Читать книгу - "Что скрывает прилив - Мария Орунья"

изучить последние звонки и сообщения. Судья уже наверняка оформил предписания, но у нас найдется что еще запросить. А, и ордер на обыск.

– На обыск?

– Да, ее квартиры. Может, там найдется что-то интересное. Вам вчера ничего такого в доме Юдит не попадалось?

– Ничего. Но мы только поверхностно осмотрели спальню. Наверное, там и ордер не понадобится, поскольку сестра жертвы не возражала, чтобы мы туда заглянули.

– Прекрасно. Хорошо бы нам так же повезло с братом Маргариты, который сегодня приезжает из Бургоса. Поговорите с ним и спросите, можно ли осмотреть квартиру, а ордер пока не запрашивайте. Попробуем исключить лишние формальности, потому что нам и без того придется получать немало разрешений и по делу Маргариты, и по делу Юдит. Надо будет обращаться в банки, в нотариальную палату, запрашивать проверку баланса на счетах, транзакций, необычных перемещений средств… в общем, абсолютно все. Завещания, страховки, последние нотариальные действия… Мы должны определить основных выгодоприобретателей от этих смертей. Так что займитесь ордерами, договорились?

– Что касается Юдит, – подал голос Сабадель, – ее сестра сообщила, что она единственная наследница, так что тут все ясно.

– Все равно нелишним будет проверить. Кстати, у сестры есть алиби?

– Да, но слабоватое, – скептически заметил Сабадель. – Она сказала, что была дома в тот вечер, когда умерла Юдит, и что прислуга может это подтвердить. Мы перед уходом, – младший лейтенант взглянул на Торрес, – опросили двух служанок, и они сказали, что донья Мелания действительно была дома, поужинала, а потом ушла к себе в апартаменты, больше они ее в тот день не видели. Мне показалось, она малость не от мира сего, художница.

– В любом случае я не представляю, как она могла бы подняться на шхуну и покинуть ее незамеченной, даже если бы у нее был сообщник среди гостей на «Хиральде». – Лейтенант задумчиво посмотрела на Сабаделя: – Сабадель, будешь работать вместе с Торрес, но сосредоточься на Маргарите Родригес. Выясни о ней все, что только сможешь, поговори с ее братом, когда он сегодня приедет в Сантандер, будь на связи с отделом криминалистики, пусть держат нас в курсе всех новых сведений, касающихся ее смерти. И обязательно изучи все вчерашние фотографии с Ла-Магдалены – и те, что в телефонах гостей, и те, что оргкомитета… Все до одной. Знаю, что криминалисты их вчера уже просмотрели, но это было поверхностно.

– У меня же сколько времени на это уйдет!

– Как и у всех остальных на их задачи, – отрезала Валентина. – Помни, что нас больше всего интересуют фотографии, где присутствует Маргарита, причем не только в бальном зале, но и до этого, поскольку смерть при отравлении цианистым калием может наступить мгновенно или в течение нескольких минут, в зависимости от дозы и способа попадания в организм.

Валентина помолчала, потерла лоб.

– Вот еще что, Камарго. Пока мы ждем сведения о Марко Фьоре, позвони в комендатуру Мадрида, коллеге, с которым ты вчера говорил, и спроси, как там расследование по нелегальным ставкам, которое ведет Национальный суд. Удалось им найти связь с нашим итальянцем или нет. Кстати, кто у нас тут знает английский? Сабадель, ты, верно?

– Э? Yes, yes. Of course[23], – ответил он, ухмыльнувшись.

– Прекрасно. Значит, свяжешься с Лондоном, с Международной федерацией тенниса. Выясни, не случилось ли за время блиц-визита Юдит Помбо ничего такого, о чем нам стоило бы знать.

– Например?

– Например, ей могли сообщить, что в ее клубе в Сантандере кто-то мутит со ставками на матчи. Сама не знаю, честно говоря, – признала Валентина, непривычная к тому, чтобы в расследовании было так много неясностей.

Сабадель с покорным видом кивнул, а Субисаррета и Торрес переглянулись, скрывая улыбку, потому что подозревали, какой на самом деле уровень английского у младшего лейтенанта, любителя преувеличивать свои способности.

Ривейро выжидательно смотрел на лейтенанта – оставалось только прояснить, чем займутся он сам и Валентина. Она оперлась ладонями на стол, постояла так, затем подняла голову и посмотрела прямо на сержанта.

– Ривейро, у нас с тобой на это утро две очень увлекательные задачи, – сказала она с иронией. – Во-первых, надо еще раз поговорить со всеми гостями со шхуны, чтобы они нам изложили свои версии того, что вчера случилось с Маргаритой.

Ривейро кивнул, уже предвидя такой же длинный рабочий день, как предыдущий.

– А во-вторых?

– Во-вторых, надо уточнить причину смерти у тех, кто там занимается вскрытием тела Маргариты. – Она посмотрела на часы: – Да, тело как раз сейчас должно быть у судмедов. Цианид – пока только версия. Ривейро, нам с тобой надо будет съездить в больницу или хотя бы предварительно что-то выяснить по телефону.

– В смысле, «у тех, кто там занимается вскрытием»? – спросила Торрес. – Разве это не Мухика?

Валентина пожала плечами:

– Не знаю, но вряд ли, потому что вчера она дежурила, а мне рассказывали, что судмеды время от времени спят. В любом случае мы сейчас позвоним в больницу убедиться, что больше не поступал никто из тех, кто вчера присутствовал на Ла-Магдалене.

– И выяснить, по какой причине туда поступил Оливер Гордон, полагаю.

– Именно так, – сказала Валентина отстраненно, как если бы эта информация представляла интерес только с профессиональной точки зрения.

Лейтенант завершила совещание, адресовав всей команде одобрительную улыбку, и тут зазвонил ее телефон. Это был капитан Карусо. Валентина жестом попросила коллег задержаться.

– Что? Ясно. Когда это случилось? Да, да. Конечно, сеньор. Не беспокойтесь, капитан. Дисплей, да, буду посматривать на дисплей.

Когда она пересказала, что только что произошло, Сабадель прищелкнул языком, Торрес ахнула и закрыла рот рукой, а Субисаррета схватился за голову.

Элоиса Монтес, мать Юдит Помбо, умерла ночью в усадьбе в Маталеньясе, пока бриз облетал буколические крыши, оставляя белесые следы соли на старых камнях, как оставляет следы в нашей памяти смерть любимых людей.

11

Что действительно важно – так это множество трупов. Если вещь получается скучноватой, то стоит немного добавить крови, и она станет повеселей[24].

Агата Кристи, «Карты на столе» (1936)

Обычно те, кто живет в необыкновенных местах, не замечают красоту, что их окружает. Не замечают, насколько им повезло в жизни, – до тех пор, пока судьба не забросит их в менее живописные ландшафты.

Когда Валентина в первый раз увидела Сантандер, приехав из родной Галисии, из старинного и прекрасного Сантьяго-де-Компостела, ее поразил контраст двух основных красок: синевы моря, видного отовсюду и обнимающего город, и зелени обширных лугов, которые расстилаются всего в нескольких минутах езды от центра. Эти же цвета удивительно гармонично присутствовали