Читать книгу - "Грандиозное событие - Морис Леблан"

шаталась. Ему казалось, что мир развалился на куски и все, что он видит и слышит, — какая-то дикая фантасмагория, а его мозг фиксирует нереальность происходящего.

Со стороны города слышались крики толпы. Мимо них, по дороге, ведущей к возвышенности, бежали люди. Церковный колокол разносил по округе зловещий звук набата. Городские часы пробили полночь.

— Скорее! Надо спасаться! — вскричал месье Дюбоск.

— Отец, постой, это бессмысленно. Нам здесь ничего не угрожает!

Но всех уже охватила паника. Каждый действовал, как в наваждении, машинально, будто сломавшаяся механическая кукла. Слуги вернулись в дом и растерянно оглядывали жилище, которое вот-вот покинут. Симону казалось, что он бредит. На его глазах один из слуг принялся складывать в холщовую дорожную сумку позолоченные канделябры и коробки со столовым серебром, за которые он отвечал в хозяйстве. Другой набивал карманы хлебом и печеньем.

Сам он, по какому-то наитию, прошел в небольшую гардеробную комнату на первом этаже, надел кожаную куртку и сменил обувь на тяжелые охотничьи ботинки. Отец окликнул его:

— Вот, возьми мой бумажник, там деньги, много денег… пусть лучше будут у тебя…

В эту секунду во всем доме погас свет и вдалеке раздался какой-то странный раскат грома, совершенно непохожий на тот, что обычно сопровождает вспышку молнии. Послышался еще удар, меньшей силы, под землей что-то клокотало, все сильнее и сильнее. Наконец, один за другим грянули несколько взрывов, более мощных, чем выстрелы из пушки.

Все выскочили из дома и кинулись к дороге. Но не успели они добежать до ограды сада, как разразилась та страшная катастрофа, которую возвещали все предшествующие природные явления. Земля под ними вздыбилась, потом прогнулась, а затем снова вздыбилась, словно бьющийся в конвульсиях зверь.

Симона и его отца сперва бросило друг на друга, потом с силой тряхнуло и отшвырнуло в разные стороны. Вокруг все рушилось, грохотало, погружалось в хаос. Казалось, ночь стала вдвое чернее обычного. Вдруг уже совсем рядом послышался шум, треск, и откуда-то из самых земных недр раздались крики.

Симон бросился к отцу и схватил его за руку с криком:

— Стой! Стой!

В шаге перед ними разверзлась огромная пропасть, оттуда доносились вопли слуг, которые только что были рядом.

Еще три подземных толчка…

Через мгновение Симон почувствовал, как отец, вцепившись в его руку, с невероятной силой тянет его за собой. Они вдвоем ощупью, как слепые, пробирались через завалы, образовавшиеся из-за землетрясения.

Дюбоск-старший решил, что нужно подниматься на Код-Кот — там, на самой высокой точке берега, на открытом плато, они будут в безопасности. По дороге туда они встретили толпу перепуганных людей, от которых узнали, что холм обрушился и многие погибли. Теперь оставался только один путь — низом, вдоль моря. Дюбоск с сыном пошли вместе с другими в сторону Пурвиля, городка в трех километрах от Дьеппа. Дойдя до места, они увидели такую картину: жители толпились на эспланаде пляжа или укрывались от дождя под опрокинутыми кабинками для переодевания, которые ураган раскидал по берегу. Некоторые спустились по гальке к морю, отступившему на отливе далеко к горизонту, и, преодолев полосу песка, добрались до твердой каменистой поверхности, как будто только там можно было избежать опасности. В неясном свете луны, пробивавшемся сквозь завесу облаков, эти люди походили на блуждающих призраков.

— Пойдем и мы туда, Симон, — позвал месье Дюбоск.

Но молодой человек остановил его:

— Тут вполне спокойно, отец. И вообще, кажется, все стихает. Отдохни!

— Ну хорошо… если ты так хочешь, — ответил Дюбоск-старший. Он вконец обессилел. — А потом нам непременно нужно будет вернуться в Дьепп. Я должен убедиться, что мои суда не слишком пострадали.

Начинался ураган с ливнем.

— Побудь здесь и никуда не уходи, — сказал Симон, — я заметил недалеко отсюда пляжную кабинку. Пойду посмотрю.

В кабинке, привязанной к опоре эспланады, уже укрывались трое. Тут появились еще люди, которые тоже стали претендовать на это убежище. В ход пошли кулаки. Симон хотел было вмешаться, но земля вдруг снова содрогнулась, и со всех сторон послышался треск и грохот — это начали обваливаться скалы.

Симон поспешил туда, где оставил отца. Там уже никого не было. Он окликнул его несколько раз, но голос тонул в шуме ветра. Где теперь искать месье Дюбоска? Может быть, охваченный паникой, он двинулся дальше к морю? Или, беспокоясь о своих судах, как и собирался, пошел обратно в Дьепп? В какую же сторону отправиться на поиски?

Казалось, выбор Симона был случайным. Однако можно ли считать случайным то неосознанное, спонтанное, на первый взгляд, решение, которое толкает нас на путь, предначертанный судьбой? Симон пустился бежать через пляж — сперва по гальке, потом по песку, он карабкался по скользким камням, его ноги увязали в сетях водорослей и проваливались в ямы с водой… Наконец он добрался до людей, которых заметил еще с берега.

Симон вглядывался в лица, подходил то к одному, то к другому, но отца среди них не было. Он уже собирался вернуться на пляж, но тут вышла полная луна, и ее необычайно яркий свет, пробивавшийся сквозь рваные облака, осветил всю округу. Симон решил пойти правее, в сторону Дьеппа. В лунном свете ему открылась картина чудовищных разрушений — берег был завален гигантскими обломками скал, они громоздились друг на друга, образуя белоснежные меловые горы. Метрах в трехстах от берега он увидел огромную глыбу и сперва подумал, что это кусок скалы, откатившийся в море. Но вскоре понял, что ошибся, — слишком велико расстояние от берега. Тогда что же это за гигантский силуэт, напоминающий присевшего на задние лапы исполинского зверя? В детстве он сотни раз рыбачил в этих краях на своем ялике и собирал креветки на отливе, поэтому точно знал, что в этом месте никогда ничего не выступало из воды.

Что же это? Песчаный бугор? Но неровные очертания и серый цвет напоминали, скорее, утес — голый утес, не покрытый ни водорослями, ни тиной.

Подталкиваемый жгучим любопытством, Симон направился к нему. Но не только любопытство заставляло его идти вперед. Как он осознал впоследствии, им овладела еще и другая, гораздо более мощная, необъяснимая сила — страсть к приключениям.

Эта страсть толкала его туда — к новой, неизведанной земле, которая, как он догадывался, возникла в результате катаклизма.

Итак, он пошел к утесу. Далеко позади остались прибрежная полоса песка, потом каменистая поверхность, а дальше началась та часть песчаного дна, которая никогда не обнажается при отливах. В зыбучих песках то тут, то там торчали валуны. Перескакивая с камня на камень, Симон не без труда добрался до новой