Читать книгу - "Таежная банда - Валерий Георгиевич Шарапов"

удар Егор вложил все остатки силы — вогнал кулак под нос с горбинкой. Голова дернулась, руки разжались, убийца скрылся под водой…

Егор сидел и ждал, поглаживал отбитый кулак. Алла пристроилась рядом, тоже смотрела на воду. Никто не всплывал. Река невозмутимо несла свои воды, проплывали коряги, ветки. Еще одной тварью на земле стало меньше. Спи спокойно, Федор Кузьмич…

— Ты страшен, — прошептала Алла, с опаской покосившись на него. — Что в тебе просыпается, Бурлак? Мы становимся настоящими преступниками…

Просыпалось что-то темное, звериное, затапливало — такое, что ему самому от себя становилось страшно…

— Все в порядке, — свистящим шепотом выдохнул он. — Мы не становимся преступниками, мы избавляем этот мир от тех, кого никогда не отправят под суд… Подожди, Алла, минутку передохнем и пойдем разбираться с «прокурором» — назрела к нему парочка вопросов…

Он постучал в дверь условным стуком — два коротких удара, пауза, еще два коротких. Завозилось что-то за дверью, зашлепали ноги в тапках.

— Какого хрена, Щуплый, что-то забыл? — проворчал Рудгер, открывая дверь. Егор шагнул через порог, ударил «прокурора» в зубы. Тот даже испугаться не успел, отпрянул, прижался к противоположному косяку. Егор пересек короткое пространство, схватил Рудгера за ворот рубашки, втащил в комнату. Там было уютно, прибрано, Борис Леопольдович недавно расправил кровать, готовился отойти ко сну. Егор швырнул его под койку, Рудгер ударился головой о перекладину, завыл.

— Не вздумай орать, — предупредил Егор. — Не то все зубы пересчитаю.

Алла скромно вошла следом, присела на краешек стула. По всему выходило, что это был не ее праздник.

— Бурлак, ты что, охренел? — захрипел Рудгер, выплевывая кровь. — Ты что себе позволяешь? Ты хоть соображаешь…

Он не договорил, метнулся к стулу, на котором висел пиджак, — вернее, к содержимому его внутреннего кармана. Егор среагировал, ударил «прокурора» ногой, и тот зарылся носом под кровать. Егор извлек пистолет Макарова из внутреннего кармана дорогого пиджака, оттуда же — запасную обойму, стал запихивать все в карман. Скоро карманы будут ломиться от дармового оружия…

Он схватил Рудгера за шиворот, выволок из-под кровати, бросил на пол. «Прокурор» пытался подняться, лицо перекосилось от страха.

— Бурлак, прекращай, ты совсем с ума сошел… Ты хоть знаешь, кто за мной стоит? Бессмертным стал, идиот?

Клацнула челюсть, Рудгер чуть не подавился.

— Это тебе за идиота, Борис Леопольдович. Увы, не знаю, кто за тобой стоит, но, надеюсь, в скором времени узнаем. Не против подышать лесным воздухом?

— Бурлак, ты что задумал? — Рудгер снова начал подниматься. Окровавленная физиономия побелела от страха, рубашка порвалась. Тапки слетели с ног, обнажились во всей красе дырявые носки.

Егор с превеликим удовольствием ударил в живот. Темнота засасывала, ярость теснилась в голове. Рудгер повалился на кровать, кашляя и пуча глаза.

— Товарищ старший лейтенант, подгоните, пожалуйста, машину к калитке. А я пока подготовлю это туловище к перевозке.

К чему изобретать велосипед? Рудгера доставили в уже знакомый район Гончарова ручья, машину увели за кусты от проселочной дороги. Пленника со связанными за спиной руками Егор выволок с заднего сиденья, постоял над душой, дожидаясь, пока он придет в себя. Приказал подняться, погнал через кустарник к заброшенной пасеке. Обувать это существо он посчитал излишним, «прокурор» брел в носках по земле, стонал, когда ранил пятки. Выплывали из мрака знакомые бугорки. В одной из землянок еще сохранился вход, заглубленный в землю. Алла включила фонарь, обследовала старое сооружение. Затем сделала приглашающий жест. Внутри было сравнительно просторно. Догнивало старое дерево, было душно, пахло древесной гнилью. Пленник извивался на земляном полу, стонал. Егор смотрел на него с презрением. Жалость не просыпалась, да и слава богу. Алла подвесила фонарь за какой-то выступ, пристроилась в углу, задумчиво смотрела на своего коллегу-подельника. С каждым деянием они увязали все глубже, но остановиться уже не могли.

— Бурлак, сука, что ты задумал? — хрипел Рудгер, отталкиваясь пятками и отползая в противоположный угол.

Мелькнула мысль: неплоха ирония судьбы. Материалы Варана, за которыми Рудгер так охотился, находились рядом, под омшаником, но такое ощущение, что где-то за океаном.

— Убивать тебя будем, Борис Леопольдович, — сухо сообщил Егор. — В городе неудобно, свидетелей много, а здесь — сам бог велел. Тебя тут и через сорок лет не найдут. И Щуплый тебе не поможет. Кстати, Щуплый уже никому не поможет — рыб кормит.

Он поднял пистолет. Рудгер завыл, стал вертеться, вскрикнул от боли, подвернув руку.

— Бурлак, что ты хочешь? — Он снова взвыл. — Руки развяжи, скотина, боишься, что ли, меня?

— Боюсь, Рудгер, — Егор насилу сдерживал смех. — Еще как боюсь — особенно того, что прикончу тебя раньше времени. А ну, лежи смирно, мордой в пол!

Он взял у Аллы нож, нагнулся, перерезал веревки. Жалость, что ли, проснулась? Да не дождутся! Рудгер закряхтел, стал переворачиваться обратно. Глаза шныряли по углам, немного задержались на задумчивой Алле. Он стал растирать затекшие запястья.

— Бурлак, прекращай, давай поговорим, — проскрипел Рудгер. — Ты же не такой, ты не садист…

— Не садист, — согласился Егор. — Садист — это ты. Прекрасно знал, что ни в чем я не виноват. Но дело шил, выслуживался перед начальством. Прекрасно помню твои затрещины и гадкие усмешки. И сколько в твоей коллекции было таких, как я? Понятно, что все фабриковали, ты не уникален, но не все от этого получали удовольствие. Ладно, разговор не об этом. Твой Щуплый убил старика Аристархова. Тема даже не дискуссионная — что было, то было. И приказал ему это сделать ты. Тоже не обсуждается.

— Бурлак, ты почему не понимаешь? Мне же приказали… — Рудгер стал кашлять, облизывать пересохшие губы.

— Вот и подходим к самому главному, Борис Леопольдович. Кто приказал? Расширяя данный вопрос: кто твой хозяин на Лубянке?

— Бурлак, опомнись, это секретная информация… — Глаза скорчившегося на полу человека бегали от страха. — Ты же сам из этой системы, должен понимать…

— Не из этой, Рудгер. Я был рабом другой системы. Повторяю вопрос: на кого ты работаешь? Кто охотится за компроматом Варана на генерала Ракитина? Вопрос понятен? Есть время подумать.

Рудгер закряхтел, сделал страдальческое лицо.

— Это генерал-лейтенант Кудряшов из 2-го управления… Он не любит Ракитина, этот гад ему как кость в горле…

Егор переглянулся с Аллой. Она покачала головой: врет. Он и сам догадывался, что врет. Слишком явные признаки вранья.

— Ладно, Рудгер, видит бог, я хотел как лучше. — Егор передернул затвор, вскинул ствол. — Мы, в принципе, узнаем и без тебя…

— Подожди! — взвизгнул пленник. — Это Ковальский! Первый заместитель Ракитина… Генерал-майор Ковальский Юрий Леонидович…

— Да неужели? — усмехнулся Егор. — А мне вот кажется, друг мой ситный, что