Читать книгу - "МИФЫ. Корпорация М.И.Ф. - Роберт Асприн"

чтобы люди могли видеть, что армия здесь. В остальное время вы вольны заниматься чем угодно.

– Вы имеете в виду, мы будем действовать как полиция?

Слова просто выскочили у меня изо рта, но, должно быть, в них проскользнула нотка ужаса, поскольку командир прервал свои действия и пристально посмотрел на меня.

– Не совсем, – торопливо говорит он. – Раньше мы отвечали за патрулирование улиц, но город разросся до такой степени, что теперь у него есть собственная полиция, и мы стараемся не вмешиваться в ее полномочия. Они следят за гражданами, а наша военная полиция следит за нашими же солдатами. Четко и раздельно. Теперь понятно?

– Да, сэр.

– …это подводит нас к другому моменту, – продолжает командир, вновь начиная что-то черкать в своих бумагах. – Для наших войск действует правило «никакого панибратства». Нет, мы на многие вещи смотрим сквозь пальцы, поэтому вам не стоит беспокоиться, если одна из… э-э-э… дам начнет строить глазки вам или вашим подчиненным, но только пусть они клеятся к вам первыми. И боже упаси, не заводите шашни с обычными гражданскими женщинами. При любом раскладе это вряд ли обрадует гражданских мужчин, а наша главная директива здесь – избегать конфликтов с местным населением. Держитесь с гражданами повежливее… Покажите им, что мы такие же простые люди, как и они. Если у вас получится это сделать, они будут менее склонны верить любым диким байкам про то, что наши войска вытворяют на линии фронта, какие тут, увы, циркулируют. Вам понятно?

Вряд ли то, что я сказал бы или сделал, имело бы большое значение, потому что командир все это отбарабанил так, словно выучил наизусть, пока возился со своими бумагами. Однако я предпочел не проверять эту теорию на практике.

– Так точно, сэр, – говорю я. – Никаких вольностей с женщинами. Никаких драк с мужчинами. Я понял.

– Отлично, отправляйтесь назад в ваше подразделение и проследите, чтобы они как следует обустроились. Затем потратьте остаток дня на ознакомление с городом. Завтра утром явитесь сюда для получения задания.

– Так точно, сэр. – Я выпрямляюсь и резко отдаю ему честь. Он отвечает мне, даже не поднимая глаз.

Ничего не могу с собой поделать, но похоже, мне только что указали на дверь, поэтому, выходя, я останавливаюсь, чтобы почесать языком с «адъютантшей» командира. Признаюсь, решение это отчасти вызвано тем, что она единственная юбка в форме, которую я видел, за исключением Паука, а мне начинает отчаянно недоставать звука женского голоса. Кроме того, я теперь выше ее по званию и считаю, что пришло время моим новым лычкам для разнообразия поработать на меня, а не против.

– Что там с командиром? – дружелюбно говорю я, одаривая ее одной из моих редко используемых обаятельных улыбок.

Однако вместо того, чтобы ответить, эта цыпочка смотрит на меня так, будто ждет, когда я добавлю что-то еще. Кстати, сама она крошка-худышка, и от того, как она смотрит на меня своими огромными глазищами, я начинаю чувствовать себя слегка неуютно, как будто она самка богомола и пытается решить, стоит ей съесть меня до или после того, как мы спаримся.

– Я имею в виду, почему он пишет стихи, – добавляю я, просто чтобы завязать разговор.

– Куплеты, – невозмутимо говорит она.

– Прошу прощения?

– Я сказала «куплеты», то есть слова для песен. Ему нравится выступать в местных клубах на открытых сценах, и он сам пишет себе тексты… постоянно.

– И как? У него хорошо получается?

В ответ она коротко пожимает плечами.

– Думаю, он неплох… но он не умеет играть на гитаре, поэтому в основном вынужден петь без аккомпанемента. Из-за этого его пение звучит слегка слабовато, особенно после исполнителей, выступающих с инструментальным сопровождением.

Я замечаю, что, несмотря на всю ее кажущуюся незаинтересованность, эта цыпа, похоже, прекрасно осведомлена, чем командир занимается в свободное время… вплоть до того, что целые вечера проводит в кругу певцов-любителей, чтобы послушать его выступления, притом что на самом деле его пение ей не нравится. Из этого я делаю вывод, что с ней, как с сержантом, я вряд ли чего-нибудь добьюсь, поэтому соглашаюсь на простую дружескую беседу.

– Может, ему стоит попробовать электропианолу, – говорю я.

– Попробовать что? – моргает она, внезапно проявив интерес к разговору.

– Электро… Ладно! Пустяки. О, мне пора идти. Приятно было поболтать.

С этими словами я спешно ретируюсь, немного досадуя на самого себя. В очередной раз время, проведенное на Деве, едва не вышло мне боком. На секунду я забыл, что в этом измерении нет не только никаких электропианол, здесь нет даже электричества, необходимого для подключения указанного инструмента.

– Эй, Гвидо! – раздается знакомый голос, прерывая мои мысли. – Что скажешь?

Я оборачиваюсь и вижу: ко мне шагает Нунцио, а с ним и остальная часть взвода.

– Ничего особенного, – пожимаю я плечами. – Мы даже не выйдем на дежурство до завтра. Командир дал нам остаток дня, чтобы обустроиться и осмотреть город.

– По мне так очень даже неплохо, – говорит Хи Муха, потирая руки, как… ну, совсем как муха. – Как насчет того, чтобы чего-нибудь схомячить, а заодно посмотреть, нет ли тут местечка, где можно позависать в свободное от службы время?

– Как насчет забегаловки со спагетти, мимо которой мы прошли по пути сюда? – говорит Паук, мотнув головой в том направлении, откуда они явились.

Я бросаю быстрый взгляд на Нунцио. Тот уже смотрит на меня. Как то частенько бывает, когда мы работаем вместе, нам одновременно приходит в голову одна и та же мысль, и на сей раз мы оба думаем, что лучший способ избежать встречи с кем-то имеющим связи с Синдикатом – это не использовать в качестве оперативной базы заведение, где подают спагетти.

– Ах, давайте попробуем найти что-нибудь, где нас точно не… я имею в виду, что-то поближе, – как можно небрежнее предлагаю я

– Может, прямо здесь? – вмешивается Нунцио, улавливая общий ход моих мыслей.

Я смотрю туда, куда он указывает, и должен признать: вероятно, это последнее место, где кому-то из Синдиката придет в голову нас искать. Вывеска над дверью заведения гласит: У АБДУЛА: СУШИ-БАР И ШИРОКИЙ ВЫБОР ЖИВЦА.

– Суши? – Шу Муха хмурится. – Это что-то вроде сырой рыбы?

– По крайней мере, мы знаем, что она свежая, – говорит Майжук, указывая на вторую часть вывески.

– Ой, не будьте наивными младенцами, – усмехается Паук, тыча Шу под ребра. – Подожди, пока не попробуешь. Это вкусно! Пойдемте!

Скажу честно, я готов есть эту хрень с не большим энтузиазмом, чем братья Мухи, хотя Нунцио уже некоторое время уговаривал меня попробовать. Я имею в виду, что привык есть рыбу в томатном