Читать книгу - "Маяк на улице Рамбла - Льюк Оливерас"

в тягость, он даже обрадовался, что влюбленные смогут наконец побыть вместе. Атилио видел, как эта любовь зародилась еще в детстве, и его злило, что жизнь так несправедлива, что разлучает их. К тому же эти семейные договоренности всегда казались ему глупостью, выгодной лишь богачам.

Договорившись обо всем, Льюис заверил Атилио, что на следующий день они с Лаурой придут за ключами и он объяснит ей свой план. Мысль о переменах воодушевила юного Роса до такой степени, что он почувствовал, будто это шанс всей его жизни. Сейчас или никогда.

29

Льюис ждал Лауру на площади Университета, чтобы привести в действие план, который, как он надеялся, должен был позволить им быть вместе. Томясь в ожидании любимой, он перепроверил несколько раз, при нем ли ключи от дома Атилио и деньги, полученные от Алеша Мунтанера, на которые они собирались жить, пока Исаак не согласится на разговор в киоске. План был прост.

Чтобы избавиться от материнского контроля, Лаура сказала своей надзирательнице, что ей нужно зайти в местную галантерейную лавку и купить нитки. Она как раз заканчивала шить блузку.

Ее мать, не понимая, почему девушка ее положения не может поручить столь приземленные дела прислуге, в конце концов уступила дочери.

К счастью, уловка идеально сработала, и, увидев, как Лаура приближается, молодой Рос почувствовал, что они на верном пути. Стратегия была рискованной, но другого выхода у них не было. Либо они ставили на карту все, либо могли забыть о совместной жизни.

Лаура страстно поцеловала Льюиса, чем вызвала пару замечаний от проходящих мимо христиан-фанатиков. Посмеявшись над вызванной шумихой, они приготовились спрятаться от всего мира и перейти ко второй фазе плана. Эсекьель пообещал доставить родителям две записки, написанные их собственной рукой. И Атилио, и кубинец мечтали лишь о том, чтобы увидеть молодую пару счастливой и свободной от проклятых условностей.

– Ключи у тебя? – с беспокойством спросила Лаура.

– Да, любовь моя. Атилио сказал, что оставил нам еды на пару дней, так что нам должно хватить…

– Только на пару дней?

Льюис подбирал нужные слова, чтобы поведать ей о новой возможности решить вопрос без лишнего драматизма, о котором все потом могли пожалеть. Он больше не мог скрывать от нее правду об Амадеу.

– У меня есть план, который поможет нам быть вместе. Но я хочу объяснить тебе все без спешки. Дома у Атилио будет удобнее.

– Слава Богу, что кто-то нас понимает. Без его помощи мы бы оказались в грязной ночлежке. На большее у нас нет денег.

Юный Рос с восхищением взглянул на Лауру, ласково коснулся ее лица и успокоил.

– А вот и есть. Вчера сеньор Мунтанер заплатил мне за последний заказ, и сумма весьма внушительная, но давай посмотрим, что там у Атилио. Если не понравится, всегда можем поехать в отель. В любом случае мы справимся.

Лаура кивнула и села на велосипед Льюиса, чтобы отправиться в самое сердце Пятого округа – квартала, где Атилио родился и прожил всю свою жизнь.

Охваченные желанием отдаться друг другу, они проехали по запутанным улочкам самой неспокойной части города, мимо дома, где Льюис жил со своей семьей и где умерла Агнес. Художник решил на мгновение остановиться, чтобы почтить память сестры минутой молчания. Боль утраты все еще была слишком сильной, чтобы ее игнорировать.

– Все в порядке, любовь моя? – прошептала Лаура, увидев расстройство юноши.

– Да… Она бы нам обязательно помогла, – коротко ответил художник, чувствуя ласковое прикосновение своей любимой.

Помолчав немного, они продолжили путь, чтобы поскорее доехать до дома управляющего киоском.

Добравшись до места, которое должно было стать их крепостью, юный Рос постарался занести велосипед внутрь, чтобы его не украли. Воодушевленный надеждой, юноша преодолел четыре пролета узких ступенек и достиг вершины. Едва переводя дух, он достал ключ, который ему дал Атилио, и они с Лаурой вошли в свое временное пристанище.

Как и в большинстве домов в округе, в нем был длинный коридор и три комнаты с обеих сторон. Если не считать скромной кухни и уборной без ванны, все остальное было вполне сносным. Управляющий киоском поддерживал в квартире чистоту и порядок, мебели и предметов декора было ровно столько, сколько необходимо. К счастью, он оставил им в кладовой молоко, хлеб, яйца, рис и немного овощей. В самой большой комнате стояла двуспальная кровать, слишком просторная и одинокая для такого сердечного человека, как управляющий.

Осмотрев квартиру, Льюис и Лаура упали на кровать и страстно поцеловались. Они ждали этого почти полжизни, и никакие силы не могли справиться с их непреодолимым влечением друг к другу.

Пусть у Льюиса и был опыт с Эстер, но любви в полном смысле этого слова он не знал. Их отношения являли собой лишь нежную привязанность, которая полностью испарилась с возвращением Лауры. А ведь Эстер предвидела, что так и случится, когда любовь всей его жизни вернется в город.

Страстно и в то же время бережно они начали расстегивать друг другу одежду: рубашку, блузку, брюки и юбку и наконец сняли нижнее белье.

Обнаженные, они увидели друг друга в новом свете, но любовь, оставшаяся прежней, заставила их без промедления слиться воедино. То, что происходило, являлось доказательством того, что они выбрали друг друга задолго до встречи в киоске. Это было сложно объяснить, но они чувствовали, что их связь родом из прошлой жизни, где они встречались снова и снова, создав мистическую связь, ощутимую в каждом поцелуе, в каждом прикосновении. Возможно, они принадлежали друг другу с самого зарождения времен, с истоков жизни. Быть может, им никто бы и не поверил, счел их парой наивных мечтателей, но им было достаточно хранить свою преданность в тишине. Никакие слова не могли передать то состояние, в котором они пребывали.

Ощутив себя единым целым, они поняли, что должны быть вместе, а удовольствие стало топливом для дерзкого бунта, не знающего себе равных.

Легкое раскаяние о побеге испарилось с первым нежным прикосновением.

Проведя более часа в чувственных ласках и наслаждениях, доводя друг друга до изнеможения, они остались лежать в обнимку, не думая ни о чем другом. После столь долгого ожидания их души наконец поклялись в вечной верности, и ничто не могло это изменить.

Нарушив волшебство этого момента, Лаура вспомнила слова Льюиса о какой-то возможности и решила узнать подробности:

– Что за план, который ты упоминал? Что ты придумал?

Лицо ее возлюбленного озарилось счастьем. Он совсем забыл о плане, полностью отдавшись чувствам.

– Ты не поверишь, но нам улыбнулась удача. Такая, которая может все изменить, когда ее