Читать книгу - "Падение - Марк Дж. Грегсон"

Они смотрят на меня, ожидая одобрения.

«Хорошо», — говорю я. «Отличная работа».

Родерик расплывается в улыбке: «А я уж боялся, что ты заставишь нас все переделывать».

«Такая мысль проскакивала».

«Ах ты ругательство», — он упирает руки в бока и с гордостью осматривает металлический ящик. «Хорошая новость в том, что если ты умрешь внутри, твое тело отлично сохранится на долгие годы».

Я качаю головой и хлопаю его по плечу. План безумен даже по нашим меркам, но чтобы свергнуть Короля, понадобятся самые безумные идеи из всех возможных.

Пока мы летим на север, во второй половине дня на «Гладиан» возвращается Паунд. Лицо у него серьезное, когда он спрыгивает с лестницы транспортного катера.

«Конрад, надо поговорить».

Я шумно выдыхаю, смертельно уставший от каждой чертовой проблемы, что сыплется на голову, и провожу его в свой кабинет в комнате отдыха. Он закрывает дверь и проверяет комм-гем, чтобы убедиться, что тот не транслирует сигнал.

«Проблемы», — констатирует он.

Я смотрю на него и опускаюсь на стул.

«Меня беспокоят пираты», — говорит он. «Они идут за пиратским королем не просто потому, что тот самый сильный. Нет, им нужна выгода. Им нужно грабить и делить богатства. Так что я подумал: давай позволим им заняться тем, что они умеют лучше всего».

«Тем, что умеют лучше всего?» — я хмурю лоб. «Ты имеешь в виду разбой и грабежи?»

Он кивает.

Кровь приливает к лицу: «Нет, Паунд».

«Ты знаешь, как мы выживали вместе с ними? Мы угоняли корабли. Стагг собирался захватить твою эскадру, пока не узнал, что это ты. Вот почему пираты шли за отцом, и вот почему они пошли за мной».

«Я понимаю, почему ты поступил так, как поступил», — говорю я. «Но мы так поступать не будем».

«Конрад, всего час назад моя команда заметила несколько беззащитных кораблей, всего в паре миль к востоку. Если мы…»

«Паунд».

Он умолкает и трет лицо руками. «Послушай меня, только так мы удержим контроль над пиратами. Нам нужен «Имперус», а Уэстон не отдаст командование. Эти пираты… — он тяжело вздыхает, — они не станут умирать за правое дело, даже если ненавидят короля Ульриха, если только не увидят шанс победить и разбогатеть. Если пираты уйдут, моя семья может последовать за ними».

«Нет», — отрезаю я твердо. «Если мы собираемся свергнуть Короля, Паунд, то не станем делать это ценой страданий невинных. Мы лучше, чем мой дядя».

Он закрывает глаза, его лицо краснеет. Но у меня не возникает ощущения, что он злится на меня. Скорее, он расстроен тем, что ему вообще пришлось поднимать эту тему.

«Твое сострадание будет воспринято как слабость, Элиза».

«Это сила».

«Пираты станут еще более нетерпеливыми, как только начнут видеть…»

«Начнут видеть что?»

«Беззащитные острова, которые так и просятся, чтобы их разграбили. Мы только что выиграли крупное сражение. Пираты, которые храбро сражались, считают, что заслужили плату». Он поворачивается к двери и бросает на меня короткий взгляд: «Ты жил слишком изолированно на Ренасенте, но скоро сам увидишь, насколько ужасен твой дядя. Мы уже почти добрались до до Центральных Эфиров». Он берется за ручку. «Я сделаю все, что в моих силах, чтобы этот флот выжил. Но если ты решишь пойти по этому пути, просто знай: мы можем потерять все».

Мы с Брайс стоим на палубе, одни.

Ночное небо усыпано огнями маневрирующих кораблей. Аня гоняет флот, отрабатывая тактику. Маскировочная система «Гладиана» тоже включена — после нескольких неполадок, которые, по словам Родерика, возникли из-за прошлой атаки. Мы наконец-то заставили ее работать, потому что я не доверяю Уэстону, а налет авианосцев Ордена, организованный дядей — это, скорее всего, только начало. Он снова объявится.

Я всегда жду этих редких минут наедине с Брайс. Первые несколько минут мы говорим о чем-то светлом, но в конце концов разговор неизбежно становится серьезным.

«Когда я поднялась Наверх, единственное, что у меня было с собой — это имя Деймона», — произносит она. «Никогда не думала, что придется вернуться в Нижний мир».

«Но ты надеялась на это?»

«Я надеялась помочь лантийцам выбраться оттуда. Мы ведь именно этим и занимаемся, верно? Собираемся освободить их от жизни в милях под землей». Она смотрит на меня: «Ведь так?»

«Дядя уже этим занимается», — напоминаю я.

Она хмурится. «Да. Заставляет их сражаться за него в обмен на статус Низших. Проклятый ублюдок. Но они в таком отчаянии, что разве можно их винить? Ты же видел Нижний мир».

Я умолкаю, вспоминая все те ужасы, что остались внизу. Разрушения, запекшуюся бурую кровь, монстров.

Советницу Коул и троих девочек, что были с ней.

Если мы победим дядю, нам придется не просто спасать оставшихся лантийцев — их нужно будет освободить от оков прошлого. Они ведут войну, которая началась задолго до нашего рождения, и мы до сих пор пожинаем ее плоды.

«Мы спасем их, Брайс».

Я беру ее за руку. Сжимаю ее загрубевшие пальцы в своих, и мы стоим вместе, пока мимо проносится группа «малиновок» и «воробьев».

«Ты когда-нибудь думал о том, чтобы бросить все?» — спрашивает она. «Просто улететь куда-нибудь далеко и тихо жить на уединенном острове?»

«Да».

Она внимательно смотрит на меня.

«Но это мой долг», — добавляю я.

«Думаешь, тебе под силу сделать мир лучше?»

«Даже у меня эго не настолько раздуто. Но кто-то же должен попытаться».

Мы соприкасаемся плечами и склоняем головы друг к другу.

«Меритократия обязана измениться», — говорит она. «Но только не так, как хочет дядя — чтобы у руля вечно стоял он один. Экипажи авианосцев ведь не просто так с легкостью перешли на нашу сторону. Они могли сбежать вместе с солдатами Ордена, но неимущие сыты этой системой по горло».

«Острова взбунтовались, когда дядя заморозил Меритократию».

«Нет», — говорит Брайс, отстраняясь, чтобы посмотреть на меня. «Взбунтовались власть имущие. На исправление системы уйдут годы. Возможно, ситуация улучшится даже не при нашей жизни. Но ты можешь положить начало переменам. Сделай мир таким, каким хотела бы его видеть твоя мать».

Я молчу.

Какой была бы моя жизнь без Меритократии? Эта система дала мне в детстве богатство и власть. Но она же разорвала мою семью на части. Она заставила отца воспитывать меня жестокой рукой. Она привела к смерти моих родителей. Она породила таких людей, как Себастьян. Меритократия — это система, которая подготовила Скайленды к войне, но она же стравила нас с соседями и собственной родней.

«Как королю, тебе придется править с мужеством, крепким, как чистая гигатаунская сталь», —