Читать книгу - "Идеальная дочь - Федерико Аксат"

согласились работать на выходных.

– Но как мы дотащим эти плакаты? – спросил Тим. – На велосипеде слишком долго и опасно – вдруг кто-то увидит нас с плакатом? Все сразу поймут, что…

– Спокойно, Тим. – София положила руку другу на колено, отчего тот мгновенно оцепенел. – Надо просто попросить нужного человека. Нам поможет Кит Хобсон.

29

За один месяц и двадцать пять дней до исчезновения

Все шло как по маслу, пока не полетел первый камень.

Он попал в лицо старшекласснице по имени Кейша Уилсон – рана была неглубокой, но кровь так и хлестала. С этой минуты все вышло из-под контроля.

Ровно час назад Никки и София, смешавшись с толпой, праздновали успех: митинг шел полным ходом. Вокруг раздавались крики: «Нет насильникам в школе Хоукмуна!»

– Неужели мы это сделали? – повторяла Никки.

София прикинула, что перед входом в школу собралось около двухсот пятидесяти человек, включая учеников и родителей. Среди протестующих были настолько известные люди, что София уже не сомневалась: никому и в голову не придет, что все это устроили они с друзьями. Тон задавала женщина по имени Мередит Флинн из Христианской женской ассоциации: она пришла со своим рупором. Как и остальные, Мередит получила письмо, где подробно рассказывалось о поведении Дилана Гаррета и о том, как школа и директор Лендерман не стали принимать никаких мер против него. Флинн, стоявшая у школьной лестницы, громко кричала в рупор, что власти не могут закрывать глаза на такое, и требовала объяснений. Толпа все активнее размахивала плакатами.

Бишоп с Тимом стояли довольно далеко от девочек. Возможно, это было лишнее, но ребята договорились не показываться вместе. Они знали: из окон школы за толпой наблюдает руководство, не решаясь принять удар на себя. К лучшим друзьям Дженис точно будет приковано внимание. Совсем не прийти на митинг было бы подозрительно, поэтому четверка друзей договорилась вести себя как можно естественнее.

Они и не знали, сколько, оказывается, у Дилана в школе недоброжелателей. Ученики из всех классов размахивали плакатами и громко выкрикивали лозунги вслед за Флинн.

Сначала за порядком следил только офицер Грюнфельд. Он держался на безопасном расстоянии и явно ждал подкрепления. Наконец к воротам подъехала патрульная машина, оттуда вышли двое полицейских и присоединились к Грюнфельду. Никто не обращал на них внимания, кроме Софии и Никки: девочки стояли неподалеку и следили за перемещениями мужчин в форме. Они с удивлением заметили, что полицейские даже не приближаются к протестующим; либо они ждали указаний, либо указания в том и состояли, чтобы до поры бездействовать.

– Гаррет – насильник! Лендерман – сообщник! – выкрикнул кто-то.

Послышались торжествующие вопли, и толпа с напором несколько раз повторила лозунг.

София продолжала наблюдать за полицейскими, одновременно высматривая в толпе кого-нибудь из друзей Дилана. Ни Кейси, ни Стива, ни Мэгги Гилл или Салли О'Доннелл видно не было.

Вдруг кто-то к ней обратился:

– Ты София Холмс, верно?

Перед ней стояла девочка на класс старше, которую она едва знала в лицо.

– Да, – ответила София.

– Меня зовут Эллисон, мой папа репортер. Он работает на десятом канале.

При последних словах девочка слегка потупилась. София кивнула.

– Он хочет с тобой поговорить, – продолжала Эллисон. – Ты ведь лучшая подруга Дженис Хобсон, да?

Мысли так и завертелись у Софии в голове.

В эту минуту к школе подъехал фургон десятого канала. Толпа оживилась. Плакаты заметались быстрее, крики стали громче.

– Все должны знать правду! – повторяла Флинн.

– Ну так что? – спросила Эллисон.

София понимала: общение с репортером противоречит плану держаться в тени. С другой стороны, все ждут от нее именно этого.

– Веди меня к своему папе, – сказала она.

Девочки обогнули толпу и подошли к фургону. Худой мужчина с треугольным лицом и в круглых очках вылез из салона, поправляя пиджак. Оператор с гигантской камерой на плече ждал его снаружи.

Все произошло очень быстро. Отца Эллисон звали Питер Неппер. Он объяснил Софии, что через несколько минут они выйдут в прямой эфир (разумеется, если она не против), но сначала он поговорит с ведущими в студии.

Не успел Неппер закончить, как из-за фургона выбежала какая-то девушка и замахала ему рукой. Она говорила по телефону и беспокойно смотрела на Питера.

– Выходим через тридцать секунд.

Оператор приготовился. Неппер поправил галстук и поднес микрофон ко рту как раз в ту секунду, когда оператор подал ему знак: эфир.

– Лиза, Роберт, добрый день! Я нахожусь у входа в школу Хоукмуна. Как вы видите, жители города, в том числе ученики школы и их родители, собрались здесь, чтобы потребовать ответных мер от руководства: речь идет о предполагаемом изнасиловании со стороны одного из учеников.

Несколько секунд Неппер молчал, время от времени кивая.

– Все верно, Лиза, – снова вступил он. – Ученик, которого обвиняют в изнасиловании, несовершеннолетний, и по понятным причинам мы не будем называть его имени. Люди собрались здесь в ответ на электронные письма и призывы в соцсетях. Они требуют, чтобы руководство приняло меры.

Пока Неппер говорил, несколько протестующих выстроились полукругом у него за спиной. На двух плакатах значилось: «Гаррет – насильник!»

Еще какое-то время Неппер описывал происходящее. София впервые в жизни видела, как работает репортер в реальном времени, и поразилась, насколько быстро тот освоился с обстановкой. Он только приехал, а кажется, будто стоял тут часами!

– Рядом со мной лучшая подруга одной из жертв. Ее зовут София. Здравствуй, София. Что ты думаешь о митинге?

– Я удивлена, что пришло столько народу, – заговорила София. – Когда я получила письмо, то сразу решила: надо идти. Моя подруга сильно пострадала, и мы все ждем от школы объяснений.

– Как, по-твоему, должно поступить руководство?

– Исключить виновного из