Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

«Проклятье! Какой-то замкнутый круг», — Даджи до рези в глазах вглядывался в плоское неподвижное лицо карлика — бэр в замедленном темпе прокручивал то немногое, что имелось в его памяти на этого типа — но в тусклых глазах-пуговицах он не улавливал ни малейшего признака, указывающего на умственную деятельность.

«Сдаюсь! Придётся идти на поклон к Кату Ворону. Пусть он разбирается с непонятной тварью. Жаль, конечно, головомойка будет знатная. Но если он так беспокоится за сохранность Орловой, пусть забирает её себе», — Даджи потянулся к флейте, что напомнило ему о Клермоне. «Да, чего-то наш Маленький принц давно не кажет нос. Или он собирается вечно отсиживаться в “Звёздном мосту”? Тогда пусть заведёт свою женщину, которая будет присматривать за его княжеством, а Мирелле и так хватает дел», — ревниво подумал он.

Глава 19

ГЛАВА 19. Основной инстинкт. Пьянка как повод для предложения руки и сердца

Счастливая тем, что Даджи отпустил её подобру-поздорову, Татьяна со всех ног устремилась к хоу гун[43]. Влетев в небольшую отдельную постройку, которую отвели ей для проживания, она прислонилась к дверному косяку и облегчённо выдохнула. «Слава богу!» — порадовалась она и тут же страдальчески поморщилась, припомнив своё поведение с демоном-лисом. «Всё! Больше никаких споров и дурацких выходок! Только вежливость и никаких улыбочек. Иначе это плохо кончится. С другой стороны, кто же знал, что ему плевать на чувства Миреллы, и он, вот так запросто, предложит спать с ним. Господи, да никогда в жизни!.. Дура! Сейчас же прекрати! Уже забыла, как он издевался над тобой?» Татьяна прижала ладони к горящим щекам, но, вопреки желанию, ей вспоминалось не только то плохое, что было, когда она находилась на положении рабыни у Даджи. Под настроение он вёл себя как нежный и внимательный любовник, и это было хуже всего. Только появлялся росток надежды, что кошмар остался позади, как он переходил к столь изощрённым пыткам, что от ужаса у неё шевелились волосы. Причём от такого предательства она страдала ничуть не меньше, чем от физической боли.

Лицо девушки помрачнело. «Орлова, приди в себя! Нефиг идти на поводу у инстинктов. Даже если чувства садистов меняются, своим привычкам они не изменяют. Примером тому Мирелла. Чуть что, и Даджи сразу же берётся за плётку. Ну да, пока чувства сильны, он ещё сдерживается, но любовь не вечна. Однажды он разозлится так, что без колебаний её убьёт. К тому же он людоед, а это значит, что его любовь не более чем любовь тигра к овечке».

Выйдя из ванной комнаты, Татьяна обнаружила незваную гостью. Мирелла сидела за её рабочим столом и с явным интересом читала заметки Даджи, содержащие практики для выхода на энергетический уровень.

— Господин послал меня сказать, что твоё наказание отменяется, — спокойным тоном проговорила она.

— Ну? — вопросила Татьяна и враждебно добавила: — Вали отсюда, если это всё. Тебе здесь не рады.

Видя, что Мирелла не уходит, она, чтобы не стоять перед ней, села напротив и бросила на неё оценивающий взгляд. «Уже успела переодеться и причёска волосок к волоску. Что-то они слишком быстро. Времени с моего ухода прошло всего ничего. Никак у Даджи нелады с потенцией. Нет, не может быть. В таком случае он как следует выдубил бы ей шкуру, и она не сидела бы здесь спокойная как удав».

Не поднимая глаз, Мирелла слегка улыбнулась, затем неспешно закрыла тетрадь и положила её на прежнее место.

— Гадаешь, почему я здесь, а не в спальне господина? За это я должна поблагодарить тебя.

Татьяна сердито посмотрела на красавицу-ведьму. В душе она завидовала её самообладанию и умению манипулировать окружающими. «Изворотливая гадюка! Сама же натворит дел, а виноваты все, кроме неё. Даже этот мерзавец Даджи покупается на её лживые речи и актёрские ужимки, хотя кому уж знать их, если не ему», — раздражённо подумала она.

— Что тебе нужно? Только не говори, что благодарна мне за отмазку. Всё равно не поверю.

Мирелла пожала плечами и поднялась.

— Как скажешь, — равнодушно бросила она и, обернувшись в дверях, добавила: — Не опаздывай на ужин… Спасибо.

«Не иначе я ослышалась», — усмехнулась Татьяна, не зная, как ещё расценивать брошенную вскользь благодарность.

***

Назначенный день настал слишком быстро, во всяком случае, так показалось Клермону. Голова была ясной, и чувствовал он себя преотлично, хотя накануне вечером ему казалось, что он не сможет уснуть. Но нет, стоило голове коснуться подушки, и он сразу же провалился в глубокий сон. Тем не менее волнение всё же сказалось, оно отыгралось на его аппетите. Поэтому он лишь выпил кофе и сразу же встал из-за стола.

— Я готов, — сказал он и ощутил, как в преддверии неизбежного ёкнуло в груди.

Владычица ночи кивнула и тоже поднялась.

— Хорошо, идёмте, — она взяла его под руку. — Не переживайте, вы ничего не почувствуете. Не думаю, что мои слова вас подбодрят, но это действительно так. Никто из подвергшихся наложению психоматрицы не жаловался на какие-либо неудобства, связанные с самой процедурой.

«Ну, конечно! Когда в тебя вселяется демон, помнить уже некому», — угрюмо подумал Клермон.

— Кат Ворон здесь? — спросил он.

— Пока нет, но обещал присутствовать. Если хотите, мы можем его подождать.

— Не стоит, — отказался Клермон.

Известие, что друг не пришёл, вернуло ему полузабытое чувство. Так ощущает себя ребёнок, которого предали самые близкие люди. Чтобы закалить характер сына, князь Ратмир Красноземельский с раннего детства оставлял его одного перед лицом опасностей, причём не шуточных. Когда Клермон подрос, ту же тактику использовал его наставник. Такое воспитание принесло свои плоды, правда, с горчинкой. Впоследствии Клермон ни на грош не доверял ни тому ни другому, хотя обоих любил и уважал. Да и побег из дома был своеобразной местью отцу и наставнику — мол, хотели от меня инициативности и самостоятельности, вот и получите.

Поймав себя на том, что по-детски злится на Ката, Клермон внутренне усмехнулся. «Ну нет, прошли те времена. Отец и наставник были правы, веры нет никому. К тому