Читать книгу - "Пустая ловушка - Джон Данн Макдональд"

устав слоняться без дела, он ушел в горы на свое обычное лежбище. Он жарился на солнце, чувствуя, как оно выгоняет из него болезнь. Потом он даже отважился встать под холодные струи водопада.

На обратном пути он встретил Армандо — тот возвращался с работы раньше обычного и на этот раз один. Ллойд подождал его и, когда тот подошел, сказал:

— Я хочу поговорить с вами об одном деле.

— Да, нам необходимо поговорить.

— Я должен вам сказать...

Армандо жестом остановил его:

— Сеньор Ллойд, сначала я поговорю с Изабеллой и Кончей. Может, подождете меня там, где вы обычно загораете?

— Конечно!

Он ждал час. Наконец пришел Армандо и опустился рядом с ним на плоский камень.

Ллойд начал первым:

— Сеньор, я поступил плохо...

— Пожалуйста, давайте говорить буду я. Я сам скажу, что плохо, что хорошо, а что не имеет значения. Вот, возьмите...

Он достал из кармана бутылку мутного мескаля, вытащил зубами пробку и протянул бутылку Ллойду. Ллойд отпил и вернул бутылку. Армандо тоже выпил, еще раз предложил Ллойду и, когда тот отказался, заткнул бутылку пробкой и осторожно поставил ее между камней.

— Вы ведь не женаты?

— Нет.

— Здесь мы не можем обеспечить Изабелле такую жизнь, какая должна быть у женщины. В Пинал-Бланко она бы тоже скоро стала вдовой.

— Понимаю.

— Она ухаживала за вами больше остальных. Я человек эгоистичный и вообще не хотел у себя в доме таких проблем. А ей это было необходимо. Наверное, когда ухаживаешь за больным, и рождается любовь.

— Любовь?!

— Она полюбила вас. Полюбила сильно. Только дурак не заметил бы этого. Вы набрались сил, и то, что произошло, было неизбежно.

— Этого бы не произошло, если бы...

— Значит, это произошло бы как-то по-другому или по другой причине. Вы поймите, тут я должен выступать как отец.

— Я понимаю.

— Но я не дурак и немножко знаю, что такое жизнь. Я всегда дивился на североамериканцев, на этих бледнолицых людей, которые приезжают в больших сверкающих автомобилях, таская с собой миллионы песо и коробочки для фотографирования. Они останавливались у нас в деревне. Я неграмотный крестьянин, сеньор Ллойд, но я всегда думал, что эти бледнолицые люди не могут считаться людьми. Людьми такими, как я сам. Но теперь я кое-что понимаю. Вы — первый из них, кого я знаю лично, с кем я разговаривал. Вы живете в моем доме. Вы мне симпатичны. Вы обладаете тактом и не боитесь работы. Вы не плачете, когда вам больно. Вы мужчина, такой же человек, как я.

— Спасибо.

— Зачем благодарить за правду? Я понял, что вы за человек. Хоть я и неграмотный, но кое-что понимаю. Здесь не ваш мир. Вы упали в него сверху, и в свое время вы вернетесь туда, откуда пришли. Поэтому с моей стороны было бы глупо просить вас жениться на Изабелле и жить здесь всю оставшуюся жизнь. Что бы это был за брак? Важный американец, образованный и высокий, как дерево, женится на мексиканской девушке из никому не известной деревушки. Об этом и подумать нельзя! Но в этом-то вся и проблема. Она любит вас. Для нее счастье — быть с вами, как сегодня ночью. Для нее было бы счастьем родить от вас ребенка. Она знает, что рано или поздно вы уйдете, и мы все знаем зачем. В этом-то и вся проблема. Я мог бы сказать вам и Изабелле: живите друг с другом, пока он не уйдет. А что будет потом? Здесь у нас нет церкви, но мы честные люди — мы могли бы считать вас мужем и женой, отложив свадьбу на время. Нет, я не умоляю вас, я просто прошу. Я разговаривал с Роберто, с Росарио, с Кончей и Изабеллой — все они согласны, что мы могли бы считать это браком. Мы построили бы для вас жилище, а потом, когда вы уедете, вы просто могли бы считать, что ничего не было. Ведь это не официальный брак, и те слова из Библии, которые прочтет Роберто, не смогут удержать вас здесь или запретить вам жениться у себя на родине. Вы поймите, так было бы легче и лучше для всех. Она молодая, сильная девушка, и такая жизнь хотя бы частично даст ей то, чего она, возможно, не получила бы никогда. Если даже вы уедете, то ее все равно будут считать замужней, и ни одна женщина не сможет пристыдить ее или посмеяться над ней. Над ней или над ее ребенком. Прежде чем вы ответите, сеньор Ллойд, я скажу еще только одно. То, что произошло, — это повод для праздника. Подождите, не отвечайте. Сначала хлебните из бутылки и подумайте. А потом ответите.

Это было странное и исключительно честное предложение. Видимо, Армандо основательно его обдумал.

Ллойд ответил «да».

Лицо Армандо залучилось радостью.

— Я скажу ей, что вы согласны, — сказал он.

— Нет, тио. Я сам скажу ей. Я ее попрошу. Только сначала давайте допьем, что у нас осталось. По-моему, тут нечего оставлять на потом. Как вы думаете?

— Да, нечего.

Время для строительства было явно неподходящее. И тем не менее, когда Ллойд и Изабелла выбрали себе место для жилья, деревня отложила все свои занятия, и строительство хижины было закончено в течение недели. На следующий день состоялась свадьба. Изабелла в белом платье, с блестящими косами, с опущенными вниз ресницами, держала за руку Ллойда. Роберто торжественно прочел слова из Библии. Конча плакала. Когда процедура была закончена, они поднялись с колен, и Ллойд поцеловал Изабеллу. И тут же забренчали гитары. Роберто принес мескаль и текилу. Ллойд напился до чертиков. Позже он вспоминал, как с невиданными доселе театральными жестами декламировал на английском две