Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

Марфа Корнею. — Сядешь у ближнего столба, где тропа расходится между рядами. Оттуда и будешь раздавать воду.

— Их туда не отпустят.

— Я попрошу. Михаил останется у колодца, Гриня будет носить. По полведра, слышишь?

— Мне одному тоже не вытянуть, — буркнул Михаил.

— Тогда будете поднимать вдвоём с Гриней, — сказал Корней. — Перельёте ему полведра, он отнесёт, а ты пока посидишь.

— Только сразу говори, если рукоять не удержишь. Не жди, пока сорвётся.

— Не брошу.

Корней поднялся и пошёл за ведром. Обратно нёс его двумя руками, прижав к животу. На дно налипла земля, и у колодца пришлось сначала всё вымыть.

Хрыч вернулся незадолго до колокола.

— Ты что здесь забыла? — бросил он Марфе.

Марфа отдала сыну платок и шагнула к надсмотрщику.

— Пусти людей пить к ближнему столбу. По двое из ряда. До дальних мы воду не дотащим.

Хрыч посмотрел на неё, затем на пустую тропу и на окровавленное колено Гриньки.

— Мальчишка, ведро поднял!

Мальчишка потянулся к дужке.

— Я сказал — поднял! Не на мать смотри.

Гринька выпрямился с ведром в руке. Воды было меньше половины, но рука сразу задрожала. Корней ждал, что Хрыч велит долить, и уже не знал, что тогда скажет.

Надсмотрщик скривился.

— Ладно. У столба будете. По двое — и ни одного лишнего шага. Отпускать стану сам. Увижу толпу — воду закрою всем. А тебя, старый, и мальца поставлю к камням. Там быстро научитесь не спорить.

Хрыч уже повернулся к рядам, но заметил Михаила у сруба и остановился.

— Эй, хромой! Хватит разлёживаться. Встал и пошёл в третий ряд.

Михаил поднял голову.

— Ты до полудня сказал.

— Я сказал? Значит, передумал. Встал и пошёл, пока кнутом не помог.

Михаил ухватился за край сруба и попытался подняться. С первой попытки не вышло; со второй он выпрямился и несколько секунд стоял, перенося вес на здоровую ногу. Корней хотел вмешаться, но Михаил первым посмотрел на него и коротко качнул головой.

— Сиди, — сказал он. — Я дойду.

Кристаллы начинались совсем рядом, но Корней всё равно смотрел Михаилу вслед, пока седая голова не затерялась между рядами.

— А ты чего смотришь? — Хрыч ткнул пальцем в Марфу. — В ряд!

Она коснулась Гринькиного затылка и пошла. Платок остался у мальчишки.

Корней взял кружки и пустое ведро. У столба лежал плоский камень; он сел и подождал, пока дыхание станет ровнее. Впереди Хрыч уже шёл между рядами. Марфа подобрала цепь и встала у свободного кристалла.

Из-за навеса появился Гринька. Он шёл медленно, глядя под ноги, и донёс ведро до камня, не расплескав ни капли.

— Вот так, — сказал Корней.

Мальчишка вытер лоб рукавом.

— А возница сегодня приедет?

— Не знаю.

— Может, Лекс опять что-нибудь передал.

Корней помнил тот обрезок бумаги: Марфа берегла его вместе с куском мыла. У калитки возница прочёл записку вслух — Лекс писал, что работает вместе с Зурабом и что плечо уже почти не болит. Гринька тогда попросил прочитать ещё раз.

— Если приедет, Марфу позовут, — сказал Корней. — А сейчас смотри: уже идут.

От кристаллов отпустили двух женщин. Одна протянула кружку, вторая держала руки под мышками, пытаясь согреть пальцы.

Корней налил ей первой и придержал кружку, пока она пила. Гринька постоял рядом, затем поднял пустое ведро и пошёл обратно к колодцу. Корней проводил его взглядом до поворота и наполнил следующую кружку.

* * *

Полуденный колокол ещё не прозвенел, когда между рядами поднялся шум. Корней сперва решил, что кто-то снова упал. Такое случалось каждый день: надсмотрщики обычно оттаскивали человека в сторону, чтобы не мешал остальным. Но на этот раз к дороге вышли двое работников, неся между собой узкую доску.

Марфа заметила их первой. Она стояла у кристалла в третьем ряду и вдруг подняла голову. Хрыч сразу рявкнул, приказывая смотреть на камень, но Марфа уже успела увидеть. В тот же миг Корней различил седую голову и неподвижную левую ногу, свисавшую с края доски.

Михаила несли мимо водяного столба.

Утром Михаил казался просто худым. Теперь кожа плотно обтянула скулы и кисти, щёки провалились, губы стали серыми. Рубаха висела мешком, будто за несколько часов Михаил исхудал вдвое. Руки, ещё недавно с трудом державшие ворот колодца, лежали вдоль боков сухими и лёгкими.

Корней и раньше видел мёртвых. Даже после смерти в лице обычно сохранялось что-то знакомое — можно было узнать человека, которого знал. Здесь черты остались прежними, но самого Михаила в них уже не было — кристалл словно вытянул из тела не только жизнь, но и душу.

— Это Михаил? — тихо спросил Гринька.

Корней не ответил — Гринька и без него понял. Он стоял с пустым ведром в руках и смотрел, пока Михаила не понесли дальше, за бараки. Марфа тоже проводила его взглядом, хотя ладони всё ещё лежали на кристалле.

Хрыч ударил рукоятью кнута по ближайшему столбу. Звук прокатился между рядами.

— Чего уставились? Его смена кончилась. Ваша — нет. Руки на камень! А у воды — работать!

Марфа первой отвернулась к кристаллу. Гринька медленно опустил ведро. Корней взял кружку, но пальцы дрогнули, и немного воды выплеснулось на землю. Он ничего не сказал, только налил снова: следующая пара уже подходила к столбу.

Акт II: Подземный мир

Глава 8. Тропа мёртвых

Месяц Менельмос, 2000 год Эры Синода / 800 год Торговой Эры

Айрин стояла у ручья, прижимая к животу три наполненные фляги. Лекс увидел её сквозь свисавшие корни и только тогда понял, что уже рассвело. Плечо затекло; когда он попытался сесть, в пальцах под повязкой сразу зажгло.

— Полежи, — сказала она, заметив его движение. — Кор-Дум ещё не вернулся.

— Куда