Читать книгу - "Убийство в книжном - Анита Дэвисон"

тетя Вайолет откинула за плечо свой длинный шарф, – не расскажешь ли мне, чем тебя расстроила миссис Маллинсон?

– Ах да, об этом. – Ханна откашлялась. – Кто она? Не помню, чтобы ты упоминала о ней раньше.

– Глэдис состоит в Чрезвычайном женском корпусе. Они готовят персонал для военных госпиталей и оказывают благотворительную помощь, но, чтобы получить членство, надо быть дочерью лорда, хотя бы потому, что им приходится покупать себе форму по два фунта за комплект. Глэдис избрали казначеем, и это, похоже, вскружило ей голову. Впрочем, она всегда любила задирать нос, и я бы охотно взглянула, как кто-нибудь ей этот кичливый нос утрет.

– Тогда тебе следовало заглянуть сюда десятью минутами раньше. – Понизив голос, чтобы Арчи не услышал, Ханна рассказала о выходке с белым пером.

– О нет, бедный Арчи. Должно быть, он ужасно себя чувствует. Надеюсь только, мальчик не отправится на призывной пункт, лишь бы доказать, что эта старая выдра не права.

– Да уж, я тоже. – Ханна просмотрела письма на столе. – Ты не возражаешь, если я разберу почту, пока мы разговариваем? С тех пор как мы начали действительно продавать книги, а не просто хранить их, работы прибавилось. – Она отодвинула часть писем, чтобы освободить место, когда Арчи вернулся с подносом.

– Спасибо, Арчи, это очень кстати.

– Бартлби нужно покормить, мисс, так что я буду в подсобке, если вдруг вам понадоблюсь. – И он ушел, сжимая в руках свою эмалированную кружку с голубой каймой.

– Сколько бы я ни приглашала его посидеть со мной, Арчи всегда перекусывает в подсобке. – Ханна протянула тетушке фарфоровую чашку с блюдцем.

– Его учили знать свое место, дорогая, и с нами он будет чувствовать себя неловко. Предлагаю просто оставить его в покое.

Ханна не стала спорить, поскольку понимала, что самоуважение Арчи покатилось ко всем чертям из-за ужасной миссис Маллинсон.

– Так о чем мы говорили? – Тетя Вайолет оперлась локтями на стол, держа чашку обеими руками. – У тебя есть новости от инспектора Фаррелла?

– Никаких. Но через пару минут вернется констебль Джонс. Он вышел проверить, не шатается ли по близлежащим улицам кто-нибудь подозрительный. А почему ты спрашиваешь?

– Не похоже, что ты относишься серьезно к нашей шпионской истории. Но это не шутки, понимаешь?

Ханна вздохнула.

– Сначала это казалось таким волнующим, но теперь я думаю: а вдруг мы все ошибаемся? Вдруг Монти понятия не имел, во что ввязался? И не знал о спрятанных в открытках посланиях? И на него зря открыли охоту? А тем временем убийца Лили-Энн гуляет на свободе.

– Ты не думаешь, что Монти убил ее?

– Я не знаю. Но вдруг он вообще ничего этого не делал? То есть не убивал и не шпионил? К книжному магазину никто не подходит уже несколько дней, и констебль Джонс начинает скучать.

– Тебе следует больше доверять суждениям инспектора Фаррелла. У него сильная интуиция. – Тетушка легонько погладила ее по щеке. – Он тщательно обдумывает ситуацию, прежде чем высказать свое мнение, и он умеет слушать – что для мужчины редкость.

– А по-моему, он слишком заносчивый. – Ханна приготовилась к возражениям, которых так и не последовало. – Интересно, я правильно поступила? В отношении Монти? Я имею в виду, если он ни в чем не виноват…

– Давай оставим это инспектору Фарреллу и дождемся завершения расследования? Согласись, мы слишком многого не знаем. Например, мы не знали даже, что у Лили-Энн зависимость от лауданума, – сказала тетя Вайолет, разбирая книги в корзине.

– Верно. – Ханна прикусила нижнюю губу. – Никак не могу перестать о ней думать. Возможно ли, что в тот день она хотела мне рассказать об этом?

– Ханна, хватит. Сколько раз тебе повторять? Ты не виновата в ее смерти. – Тетушка оценивающе посмотрела на корзину. – Пожалуй, хватит. Еще немного – и я уже не смогу это поднять. – Она перевела глаза на часы и вздрогнула. – Ой, мне пора бежать. Кроме визита на Энделл-стрит, я должна еще кое-что подготовить к обеду для суфражисток. – Заметив косой взгляд Ханны, она добавила: – И не надо на меня смотреть с таким ужасом. Мы не собираемся осаждать парламент. Просто группа женщин-единомышленниц, которые планируют навести порядок в мире за тарелкой вегетарианского рагу.

– Стесняюсь спросить, что входит в состав вегетарианского рагу, – поморщилась Ханна.

– Насмехайся сколько угодно, но и ты будешь рада его отведать, когда мы все останемся без свежего мяса, потому что его отправляют солдатам на фронт. – Она поправила шляпу и натянула перчатки. – Кстати, ты не давала объявления о сдаче квартиры? Жаль, что она пустует, ведь это могло бы увеличить доход от магазина.

– Я собиралась, но инспектор Фаррелл попросил повременить с этим до конца расследования. – Ханна подняла корзину с книгами и проводила тетю до двери.

– В нашей части Вест-Энда жилье нарасхват. – Тетя Вайолет резко остановилась, вынудив джентльмена в котелке уклониться от столкновения. – Кстати, ты знаешь, этот молодой композитор, Айвор Новелло, живет над театром «Стрэнд», здесь прямо за углом.

– Кто?

– Конечно, ты его знаешь. Новелло. Он написал «Пусть горит домашний очаг», эту песню все слышали.

– Тетя Вайолет, я уверена, что он вполне счастлив там, где живет.

– Пожалуй, ты права. И теперь, когда я как следует подумала, то вспомнила, что он делит квартиру со своей матушкой. Сомневаюсь, что комнатушки над магазином достаточно просторны для двоих.

16

День протекал спокойно, покупателей почти не было, если не считать джентльмена в черном пальто и надвинутом на лоб хомбурге. Он грубо отказался от помощи Ханны, потребовав, чтобы его обслужил продавец-мужчина. Про себя она оправдала его, прямо сказать, хамство черной повязкой над левым локтем и, проникшись сочувствием, спешно отступила.

Позабыв о нем в ту же минуту, она разрешила скучающему констеблю Джонсу пройтись по Кэтрин-стрит якобы в поисках подозрительных личностей, а на самом деле, как догадывалась Ханна, чтобы спокойно перекурить. Выходя, он придержал дверь для пожилой леди, которая заявила с порога, что она в восторге от детективных историй Ханны Кэтрин Грин.

После тщательных поисков и обстоятельных обсуждений дама удалилась, унося солидную стопку книг, что с лихвой компенсировало