Читать книгу - "Зловещая мелодия - Эрик Фуасье"

изобретателем без гроша в кармане, готовым на все, чтобы найти финансирование для своих прожектов. Я не только пустила тебя в свою постель, но и подсказала, как воплотить в жизнь твои мечты о славе. И если память мне не изменяет, тогда ты не так терзался сомнениями, как сегодня. Напротив, ты был полон энтузиазма. Говорил, что, когда твой инженерный гений воссоединится с моим коварством, весь мир будет у наших ног. А теперь ты воротишь нос от несметного богатства, которое само просится тебе в руки!

– Само просится? А ты не преувеличиваешь? Я всего лишь хочу сказать, что надо уметь вовремя остановиться, пока ветер удачи не переменился. Риск – дело такое, если им увлечься, можно все потерять. Лучшее – враг хорошего!

Валантен не верил своим ушам. Несколько случайно подслушанных реплик из диалога Генри и Эмили Блэкберн полностью перевернули его представление об этой паре. Он понял, что рядом с ним – вовсе не брат с сестрой, а любовники, безнравственные преступники, хладнокровно убившие троих из чистого корыстолюбия. Но больше всего инспектора поразила эта внезапно открывшаяся ему смена ролей. До сих пор Блэкберн успешно производил на него впечатление преданного брата, окружающего заботой и вниманием парализованную младшую сестру, у которой нервы расшатаны страшными испытаниями. И что же оказалось? Что душевная хрупкость и уязвимость девушки – сущий обман, и это она задает тон в их инфернальной паре.

Но на том сюрпризы не закончились…

Валантен, не выдержав, заглянул краем глаза в спальню. Поле зрения его было сильно ограничено, однако он увидел на первом плане кресло с колесами – пустое. Шляпа с густой вуалью, без которой девушка никогда не появлялась прилюдно, была небрежно наброшена на спинку. За креслом маячили угол кровати, застеленной стеганым одеялом из шелкового крепа, и весьма изящный туалетный столик с овальным зеркалом. Обитателей комнаты видно не было.

Снова зазвучал голос Эмили – из левой части комнаты, которую от Валантена полностью скрывала дверная створка. Сейчас тон ее смягчился, даже повеселел.

– Ну пóлно, пóлно! Я не прошу тебя идти на чрезмерный риск. Давай просто внимательно понаблюдаем за замком Мелье в ближайшие несколько дней, и если подвернется удачный момент, воспользуемся им. Разве ты не хочешь напоследок покуражиться над парижским инспектором, над этим ничтожеством?

Удивительно, но Блэкберн отреагировал на это куда более резко, чем на обвинения в трусости.

– Так вот в чем дело! – с горечью воскликнул он. – Я и раньше догадывался, но теперь ты сама призналась! Тебя интересует не столько золото Кателино, сколько возможность посадить в лужу этого полицейского! Ты же только о нем и думаешь с того самого дня, когда он явился сюда впервые и ты его сразу узнала. Да ты им просто одержима! С тех пор сама не своя!

Валантен вздрогнул. Выходит, Блэкберны давно знают, кто он такой? Но кто тогда эта женщина, если она вспомнила его с первого взгляда?..

– Что ты несешь? – презрительно прозвучал в ответ женский голос, который Валантен теперь тщетно пытался отыскать в своей памяти. – Просто мне нравится водить за нос легавого, который решил, будто он всех одурачил, явившись сюда под фальшивым именем.

– Не держи меня за идиота! Я уже знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понимать, когда ты лжешь. Ты неравнодушна к этому Валантену Верну, ибо таково его истинное имя. Иначе зачем тебе было затевать с ним эту дурацкую игру? Ты же ради собственного удовольствия заставила меня пойти на бессмысленный риск в день убийства Ванвёвра.

– Надо было убедить Верна в существовании тхагов и нашего проклятия! Пока ты развлекал этого олуха в своей оранжерее, у меня было время разобраться с нашим другом врачом и приготовить миленькую мизансцену, в которой главную роль сыграл его труп.

– Это был неоправданный риск! Представь, что было бы, если бы Верн обнаружил, что это ты играла на рамсинге и бегала по лесу, притворяясь чертовым поклонником Кали! А ведь еще немного, и он мог бы нас раскрыть! Он тебя почти догнал в лесу, так что мне пришлось нарочно устроить шум, чтобы отвлечь его внимание и заставить думать, что он окружен сразу несколькими душителями!

– Ну и что? Ведь в конечном счете все вышло так, как я и задумала.

– Ты забываешь, что именно после этого дурацкого спектакля Верн и засомневался в существовании тхагов. Иначе говоря, ты, удовлетворяя свою блажь, достигла прямо противоположной цели! Ничего себе успех! – Говоря это, сэр Генри прошелся по комнате. Теперь его силуэт, со спины и против света, был виден через дверную щель и закрывал Валантену весь обзор. Та, кого инспектор пока что знал под именем Эмили Блэкберн, тоже переместилась, потому что теперь ее голос донесся справа:

– Послушай, Генри, я слишком устала, чтобы продолжать этот спор. Давай ложиться спать. Ты же сам любишь повторять, что утро вечера мудренее. Продолжим разговор завтра, на свежую голову.

Англичанин немного поколебался, но потом подошел к туалетному столику, и Валантен наконец-то заметил, что там сидит женщина. Пока он мог рассмотреть всего лишь край ее платья, ногу, закинутую на колено другой, и туфлю, которой она покачивала на кончиках пальцев. Потом в его поле зрения протянулась рука и взяла с подноса на столике гребень. Но когда Блэкберн наклонился, чтобы поцеловать обладательницу руки в шею, полицейский впервые увидел ее лицо. И так поразился, что поспешно прижал ладонь ко рту, чтобы заглушить восклицание, чуть не сорвавшееся с губ.

Эти красивые надменные черты, буйные медно-рыжие кудри и голубые глаза с магнетическим блеском он узнал мгновенно… Женщина, сидевшая сейчас в спальне старой усадьбы, слыла великой обольстительницей, вскружившей голову не одному достойному мужчине, но ее душа была черна как ночь. Два года назад Валантен и Видок были уверены, что положили конец преступному промыслу этой авантюристки без совести и морали, когда арестовали ее в подземельях под площадью Согласия. Но та, кого в ту пору звали Эмили де Миранд, сумела таинственным образом ускользнуть из тюрьмы предварительного заключения во Дворце правосудия всего несколько часов спустя[110].

Да, сомнений быть не могло. Тот самый опасный враг снова встал на пути Валантена!

Глава 37

Рандеву на Елисейских Полях

На следующий день, ближе к вечеру, на окраине Елисейских Полей прогуливалась изящная молодая женщина в платье, отделанном органди, и в модном капоре. Не прогуливалась – расхаживала туда-обратно на пересечении двух боковых аллей, кого-то поджидая. В начале недели здесь обычно бывало не так оживленно, как по воскресеньям,