Читать книгу - "Жандарм - Andreas Eisemann"

— Ресурсы, господа, — ответил за меня Николай.

Мы, если честно, детально проработали этот замысел, который Николай полностью одобрил.

— Нужно смотреть в будущее. Возможно, сейчас это кажется грудой замёрзших камней у чёрта на куличках, но я уверен: с каждым десятилетием значение северных земель будет нарастать. Во-первых, расположение — между Норвегией и Гренландией, у выхода из Баренцева моря, недалеко от Мурманского побережья. Это даёт нам наблюдение за судоходством, раннее обнаружение военных кораблей, опорный пункт для флота. Сейчас это особенно важно в контексте соперничества с Британией. Даже без активного судоходства это усиливает контроль над северными морями.

Помимо стратегического расположения, нам известно о залежах угля — а это возможность создания бункеровочной базы. Далее — акватория, рыболовство и прочий морской промысел. Нам необходимо продемонстрировать наше арктическое лидерство. В общем, Павел Петрович, даю вам указание всесторонне проработать этот вопрос и организовать туда экспедицию с задачей объявить для начала этот архипелаг северной территорией под защитой Российской империи. Возможно, разместить там метеостанцию и угольный пункт. В дальнейшем выпустим манифест, и архипелаг станет частью Российской империи.

Тыртов склонил голову в поклоне. А я подумал: ну вот и началось движение. Наверняка Тыртов отправит туда Колчака. Ну да и пусть. Только надо будет внедрить в его окружение агента — какого-нибудь учёного из наших офицеров. Может, заодно откроют Северную Землю — ту самую, Землю Императора Николая II, как её назовут в 1913 году.

— Следующая тема, которую необходимо обсудить, — это Сиам, — сказал Николай.

Все зашевелились и переглянулись в волнении. Смотрели на царя по-особому — кто-то с тревогой, кто-то в предвкушении. Видимо считали: круто берёт парень.

— Алексей Борисович, просветите нас, какова сейчас политическая обстановка в том районе?

Лобанов-Ростовский выдержал короткую паузу — привычка дипломата, приучившего себя не торопиться.

— Ваше Императорское Величество, положение в Сиаме нынче определяется прежде всего тем соглашением, которое Лондон и Париж подписали в январе сего года. Соглашение это — примечательный документ. Обе державы формально гарантируют независимость Сиама, однако лишь в его центральных территориях — в бассейне реки Менам. Всё остальное поделено между ними негласно: восток отходит в сферу французского влияния, запад и юг — британского.

Он сделал паузу, давая совету осмыслить сказанное.

— Иными словами, Сиам более не является предметом соперничества между двумя державами — он стал их общим буфером. Это весьма тонкая конструкция: Лондон и Париж не аннексируют Бангкок — они просто условились не мешать друг другу на периферии. Король Чулалонгкорн сохраняет трон и видимость суверенитета, но в обмен на это он уже лишился Лаоса в пользу французов после инцидента 1893 года, когда французские канонерки вошли в Менам и блокировали столицу. Британцы тогда предпочли не вмешаться.

Лобанов-Ростовский посмотрел на нас.

— Примечателен и третий артикул январского соглашения: обе державы условились не допускать третьей силы в тот регион без взаимного согласия. Это означает, Ваше Величество, что любое российское присутствие в Сиаме потребует деликатнейших переговоров как с Лондоном, так и с Парижем. Тем не менее, коли говорить о дипломатической возможности, — франко-русский союз даёт нам определённые рычаги влияния на Париж, коими было бы неразумно пренебречь. Что именно вас интересует?

— Как вы знаете, я был с визитом в Сиаме, в Бангкоке, пять лет назад, и у меня установились тёплые, почти дружеские отношения с Рамой Пятым. На мой взгляд, сейчас очень удачный момент, чтобы пригласить его на переговоры.

— С какой целью?

— Развитие дипломатических отношений, военное образование сиамских принцев в России. Но главное — я бы хотел заключить с ними договор о всеобъемлющей поддержке, в том числе и военной.

Николай бросил взгляд на Ванновского.

— А также мы будем просить у них в аренду на 99 лет острова Пхукет — для обустройства там военной базы и русского поселения.

В зале повисла тишина.

Ну да, ещё бы. Сколько мы с Николаем говорили именно про Сиам — крайне перспективное место. Помимо моего проекта по диверсификации России и русских, важнейшей задачей была постройка там, на юге, военно-морской базы — для будущей войны с Японией, да и вообще для операций в южных морях. А основная перспектива — в спокойствии, в удалённости. Можно спокойно жить и развиваться, не влезая в европейские разборки.

Сейчас Юго-Восточная Азия, по сути, пустая стоит. Сиам образца 1896 года — это совсем не то же самое, что в 2026-м. Там вообще ничего нет. Соответственно, можно плотно войти туда и в военном смысле, и в культурном. Осуществлять протекторат, но не претендовать на колониальность. Пусть сохраняют независимость. Но под это дело часть территории мы у них всё же попросим.

Момент самый идеальный. После франко-сиамской войны 1893 года Франция захватила Лаос к востоку от Меконга, Британия контролировала Бирму — и Сиам оказался зажат между двумя колониальными державами.

— Франция и Англия выдвинут протест, — сказал Лобанов-Ростовский.

— Мы будем готовы к этому. Я даже скажу больше: надо быть готовым к постепенному обострению отношений. Особенно вследствие наших действий в Красном море и в Абиссинии.

Надо отдать должное — Келлер вообще не встревал и ничего не спрашивал, только внимательно слушал и наблюдал. Как мне показалось, именно за мной.

— Пхукет перспективен для развития русской колонии, а вот под военную базу лучше всего подойдут Самуи и Панган — в этом случае не придётся огибать весь полуостров и проходить через Сингапур под носом у англичан, — добавил я.

— Это вы в свете возможной войны с Японией? — уточнил министр иностранных дел.

— Да. Если мы будем строить базы в непосредственной близости от Японии — я имею в виду в сфере действия их флота, — всё это будет крайне уязвимо.

— Как мне кажется, крохотные острова в этом плане мало пригодны, — вставил Ванновский.

— Вполне возможно. Я лишь предлагаю идеи. Возможно, лучше будет вообще базироваться на континенте. Ближайший и самый удобный порт в этом случае — Паттайя.

— Ну да, — потёр подбородок военный министр. — В таком случае у нас будет незамерзающий порт… Но в любом случае снабжение будет проходить через воды, которые контролируют японцы.

— Да. Владивосток пока очень слаб, ну и он замерзает. Я поэтому и начал весь этот разговор — идея подложить соломку, подготовиться заранее. Если мы начнём сейчас развивать условную базу в Паттайе, то к началу войны окажемся в выигрышном положении. Даже если