Читать книгу - "Сила Немногих - Джеймс Айлингтон"

— Фергус, буди Падрайга и предупреди его, потом нагони нас. — Тара уже движется к двери — очевидно, она согласна с Конором. — Леатфир, покажи нам точно, где они были. Вчера шёл дождь, земля мягкая. Найти их следы будет нетрудно.

— Не лучше ли подождать Падрайга?

— Падрайг останется, чтобы защитить младших, и пошлёт нас убить их. — Уверенность Тары незыблема.

— Убить? — Я знаю, что мы к этому готовились, но всё же. — Разве не лучше взять пленных? Выяснить, что происходит?

«Если сможем». Она видит мою нерешительность. «Если это Галлхобар и у него есть люди, значит, он теперь наверняка действует заодно с Фиахрой. Они будут умелыми, возможно, превзойдут нас числом и не сдадутся. А если кто-то из них уйдёт — вернётся с подкреплением. Погибнут многие. Мы, они. Все. Это путь к спасению жизней».

Я морщусь, но возразить нечего; киваю и следую за ней и остальными без возражений. Мы скользим вдоль гати бесшумно, камышовые светильники в свободных руках у всех, кроме меня, пока Фергус отделяется и направляется туда, где спит Пэдрейг. На лицах вокруг меня — возбуждение. Решимость. Но не страх.

Вскоре мы достигаем того места, где я слышал чужаков, и не проходит и тридцати секунд, как Шеанна подзывает нас, указывая на вмятины во влажной траве. «Трое или четверо», — тихо соглашается она с моей оценкой.

Взгляд Тары скользит от меня к краннуму — почти неразличимому, чуть более светлому пятну в белой дымке, накрывшей озеро. «Что именно они говорили? Дословно».

«Один хотел продолжать наблюдение, потому что они не знали, сколько нас. Другой сказал, что Галлхобару это не важно и что они и так узнали достаточно. Что оставаться до рассеивания тумана — значит рисковать быть обнаруженными». Пожимаю плечами. «Потом они ушли».

«Миах. Поведёшь?» Тара приняла сказанное и уже движется дальше.

Миах, лучший следопыт нашей группы, кивает. Его светлые волосы, небрежно перевязанные, качаются, пока он изучает землю в мерцающем свете. Он срывается в беззвучный бег. Мы следуем за ним.

Ночной воздух влажный и душный в лёгких, пока нас пятеро трусим сначала вдоль плещущейся воды, затем вверх по безлесному, пологому склону холма. Миах ведёт уверенно, ни разу не сбившись, лишь дважды ненадолго остановившись, чтобы присесть и осмотреть землю.

«К ним присоединились другие. Теперь их не меньше дюжины», — говорит он мрачно после второй остановки.

Мы продолжаем идти ещё десять минут. Фергус догоняет нас. Остальные зажигают новые камышовые светильники. Ещё десять минут. Вверх и вниз по склонам, через журчащие ручьи. Темп жёсткий. Направление преследуемых не меняется.

Пульсация в голове возвращается. Поначалу слабая, но всё усиливающаяся — точно в том направлении, куда мы движемся. Я уже собираюсь привлечь внимание Тары, но она сама поднимает руку, замедляя нас. «Звук впереди», — шепчет она между вдохами, облачко пара клубится вокруг её камышового светильника, затем она приседает и тычет горящий конец во влажную землю.

Мои уши ничего не уловили, но остальные без колебаний делают то же самое, погружая нас в почти полную темноту. Мы крадёмся вперёд, перебираемся через гребень холма. Туман чуть поредел, и в небольшой долине чуть ниже нас мерцает крошечный нимб света. Его покачивание говорит о том, что он движется прочь от нас, хотя и медленно. Те, кого мы преследуем, никуда не спешат.

Но пульсация в голове — не оттуда, где светится огонь. Она дальше.

«Фергус и Конор. Шеанна и Миах». Тара указывает каждой паре своё направление. Они растворяются в белом.

Тара не сводит взгляда с медленно движущегося огня впереди. «Ты будешь сражаться?»

Я единственный оставшийся, так что сомнений, к кому она обращается, нет. «Да». Её сомнения раздражают меня, но сейчас не время.

Она бросает на меня взгляд. Зрение моё достаточно привыкло к темноте, чтобы увидеть: её глаза стали совершенно чёрными.

Она кивает и бежит вперёд.

Я следую за ней.

Следующие минуты проходят в напряжённой тишине, пока свет впереди становится ярче сквозь туман. Мы замедляемся. Крадёмся следом за группой, чуть поодаль от достигающего нас света их факелов. Они переговариваются между собой. Их болтовня непринуждённа, пока они пробираются по каменистому руслу ручья. Ни намёка на то, что им грозит опасность. Журчание воды заглушает наше приближение. Спины наших жертв проступают из мрака.

Никакого предупреждения, никакого сигнала, которого я мог бы заметить. Тара поднимает оружие. Бросается вперёд.

Насаживает замыкающего мужчину на копьё сзади — окровавленный наконечник выходит из его груди, пока тот испускает последний тихий, мучительный вздох.

Ещё в то мгновение, когда остальные в отряде разворачиваются к нам с оружием наготове, из белой мглы с обеих сторон возникают тени — и смерть следует за ними. Трое оседают беззвучно на мягкую землю, ещё одна кричит от боли и падает, извиваясь, — копьё Фергуса пронзило её живот. Её смерть не будет быстрой.

Пятеро убиты, а они только начинают понимать, что подверглись нападению. Остаётся девятеро. Шестеро мужчин и три женщины. Растерянные, но вооружённые и готовые к бою. Все — воины.

Оружие сверкает и щиты лязгают, когда копья бьют наотмашь. Справа Фергус ревёт боевой клич, напирая вперёд в гущу схватки, его тяжёлое копьё скорее дубина — оно обрушивается с оглушительным треском, — а Конор хохочет как безумный, вступая в бой стремительно и гибко, его золотистые волосы хлещут по воздуху. Слева Шеанна бьёт высоко, и когда щит поднимается навстречу, Миах уходит низко — уже окровавленное копьё вспарывает колено. Несчастный защитник кричит и, опуская щит, открывает горло — Шеанна коротким движением перерезает его. Двое действуют слаженно. Не останавливаясь. Плавно, неумолимо, точно.

Прямо передо мной Тара несётся мимо убитого ею мужчины, уклоняется от выпада и крутится низко, изящно подрезая сухожилия воину, прежде чем выпрямиться и прижать его к земле. Короткий клинок сверкает в её сторону — она использует копьё, всё ещё воткнутое в извивающуюся женщину, как шест, перепрыгивает через атаку и отбивает ногой руку мужчины в сторону. Приземляясь, она разворачивается, вырывает копьё и хлещет его тёмно поблёскивающим краем — по лицу следующего противника. Тот кричит, падая и зажимая руками красную рану там, где было его oko.

Шестеро уцелевших — чётное число, — но Фергус ревёт и падает на одно колено: лезвие торчит из его ноги; Конор отрывается от схватки, чтобы помочь ему, едва отводя смертельный удар, сдерживая натиск сразу с двух сторон, пока Фергус скалится и пытается подняться