Читать книгу - "Маяк на улице Рамбла - Льюк Оливерас"

предстояло столько всего увидеть, и, хотя впереди был целый день, время таяло как дым, едва перестаешь за ним следить.

Доставив последнюю посылку к площади Ориент в районе Грасия, пара отправилась на волшебную прогулку. Спускаясь по роскошному проспекту Пасео-де-Грасия, они любовались удивительными творениями великого Гауди и уникальным духом модерна, который присутствовал лишь в этом городе. Для Лауры Барселона по-прежнему оставалась самым драгоценным уголком на всей земле – она была даже лучше таинственного старого Парижа. Сьюдад-Кондаль, ее родной город, был неповторим.

Добравшись до площади Каталонии, они углубились в новый район Кафедрального собора. Проехали по современной улице Виа Лаетана, свернули на улицу Принцессы в сторону рынка Борн и наконец оказались у парка Сьютаделья. По дороге они неспешно выпили кофе и купили чучо де крема[27] в кондитерской с почти вековой историей, утверждавшей, что у них был оригинальный французский рецепт.

В Сьютаделье они с восторгом разглядывали аттракционы барселонского парка, уже пришедшего в заметный упадок. Это пространство было реконструкцией старого «Сатурн-парка», который годами ежедневно работал в две смены и который они оба посещали в детстве, до отъезда Лауры в Париж. С наивностью тех, кто все еще чувствует себя ребенком и хочет возродить славное прошлое, они решили прокатиться на некоторых работающих аттракционах. Они начали с катка, карусели и знаменитого тира «Пим, пам, пум». Справившись с первой волной нахлынувших воспоминаний, они отправились на «Урал» – американские горки с бесконечными подъемами и спусками, где был участок, имитировавший погружение в пасть дракона. Затем был круглый лабиринт: они уже и забыли, что выбраться из него было практически невозможно. А под конец, с хохотом и счастьем в глазах, они кругами катались по извилистой трассе «Зачарованных волн».

Чуть позже они посетили парк диких зверей и послушали оркестр, игравший чарльстон в павильоне у центрального фонтана. Прежде чем покинуть место, которое раньше было столь любимо жителями Барселоны, они прокатились по озеру парка Сьютаделья на одной из романтичных венецианских гондол.

На пару часов они снова стали детьми, которые поклялись друг другу в вечной любви в таинственной и романтичной Барселоне.

Словно пытаясь наверстать упущенное, они попробовали все, о чем мечтали в годы разлуки. Когда настало время обеда, они вернулись в район Борн, чтобы попытать счастья в скромной домашней таверне, в которой они заказали две порции поджаренного хлеба с помидорами и местными колбасами – типичное для Барселоны блюдо.

Прежде чем углубиться в Рамблу Святой Моники, влюбленные решили посетить «Сала Парес», где выставлялись работы художника, однако с начала им предстояло решить небольшую проблему. Приближалось время, когда Льюис выходил на смену в киоск «Каналетас», поэтому он решил дойти до маяка и договориться с Атилио. Если кто и мог понять его жизненные потребности, так это управляющий киоском. Льюис относился к нему как к отцу и без лишних раздумий решил попросить о помощи, чтобы завершить этот волшебный день с Лаурой. Они оба прекрасно понимали, что этот бунт против правил не сойдет им с рук, но они были так влюблены, что отвергли всякое благоразумие. Иногда в жизни нужно позволять себе следовать зову сердца.

Не успели они подойти к киоску, катя велосипед рядом с собой, как Атилио их уже заметил. Удивление управляющего было столь велико, что его лицо тут же озарила безмерная радость. Он еще не видел Лауру после ее возвращения и по-прежнему питал к девушке особую нежность.

– Кого я вижу! Неужели, это ты, Лаурита?

Девушка ответила сияющим взглядом.

– Да ты просто красавица! Превратилась в женщину, от которой дух захватывает. Дай-ка тебя обнять!

Управляющий вышел из-за барной стойки и крепко прижал к себе девушку. Обнимая ее, он ощутил всю тяжесть прожитых лет. Время летело с пугающей скоростью, и до сих никому не удавалось с ним договориться.

После радушного приема молодые люди выпили по стаканчику освежающей содовой, совсем как в детстве, и Льюис рассказал другу о случившемся. Ему нужен был этот выходной ради восстановления душевного спокойствия, и управляющий не стал возражать. Он прекрасно понимал глубину их чувств друг к другу и трудности, с которыми молодым людям пришлось столкнуться.

Спустя полчаса, посвятив Атилио во все новости, влюбленные покинули киоск и направились в «Сала Парес». Они были невероятно счастливы, и Льюис чувствовал, что ему было не найти лучшей спутницы, чем любовь всей его жизни, для того чтобы увидеть успех собственных работ.

Пока они удалялись, Атилио с нежностью смотрел им вслед. Эти двое заслуживали всего самого лучшего, и он мечтал, чтобы судьба дала им второй шанс. Жизнь и так была слишком тяжела, чтобы проводить ее без того, кого выбрало твое сердце.

Прежде чем они растворились в толпе, управляющий почувствовал острую боль в груди и на несколько секунд застыл. Ему было трудно дышать, но, поскольку это случилось не впервые, он знал, что нужно сделать. Он отдышался и обманул самого себя, сказав, что это просто усталость. Ему уже было пятьдесят пять, и порой нагрузка в киоске оказывалась непосильной.

Он не заметил, как Эсекьель стал свидетелем его нового приступа, но из уважения к своему начальнику официант решил промолчать. Атилио был человеком с большим достоинством, и не Эсекьелю было читать ему наставления или указывать, что делать. Скорее всего, пожилой официант уже наведался к врачу и сам понимал, в чем дело.

* * *

Влюбленные оставили велосипед неподалеку от улицы, на которой располагалась «Сала Парес». Льюис попросил Лауру не раскрывать его личность, чтобы остаться незамеченными и тем самым избежать неприятностей с сеньором Мунтанером, и его возлюбленная пообещала не ставить художника в неловкое положение. В предвкушении выставки, они, держась за руки, направились к художественной галерее. Со стороны они выглядели самой обычной парой, но юный Рос чувствовал себя на седьмом небе, нежно дотрагиваясь до пальцев Лауры. Он был невероятно счастлив.

Они без проблем прошли в галерею, но вскоре к ним подошел администратор, чтобы поинтересоваться причиной их визита. Внешность Лауры выдавала в ней девушку из буржуазной семьи, в то время как Льюис выглядел как простой работник с Рамблы, а в заведениях подобного уровня в посещении могли отказать.

Видя нерешительность юноши, Лаура попросила ответственного за порядок в этой галерее отойти с ней в сторонку, чтобы обсудить вопрос наедине. Озадаченный Льюис остался ждать, размышляя о действиях своей возлюбленной. Спустя несколько минут вежливой беседы, во время которой управляющий с подозрением поглядывал на художника, ситуация разрешилась сама собой. Работник вернулся на свой стул, где коротал рабочие часы, а Лаура с хитрой улыбкой подошла к художнику, взяла его под руку, и они