Читать книгу - "Падение - Марк Дж. Грегсон"

этих кораблей. У нас не хватает людей, чтобы укомплектовать экипажи. Если ты их отпустишь, как мы с ними справимся?»

«Доверься мне, Паунд».

Он недовольно ворчит.

Мы ждем решения с авианосцев.

Мои корабли и горгантауны кружат вокруг врага. Если авианосцы Ордена попытаются сопротивляться, наши горгантауны разорвут их на куски за считанные минуты. Рядом маячит раненый гигатаун, разъяренный до предела. Он ревет, словно хочет уничтожить авианосцы прямо сейчас.

Наконец, от одного из авианосцев отстыковывается спасательная шлюпка. Затем еще одна. Затем сотни. Они уносятся прочь.

«Принц», — говорит Уэстон по связи. «Вы просто отпускаете всех этих солдат?»

«Нет», — говорю я. «Не всех».

Шлюпки продолжают уходить, а некоторые спасательные капсулы выстреливают прямо сквозь флот, устремляясь вдаль, словно маленькие ракеты. Но после, как только офицеры Ордена уходят, на палубы авианосцев поднимаются экипажи закаленных рабочих. У этих суровых работяг грязные лица и натруженные руки.

Те, кто имеет статус Избранных, служат Высшей власти. Они склоняются перед Мастером своей профессии и Верховным. А вот эти люди, стоящие сейчас на палубах авианосцев? Это те, кого никогда не избирали. Кого считают расходным материалом, потому что они трудились внутри огромных кораблей, следя за тем, чтобы все работало как надо — от двигателей до сантехники и «воробьев». Это Низшие и Средние с островов.

«Ес, — говорит Китон, — разворачивай нас».

Мы медленно проплываем мимо авианосцев, палубы которых заполнены сотнями рабочих. И пока я стою у поручней, глядя на них сверху вниз, рабочие вскидывают кулаки мне навстречу.

И все преклоняют колени.

ГЛАВА 51

После того как мы поем «Песню Падения» по погибшим, я провожу следующие три дня в разъездах по захваченным авианосцам: назначаю руководство и знакомлюсь с экипажами, пока флот латает дыры.

Мы потеряли двадцать кораблей, семнадцать горгантаунов и сотни хороших людей. Мне хотелось лично написать семьям каждого из павших, но с учетом всех моих обязанностей это невозможно. Поэтому Мира поручила людям из флота написать им письма, а мне принесла стопку на подпись.

Помимо потерь, Аня сообщила, что во время суматохи сражения дезертировали один корабль наемников и двадцать пиратских судов. Это привело к непростому разговору с Уэстоном, который стал еще более натянутым, когда тот лишь равнодушно пожал плечами в ответ на новости.

«Они пираты», — бросил он. «Им нужно золото. А не смерть».

Аня, впрочем, принялась раздавать наказания еще до того, как доложила мне о трусах. Она лишила должности капитана наемников, швырнула двоих членов экипажа в карцер, а остальную команду корабля заставила проводить ночные учения.

Аня тверда, как сталь горгантауна. Единственный раз, когда я видел ее улыбку за последние несколько дней, — когда застал их с Есенией за ужином вдвоем в столовой «Гладиана» — причем еду для них приготовила Арика, у которой при этом был весьма противоречивый вид.

Наши новые авианосцы также получили повреждения и требовали генеральной уборки, так что Китон предложила учредить для Отто совершенно новую должность: Швабби Флота.

«Чтобы унижать трусливых дезертиров», — пояснила она.

Нам с Родериком обязательно нужно было увидеть Отто в новой роли, так что мы поднялись в командную рубку авианосца и сверху наблюдали, как он расхаживает вокруг взрослых наемников и пиратов-дезертиров, которые ползают на карачках и драят палубу.

«Теперь я ваша мамочка», — орал Отто, пока те разливали мыльную воду. «Молочка у меня нет, зато могу угостить солеными слезками».

Родерик хохотал так сильно, что даже связался с Паундом по комму, чтобы поделиться этим.

Теперь, после трех дней ремонтных работ, когда мы наконец-то готовы возобновить путь навстречу королевскому флоту, я захожу в оружейную «Гладиана». Глаза нещадно чешутся от усталости. Я засиделся допоздна, обсуждая с Мирой ситуацию с припасами, которая из просто скверной превратилась в катастрофическую — поскольку Агресс от Этвуда, судя по всему, отродясь не заглядывал на продовольственные склады своих судов.

Но я сам виноват, что доверился и не проверил состояние судов снабжения перед отлетом с пиратского острова.

В оружейной стоят Родерик и Китон, разглядывая меня.

«Выглядишь паршиво, Конрад», — замечает Род.

«Так же и чувствую. С учетом новых членов флота еды у нас осталось на четыре-пять дней. Персонал Ордена перед тем, как покинуть корабли, предал провизию огню».

«Это… это не к добру», — хмурится он.

«Что еще хуже, — говорю я, опускаясь на табурет возле верстака, — вчера я повздорил с Уэстоном. Заявил ему, что раз уж столько пиратов сбежало во время прошлого боя, а также из-за отсутствия гарантий, что это не повторится, я передаю командование «Имперусом» Паунду. Он наотрез отказался и пригрозил уйти, уведя с собой пиратов».

Родерик и Китон тревожно переглядываются.

«Они ведь не уйдут, верно?» — спрашивает Китон.

«Нет, — выдыхаю я, — но Уэстон по-прежнему контролирует «Имперус». Даже несмотря на то, что пиратский король — я».

Я опираюсь на верстак и массирую виски. Друзья с минуту молча наблюдают за мной, а затем подходят ближе.

«Конрад, мы с тобой», — говорит Китон. «Всегда».

Я выдавливаю улыбку, и Род ухмыляется мне в ответ. И от этой его дурацкой, до боли знакомой ухмылки мне впервые становится легче, и я улыбаюсь уже по-настоящему.

Он всегда возвращает мне надежду.

«Так вы хотели мне что-то показать?» — спрашиваю я.

Родерик возбужденно хлопает в ладоши:

«Ты просил построить штуку, которая поможет тебе добраться до дяди живым. Часть твоего плана — инсценировать смерть. Вот я и привлек Китон на помощь».

«Это наш общий проект», — подтверждает Китон.

Родерик сдергивает брезент с гигантского металлического ящика. Внутрь ведет массивная дверь. Конструкция достаточно высокая, чтобы туда мог войти даже Паунд.

«Внутренняя вентиляция», — перечисляет Китон.

«И умеренная температура», — добавляет Родерик. «С ремнями безопасности и мягкими сиденьями».

«Хватит места на шестерых, плюс запас еды и воды».

Они распахивают дверь ящика, демонстрируя невероятную толщину стен.

«Этот металл вдвое прочнее горгантаунской стали», — заявляет Китон.

«Гигатаун?» — уточняю я.

«Сплав», — поясняет Китон. «Материал гигатаунов — редкость, но мы переплавили все остатки, что у нас были, и соединили с горгантауном, который поставила твоя металлообрабатывающая мастерская».

Я шагаю внутрь ящика, пораженный их творением, и прижимаю ладонь к твердой, массивной стене.

«Мы верим, что все сработает», — говорит Китон.

«Верите?»

«Ну, это не совсем та вещь, которую можно протестировать», — Родерик косится на Китон. «Слишком много переменных».

«Верно. Есть лишь один способ проверить наверняка», — соглашается Китон. «Но мы уверены, что эта штука тебя не убьет».

Я слегка переминаюсь с ноги на ногу. Перспектива так себе. Но особого выбора у нас может и не