Читать книгу - "Что скрывает прилив - Мария Орунья"

– Серьезно?

– Да. Мухика объяснила мне это несколько месяцев назад, когда у нас были жертвы пожара.

– Пожара? А, точно, вот откуда ты знаешь про цианид!

Альмудена Кардона кивнула. Оба судмедэксперта знали, что большинство жертв пожара погибает не от огня, а от дыма. Раньше считалось, что причина в высоком содержании монооксида углерода, но оказалось, что наиболее опасен в составе дыма цианистый калий, который часто обнаруживают в телах задохнувшихся при пожаре. В жилищах все больше вещей из пластика, нейлона, полиамида и других подобных материалов, которые при горении выделяют высокотоксичные и зачастую смертельные соединения.

– Обрати внимание вот на это, – сказала Кардона, указывая на трахею, а потом на легкие Маргариты Родригес. – Видишь? Закупорка трахеи и диффузное альвеолярное кровоизлияние…

– Точно, – оценил стажер, особенно заинтересовавшись легочным кровотечением.

– Это часто наблюдается при отравлении цианистым калием, – объяснила Кардона. – Отек легких, эрозия желудка. Вот здесь, видишь? Яд поступил перорально. Обычно он сильнее всего воздействует на мозг, так что мы с большой вероятностью обнаружим отек мозга. Ты знаешь, что под действием цианистого калия электрическая активность в мозге прекращается еще до того, как наступит остановка сердца? Я об этом читала в одном американском исследовании.

– Ого. Нет, не знал такого, – сказал стажер.

– Готовься, с минуты на минуту нас начнут дергать следователи. Вчера Мухике начали названивать ни свет ни заря. Вечно одно и то же, как будто мы тут долбаные машины. Но пока не придет анализ на токсины и яды, мы не можем ничего подтвердить.

Педро Мигес, который не так много знал о цианиде, как Кардона, но все-таки был знаком с общими сведениями, понимал, что анализ крови выявит высокое содержание кислорода и молочной кислоты из-за нарушения ферментных реакций при кислородном голодании. Бедная женщина, лежащая у них на столе, скорее всего, умерла ужасной смертью, ведь цианистый калий не дает кислороду, переносимому красными кровяными тельцами, попасть к клеткам организма, что приводит к терминальной гипоксии.

Он посмотрел на коллегу:

– Но что ты ответишь гражданской гвардии, когда они позвонят?

Кардона пожала плечами.

– Как думаешь, законно будет послать их куда подальше?

– Нет, – ухмыльнулся молодой человек, – наверное, незаконно.

– Значит, скажу правду. Я считаю, что кто-то умышленно отравил эту женщину, вполне сознавая, что она умрет в страшных мучениях.

Валентина Редондо просмотрела свои записи, выжидая, не выдвинет ли кто-то еще одну экстравагантную идею. Она уже решила, на какой детали сосредоточится. Кто больше всех выигрывает от смерти Юдит Помбо и Маргариты Родригес?

– Поговорим о мотивах, о том, почему кому-то могло быть выгодно, чтобы умерли Юдит Помбо, а затем ее секретарь.

– Учитывая то, что нам известно на данный момент, – заметил Ривейро, – следует исключить экипаж «Хиральды», так?

Валентина подошла к доске, где были перечислены все, кто находился на шхуне в момент преступления.

– Пока что, хотя это только предварительно, можем отодвинуть в сторону экипаж. Сосредоточимся на остальных. Маргарита Родригес, Василь Раллис, Пабло Рамос, Феликс Малианьо, Виктория Кампоамор, Эмилио Рохас, Марко Фьоре и Росана Новоа.

Первой отреагировала Торрес:

– Мы не исключаем Маргариту?

– Если исходить из версии, что убийца один, тогда, конечно, ее можно было бы вычеркнуть, однако она последняя, кто говорил с Юдит, не будем об этом забывать.

– Но она же находилась в салоне, когда жертва закричала!

– Знаю. Но допустим, что это она заколола Юдит и оставила ее умирать на кровати в каюте, заранее подложив туда проигрывающее устройство, запрограммированное так, чтобы через десять минут оно воспроизвело запись женского крика…

– Но устройство увидели бы, когда выбили дверь, – возразил Камарго.

– Необязательно. Она могла спрятать его в укромном месте и незаметно забрать, когда вошла в каюту вместе с остальными, а затем выбросить за борт.

Ривейро покачал головой:

– Нет, это невозможно.

– Почему?

– Потому что каюта была заперта изнутри. Вот скажи, как Маргарита могла ее запереть?

– Это правда, – с досадой признала Валентина.

– И к тому же, – убежденно произнес сержант, – когда Юдит уходила в каюту, при этом присутствовал капитан. Вспомните, он свидетельствовал, что стоял в тот момент рядом с Маргаритой. Он бы увидел, если бы она напала на Юдит. Нет, так быть не могло.

Валентина нахмурилась, признавая, что он прав и что тут многое не складывается.

– Это дело подталкивает нас на все более несуразные версии, но не исключено, что одна из них выведет нас на правильный путь, так что не бойтесь высказывать все, что приходит в голову. – Лейтенант оглядела команду, остановив взгляд на Субисаррете. – Вот что… Торрес, мы пока оставим Маргариту в списке подозреваемых, хорошо? Как мы убедились, маловероятно, что она убила Юдит, но она могла быть как-то иначе замешана в этом преступлении, и тогда ее мог убить третий человек – возможно, даже ее сообщник.

– Да, это логично, – согласилась Торрес, что-то быстро черкая в своем блокноте.

– Итак, – продолжила Валентина, – исходя из того, что мы с Ривейро услышали вчера от свидетелей, напрашивается вывод, что Юдит не особенно любили, зато боялись и уважали. У каждого мог быть более или менее веский мотив избавиться от нее. Это не только деньги, но и личные обиды, зависть и даже борьба за власть. Таким образом, рано кого-то исключать из списка, но мы можем ранжировать подозреваемых, чтобы понять, кто нам представляется наиболее заинтересованным в смерти Юдит и, соответственно, в смерти Маргариты.

– Думаю, что в самый низ списка можно поставить Эмилио Рохаса из Союза предпринимателей. Или даже вовсе исключить его, – предложил Ривейро. – Он едва знал Юдит и никак не был заинтересован в ее смерти.

– Да, это верно.

– Василь Раллис, Пабло Рамос, Феликс Малианьо… Не знаю, у них я тоже не вижу мотивов, которые были бы достаточно вескими для преступления. – Сержант посмотрел на лейтенанта: – У всех трех кандидатур невысокий приоритет, согласны?

– Возможно, – кивнула Валентина, – но нужно будет внимательно изучить, какие отношения на самом деле связывали каждого из них с Юдит.

– Виктория Кампоамор, – продолжал сержант, снова сверившись с блокнотом. – Мне кажется, она тоже не соответствует профилю, хотя мы можем присвоить ей средний приоритет из-за всей этой антимонархической истории…

– Твою ж налево! – воскликнул Сабадель. – Так короля там и близко нигде не было!

– Знаю, но слишком уж много совпадений. И слухи о том, что король посетит теннисную конференцию, и пикет, когда Юдит поднималась на борт шхуны…

– Но в этом случае, – заметил Субисаррета, – речь шла бы о преступлении по политическим мотивам, и оно не принесло бы никакой выгоды.

Ривейро улыбнулся.

– Мы же не знаем, действовал практичный и умный