Читать книгу - "Бездушный Хеллион - Джоди Кинг"

не мысль о других, а боль в ее голосе, когда она это произносила. Я увидел это в ее красивых голубых глазах, когда они остекленели, и это вызвало у меня неприятное чувство внутри.

Сейчас, больше, чем когда-либо, я жажду разгадать все о ней. Я хочу знать, кем она была до всего этого. Я хочу, чтобы она доверяла мне. Она должна знать, что со мной у нее будет кто-то, кому она сможет довериться. Я больше не стремлюсь просто трахнуть ее: я стремлюсь понять ее.

Закончив, я провожу пальцами по своим влажным вьющимся волосам, позволяя им упасть на глаза, прежде чем развернуться и выйти из ванной. Я останавливаюсь, когда вхожу, плотнее обматывая черное полотенце вокруг талии, когда замечаю, что дверь открывается. Входит Нуар, и мои глаза останавливаются на сумке в ее руке, прежде чем встретиться с ее взглядом. Она закрывает за собой дверь и прислоняется к ней, ее пристальный взгляд не отрывается от моего.

Она опускает капюшон и отталкивается от двери, проходя мимо, бросая сумку на стул. Она останавливается передо мной, и я смотрю на нее сверху вниз, мой разум уже кричит о том, чтобы взять ее киску за то, что она вошла в мою спальню, как будто она, блядь, здесь хозяйка. Но она это делает. Она может владеть каждой чертовой частью меня, и я бы охотно позволил ей это. Эта девчонка держит мои яйца в гребаных тисках.

— Мне жаль, — говорит она, и я сканирую ее взгляд. — Ты был прав все это время.

Я хмурю брови, готовый спросить, о чем она говорит, но она заговаривает первой.

— Могу я воспользоваться твоим душем?

Я слегка киваю и указываю на ванную комнату, но когда она проходит мимо меня, я хватаю ее за плечо, останавливая, и она медленно оборачивается.

— Он же не трогал тебя своими гребаными руками, не так ли? — Спрашиваю я, впиваясь в нее взглядом.

Она выгибает бровь.

— Совсем наоборот, Хелл.

Мои брови хмурятся, голова слегка наклоняется в замешательстве. Она подходит ближе, тянется за моим полотенцем и быстрым рывком обнажает мой член, затем хватает за яйца, заставляя меня вздрогнуть.

— Ты собираешься показать мне, как настоящий мужчина трахается в душе или как? — насмехается она, ее голос сочится вызовом.

В ее глазах вспыхивает озорной блеск, когда она прикусывает нижнюю губу, и без предупреждения я сильно сжимаю свои руки вокруг ее горла. Она откидывает голову назад, вызывающая усмешка играет на ее губах, когда я наклоняюсь.

— Я надеюсь, черт возьми, что в конечном итоге не убью тебя, пока ты здесь. Ты мне слишком сильно нравишься.

Ее улыбка становится шире, глаза блестят от страха и возбуждения.

— Тогда покажи мне, — шепчет она с придыханием, бросая вызов. С рычанием я толкаю ее обратно в ванную, захватывая ее губы своими, жар между нами разгорается в ад.

Прошло пару дней, как я здесь, и сейчас я одна в комнате Хелла. Он сказал, что ему нужно позаботиться о некоторых вещах, и я поняла это, но мой разум сегодня вечером выводит меня из себя. Я по глупости начинаю думать об Илае и о том, все ли с ним в порядке. Я пряталась в этом трейлере, чтобы не встречаться с ним лицом к лицу. Не знаю почему, но я чувствую, что ему нужен был этот сигнал к пробуждению. Он не может продолжать вести себя угрожающе только потому, что не получает того, чего хочет. Он не может продолжать трахать этих молодых девушек. Это отвратительно. Я думаю, что то, что он поднял руку на Блаш, было последней каплей. Она не знает пощады, и, честно говоря, ему повезло. Она зарабатывает на жизнь убийством, и удар бутылкой по голове — и это мельчайшая из его проблем… и моих тоже.

Я просто чувствую такое разочарование, в нем и в себе. Это действительно угнетает меня сегодня вечером, заставляя задуматься, не во мне ли проблема. Неужели я довела его до такого безумного состояния из-за того, что я делала с Хеллом? Я чувствую войну внутри себя, потому что я не чувствовала себя в точности его девушкой, но, возможно, мне следовало поговорить с ним более открыто обо всем, прежде чем делать то, что я сделала. По крайней мере, как друг.

— Или, может быть, в конце концов, проблема была не в нем. — Голос шепчет мне на ухо, и я резко поворачиваю голову вправо.

— Что? — Бормочу я.

— Может быть, это Хелл. Может быть, ты выбрала не того мужчину. — Шепот отвечает.

— Нет, я...

— Я имею в виду, Хелл не сильно отличается от Киро, верно?

Слезы наворачиваются на мои глаза, и я качаю головой.

— То, как он издевается над твоим телом, так же плохо, как и то, что они сделали с тобой.

— Нет, ты ошибаешься. — Бормочу я, моя нижняя губа дрожит.

— Нет, ты ошибаешься. Тебя приучили терпеть насилие, и теперь ты принимаешь это, маскируя под форму удовольствия, потому что это все, что ты знаешь…

Рыдание подступает к моему горлу, пока я продолжаю плакать.

— Он — это все, чего ты не хочешь или в чем нуждаешься. Он ослабляет тебя. Убей его.

Я закрываю уши руками и крепко зажмуриваю глаза:

— Нет.

— Убей его прежде, чем он убьет тебя.

— Нет, он не такой, как они.

— Нет, он хуже. Убей его к чертовой матери и убирайся из этого места.

— Убей его!

Я отчаянно мотаю головой:

— Нет! — Я кричу.

— Убей его!

Шепот продолжается снова и снова, повторяя одни и те же два слова, становится громче в моих ушах, и это сводит меня с ума, пока я не издаю пронзительный крик, вскакивая на ноги. В своем безумном состоянии я хватаю толстовку и направляюсь к двери. Я распахиваю ее, пока она не ударяется о стену, и вылетаю из трейлера.

Быстро шагая по гравию, я накидываю толстовку с капюшоном, мой широко раскрытый взгляд прикован к цирку впереди, светящемуся изнутри. Когда я вхожу через черный ход, я вытираю слезы с лица и направляюсь в комнату Мадам, надеясь, что она будет там.

Когда я вхожу, к счастью, замечаю ее сидящей за своим столом с бокалом вина в руке и курящей сигарету, запрокинув голову. Я останавливаюсь посреди комнаты, и она медленно поднимает голову, ее глаза встречаются с моими.

— Нуар, — говорит она с мягкой улыбкой, прежде чем жестом указать на место напротив себя. — Присаживайся.

Как всегда, в присутствии Мадам я почему-то чувствую себя странно спокойной и подхожу ближе, натягивая рукава ниже на руки. Она садится прямо, ставя свой бокал на стол, а я сажусь в кресло.

— Чем я