Читать книгу - "3000 иен для счастья - Хика Харада"

и можно было делать что хочешь – поехать еще куда-нибудь или вернуться в Дзюдзё.

Дома он предпочитал готовить сам. Рис Ясуо чаще покупал (хотя иногда, отработав на ферме, привозил «заработанный» рис с собой); в пекарне брал горбушки по тридцать иен за пакет, овощи выращивал в саду, рыбу покупал на оптовом рынке, когда она была подешевле, и сушил. Взяв книгу в библиотеке, погружался в свой маленький мир. Прямо как праздный интеллигент. Хотя какой из него интеллигент, если подумать.

Как-то Ясуо сказал Котоко, что можно прожить на миллион иен в год, а можно обойтись и меньшей суммой. Поэтому, скопив какие-то деньги, он сразу бросал работу.

Пусть я неудачник, думал он, но меня все устраивает, а жить как другие я уже не смогу.

– Я слышала, вы опять не в Токио?

Котоко позвонила на следующий день после его бегства. Вообще-то она редко ему звонила. Ясуо как раз был в общежитии, расслаблялся в ванне после рабочего дня.

– Разве так можно?

Это был упрек. Ах ты!.. Она как будто знала, что случилось накануне.

– Простите… – невольно стал оправдываться Ясуо.

Пробормотав извинения, сообразил, что, по идее, Котоко не может ничего знать. Что же я тогда извиняюсь?

Но вот вопрос: откуда Котоко знает, что я не в Токио? Неужели она общается с Кинари?

Побывав в доме Идо, Кинари «задружилась» и с Махо, и с Котоко. Могла она рассказать Котоко? Типа: я предложила Ясуо пожениться, а он ничего не ответил, никого не предупредил и уехал? Что-то в этом роде.

Фу ты! Ясуо всегда боялся такой женской «дружбы».

«Сэнсэй! Из-за Ясуо Кинари-тян плакала!», «Это безобразие!» Прямо родительское собрание. Махо – председатель, Котоко – классный руководитель.

Ясуо немного разочаровался в Котоко. А ведь она была такая классная, живая.

– Уж говорите как есть. Сад-то кто будет поливать?

Ясуо удивился: он получил выговор за то, что не подумал наперед. А он уже разозлился на Котоко. Вот что значит эгоизм. Только о себе и думает.

– Извините меня.

Люди вроде Котоко-сан обычно не лезут в чужие дела, даже если их об этом просят.

– Осень на дворе, а все еще жарко. Хотела поделиться с вами семенами китайской капусты и горошка – как раз время их сеять, но увидела, что никого нет, а цветы в саду поникли. Я удивилась: как же так? Ну и полила быстренько.

– Спасибо вам большое.

– У цветов ведь ног нет. Как бы плохо ни приходилось, они никуда не денутся со своего места. Их люди сажают, куда вздумается. Так что это вы за них отвечаете.

К цветам и другим растениям Котоко относилась очень серьезно. Это и делало ее такой милой.

После того странного разговора с Кинари Ясуо так быстро сбежал из Токио, что, честно говоря, о цветах даже не подумал.

У него давно так повелось – стоило возникнуть какой-то неловкости или неприятности, он тут же сбегал. Какие уж тут дети. Он даже растения выращивать не в состоянии.

– Я спросила Кинари, но она сказала, что вы уехали, а больше она ничего не знает.

Может, она все-таки в курсе?

– Между вами что-то произошло?

Ясуо думал, как оправдываться, если Котоко начнет его распекать, но, вопреки ожиданиям, ее голос был мягким и теплым.

– Это вам Кинари сказала?

– Хм-м. Разве она такой человек, чтобы жаловаться? Я ничего и не спрашивала. Зачем мне лезть в дела молодежи? Но зачем было уезжать, даже не попрощавшись? Как-то это на вас не похоже.

Действительно, со времени знакомства с Котоко такого никогда не случалось.

– Понимаете, у нас с Кинари так получилось…

Ясуо не стал вдаваться в детали, чтобы не унизить Кинари.

– Вон оно как?

– Да-а.

– И все-таки вам надо вернуться, хотя бы на время.

– Но у меня здесь только началась работа. Я сам просил. Нужно некоторое время.

– А отпуска нет?

– Нет.

– Хотя бы на денек. Надо решить, где сажать капусту и горошек. А еще я купила семена горчичной капусты. Она островата немного, но очень вкусная. Хотела вам передать.

– Спасибо, конечно, но…

– И с Кинари вам надо поговорить.

– А-а… но…

– Если сейчас не посадить, зимой, когда соберетесь рассаживать по горшкам, могут быть проблемы. Вы китайскую капусту прежде не выращивали? В этом году в первый раз?

Овощи и только овощи. Ясуо чуть не рассмеялся, слушая Котоко. Какой же она прекрасный человек! Незатейливые разговоры, которые заводили пожилые люди (как было не вспомнить покойную бабушку Ясуо), иногда цепляли за душу – неожиданно для него самого.

Станет ли лучше, если он сейчас вернется домой, посадит китайскую капусту, как советует Котоко, и поговорит с Кинари?

– Так вы приедете?

– Ну, если только на денек… передохнуть. Я спрошу.

Ясуо в самом деле захотелось вернуться.

И причина была не только в словах Котоко, но и в том, что случилось прошлой ночью.

– Китайская капуста вырастает гораздо больше, чем вы думаете, поэтому ей нужно много места.

– Но ведь кочаны максимум тридцать сантиметров в диаметре.

– Это те, что в магазине или на рынке продают. Сперва капуста, словно распустившийся цветок, широко раскидывает листья, а потом бутон как будто начинает закрываться – происходит формирование кочана. Так что между рядами должно быть сантиметров сорок, не меньше. А лучше – еще больше.

Огород у Ясуо был крошечный – метра два, не больше – и занимал угол сада. Там было место под китайскую, японскую и горчичную капусту. Кроме того, с западной стороны дома полоска земли с полметра шириной отделяла его от ограды. Там Ясуо установил шест, вокруг которого рос разный горошек.

До встречи с Котоко в этом месте была мертвая зона. Но теперь, по ее совету, летом Ясуо выращивал там огурцы и тыкву, а зимой – горошек. Свет туда попадал только на закате, но все росло хорошо.

– Только что собранный горошек такой сладкий. Если его приготовить с рисом, покупной больше есть не захочется.

– Если посадить все, о чем вы говорите, я этого просто не смогу съесть. Меня и дома-то, возможно, не будет.

Котоко ничего не сказала. В ее лице, обращенном к Ясуо в профиль, появилось легкое напряжение.

– Извините.

По опыту он хорошо знал, что, когда у женщины в чертах появляется жесткость, в причинах разбираться не следует. Лучше сразу начать извиняться.

– Ничего. Сама съем и соседям раздам.

Котоко улыбнулась, и на правой щеке появилась большая ямочка. Лет пятьдесят назад мужчины, наверное, по этой ямочке с ума сходили.

В Котоко по-прежнему чувствовалась большая сила, и потому Ясуо