура Великого аттрактора. Название — долгая история. Неважно.

Послушай, возможно, вы не ощущали этого, пока ксили свирепствовали в вашей Солнечной системе. Но основным мотивом ксили и всего их вида всегда было сохранение жизни, барионной жизни и ее разнообразия. Это было правдой даже тогда, когда