Читать книгу - "Рысюхин, ровно в двадцать два - отбой! - Котус"

— Это при добыче в сто тысяч тонн в год — на четыреста лет⁈

— Ну, где-то так. Если, конечно, не будет обрушений, затоплений и прочего. Или не окажется, что слой мрамора дальше от края щита резко уменьшается по толщине.

— Это понятно, но вы же использовали формулу «как минимум», то есть, это наиболее скептичная оценка. Что за второе месторождение, о котором вы упоминали? Нашли ещё что-то, кроме мрамора?

— Нет, увы. Там тоже мрамор, но сплошной массив, коренной щит, так сказать. И удобное для добычи место, можно ломать клиньями или пилить блоки, с последующей разделкой на плиты или на строительный камень.

— И как скоро эти два карьера сольются в один?

— Трудно сказать: между точками по прямой около восьми километров, и главные вектора добычи немного расходятся… Но первый карьер когда-нибудь в будущем может выйти ко второму, точнее, пройдёт рядом. Я потом на карте подробно всё отмечу.

— От моста через Самоцветную до будущего карьера сколько, если по дороге смотреть?

— Около десяти километров, если по дороге от моста. По прямой от реки — меньше трёх.

— Спасибо за работу, отдыхайте сегодня в Форте, проверьте, не забыли ли чего, я распоряжусь насчёт баньки. Завтра уложите спокойно вещи, ещё раз проверите, что именно потеряли — и мы организуем доставку вас, вашего багажа, оборудования и образцов. Если угодно — то прямо до университета, чтобы с перегрузкой на железной дороге ерундой не страдать.

— С благодарностью примем ваше гостеприимство! Домой, конечно, очень хочется, но банька прямо здесь и сейчас — это соблазн, против которого трудно устоять. Опять же — завтра спокойно сесть и доехать, это несравненно приятнее и быстрее, чем тащить всё на себе с пересадками, даже если в путь отправиться прямо сейчас.

Я, не откладывая дело в долгий ящик, связался с каштеляном, чтобы он отдал своим подчинённым соответствующие распоряжения, и со Старокомельским тоже, всё же сам Форт в его ведении. А выпроводив геолога понял, что времени до обеда осталось слишком мало, чтобы идти в мастерскую. Но слишком много, чтобы просто ждать. Что ж, посмотрю черновик отчёта о разведке мраморного месторождения…

Глава 21

До обеда успел не только полистать отчёты, но и перенести отметки на карту владений. Честно сказать, «карта» — это громко сказано, скорее, схема, но уже и не кроки, которые читать — отдельное умение иметь надо. Эх, когда появится нормальная карта, с высотами, горизонталями? И отображающая не только то, что патрули рассмотреть и зарисовать сумели. Воздушную разведку организовать по весне, что ли? Дельталёт перетащить… Рискованно, конечно, хоть за всё время никого, крупнее зубастого гуся — не помню уже, как его назвали, поскольку название «Зубастый гусь» оказалось занято, как-то с печенью связано — не видели. Причём гусь у нас перелётный, пролётом только бывает, весной — туда, осенью — обратно. Но то, что мы не видели ничего летающего — не означает, что оно не водится где-нибудь в лесу. Те же можжевёлки матёрые такого размера достигают, что на них пусть не летучий слон, но летучая корова гнездиться точно сможет, и снизу их никак не рассмотришь. Сделать, что ли, более крепкий самолёт, но для использования строго на Изнанке, чтобы технического прогресса в мире не касаться? Но ведь всё равно увидят, расскажут… Опять же, патенты не оформишь, потому конструкцию или отдельные её узлы желающим воспроизвести на Лице никто не помешает. И кому прилетит по шапке, если они окажутся слишком современными? Я же если и буду делать, то по образцам, что в памяти у деда, правда, там подробностей как раз и нет. Например, про тот же винт изменяемого шага он только название знает и общую концепцию, а как он внутри устроен — может только догадываться, не интересовался никогда.

Ладно, вернёмся к карте. Самолёт для её составления — инструмент, конечно, мощный. Но к нему нужны ещё и картографы с геодезистами, целая банда, и не на один год работы им. Причём этих ребят даже для своевременного обновления карт Империи не хватает, я даже не про армейский бардак, когда «рыбным братьям» надо было занимать позиции на дне озера, на их картах не обозначенного. И не про гражданский бардак, который выявился, когда земли вокруг Викентьевки оформлять понадобилось, хоть он и показателен. Самые свежие карты нашего района сделаны тридцать лет назад, и плановое обновление их должно произойти «в течение десяти лет». И не факт, что картографы на самом деле будут изучать всё на месте, хотя, кто знает, как оно всё там устроено. Так что с картами Изнанки надо или закатывать губу, или обучать своих специалистов. В смысле — направлять своих людей на учёбу в профильные заведения, но это тоже проект на годы.

Остаётся только тяжело вздохнуть и отложить в сторонку ещё одно недоделанное дело. Я вообще, когда хожу или езжу по своим владениям — вижу в первую очередь то, что не сделано или недоделано, или брошено на половине пути. Привычка, конечно, полезная, но, как уверяют и жёны, и подчинённые из «ближнего круга» и даже дед — сильно мешает увидеть и достойно оценить уже сделанное. И даже может восприниматься со стороны так, словно я не ценю результаты чужой работы и постоянно ищу, до чего бы «доколупаться». Правда, к тому, что сделал и недоделал сам отношусь так же, и это люди тоже видят, но, боюсь, от репутации зануды и перфекциониста мне уже не избавиться.

После обеда сходил в мастерские, но ненадолго, только проверил наличие всего необходимого для сборки трёх несущих рам для будущих автобусов по образцу нашего «парадного», всё же сегодня воскресенье и у всех нормальных людей — выходной. Самому же таскать железяки в несколько десятков килограммов весом — ну его до понедельника! Ещё в процессе подбора деталей понял, что время «кустарных промыслов», когда я создавал конструкцию очередного механизма для личных нужд прямо «по месту», что-то на ходу подгоняя, меняя или переделывая — ушло почти безвозвратно. И для будущего серийного автобуса, пусть даже в серии будет штук пять, нужно сперва сделать хотя бы эскиз. И внешнего вида, и внутренней планировки.

Для вдохновения посмотрел на то, как выглядели автобусы в мире у деда, от тех, что он именовал старыми до современных ему. Заметил забавную закономерность. Всё футурологи рисуют «технику будущего» всё более обтекаемой, правда, часто переходят все границы разума с отдельными деталями, которые превращаются в гротеск. И не сказать, что они