Читать книгу - "Идеальная дочь - Федерико Аксат"

– Он сам сказал, что не умеет, – заметила София.

Бишоп хотел что-то возразить, но передумал.

– Как думаешь, ты быстро научишься? – спросила Никки.

Тим горел от стыда. Вопрос придал ему уверенности.

– Думаю, да. Я дома тренировался.

– Мой брат научит тебя основам, – сказала Дженис. – Сможешь оплатить несколько уроков?

Тим закивал.

– Девочки, что скажете?

– Нам нужен ударник, – констатировала София.

– Я скажу: давайте попробуем, – поддержала Никки.

Так Тим стал официальным членом группы.

Подойдя к дому Хобсонов, ребята сразу поняли: что-то не так. Окно Дженис на втором этаже было закрыто – такого никто из них еще не видел. Они не стали звонить в дверь, а сразу пошли на задний двор. Машины Харлана, которую он обычно парковал перед гаражом – внутри все место занимали мотоциклы, – нигде не было. Тим заглянул в окошечко над задней дверью. Остальные ждали его вердикта.

– Никого нет, – объявил Тим.

Рядом с гаражом был зал для репетиций. Они достали из-под цветочного горшка ключ и вошли внутрь.

Никки первой заметила, что бас-гитары нет на месте. Все четверо уставились на стойку, где Дженис обычно оставляла свой инструмент, рядом с гитарами старшего брата.

– Усилитель тут. – Тим показал на Marshall.

Окно закрыто. Гитары нет. Ничего хорошего все это не предвещало.

– А ее папа в туре, не знаете? – спросила София.

Все переглянулись.

– Уехать в тур за неделю до Рождества? – засомневался Тим.

– Не сказать, чтобы у них тут царила рождественская атмосфера, – заметил Бишоп.

Они вошли в дом через заднюю дверь. Внутри стояла полная тишина.

– Дженис! – крикнул Бишоп. – Это мы!

На кухне стояла немытая посуда и попахивало чем-то несвежим.

– Может, нам… кому-то позвонить? – спросил Тим.

– Кому?

Никки посмотрела на него так, словно ничего тупее в жизни не слышала. В каком-то смысле так оно и было: они всегда приходили к Дженис без предупреждения.

– Ну не знаю… – попытался оправдаться Тим. – Понятно же, что Дженис тут нет.

– Тут вообще никого нет, – сказала София.

Она шла впереди, как храбрый воин-берсерк.

В гостиной они обнаружили остатки вчерашнего ужина. На столе стояло две коробки из-под китайской еды и две пивные банки. Бишоп снова позвал Дженис, хотя теперь уже все понимали, что ответа не дождутся. После некоторых сомнений они решили подняться наверх. Хоть они и приходили сюда как к себе домой, это было уже как-то чересчур.

– Может, мы с Бишопом останемся внизу – вдруг мистер Хобсон придет? – предложил Тим.

– Не надо, – не оборачиваясь ответила София. Она уже поднималась по ступенькам. – Пойдем все вместе.

Никки решительно топала за ней. Тим и Бишоп переглянулись и тоже двинулись следом.

Ребята сразу прошли в комнату Дженис. Включив свет, они поняли несколько вещей одновременно. Во первых, бас-гитара действительно исчезла: верный признак, что Дженис куда-то уехала и вернется нескоро. Во-вторых, собиралась она явно в спешке. Кровать была не застелена, на ней и на полу валялась одежда. Бишоп и Тим, которые никогда не бывали в комнате Дженис, сели на кровать, подальше от лифчика, лежавшего на подушке, и наблюдали, как девочки бесцеремонно обыскивают платяной шкаф подруги.

– Рюкзака нет, – доложила София, стоя на коленях и роясь на дне шкафа. Она отодвигала кеды, пустые коробки, сумки.

– Одежда не вся, – сообщила Никии, открывая и закрывая ящики.

– Пойду проверю косметику, – сказала София.

Она вышла из комнаты и направилась в ванную. Вернулась меньше чем через минуту. Косметики на месте не было, и сомнений не оставалось: Дженис уехала. В последнее время она жить не могла без черной подводки для глаз.

Тим и Бишоп разглядывали постеры на стенах – сплошь старомодные рок-группы. Тут им делать было нечего, лучше бы они остались внизу, как предлагал Тим. Они впервые видели, чтобы София волновалась – она была просто сама не своя.

– Давайте все немного успокоимся? – предложил Бишоп.

Девочки прекратили поиски и возмущенно обернулись к нему.

– Вместе подумаем, как…

Но не успел Бишоп договорить, как снизу послышался шум. Глаза Тима превратились в два шарика для пинг-понга.

Громко хлопнула входная дверь. Что-то упало на пол. Голоса? Похоже на то. София бросилась к выходу, но Бишоп удержал ее за плечо. Другой рукой сделал знак, мол, подожди. Никки застыла у двери как вкопанная.

Несколько секунд стояла полная тишина, и ребята немного осмелели. Осторожно вышли в коридор – все, кроме Тима: тот по-прежнему неподвижно сидел на кровати. София, Никки и Бишоп стояли в дверном проеме, напряженно глядя на лестницу, и прислушивались, не повторятся ли звуки. Вскоре до них донеслось позвякивание посуды и грохот стульев. Никки от страха спряталась за Бишопа.

Шаги на лестнице. Не размеренная поступь, а неровный топот человека с заплетающейся походкой. Или не одного. Снова голоса и… смех?

Из лестничного проема выросла огромная тень. Окно на площадке рассекло на две части эту темную бесформенную громадину, которая вытянулась до самого потолка, потом начала сжиматься, а шаги становились все ближе и ближе. Их обладатель – или их было несколько? – вот-вот дойдет до лестничной площадки; из-за стены показалась тощая рука. Вся в татуировках. София ее узнала первой. Решительно шагнула вперед.

– Я София Холмс, – произнесла она в ту же секунду, когда в коридоре появилась худощавая фигура Кита Хобсона.

От испуга брат Дженис резко отшатнулся и чуть не упал. Удержался он только потому, что сзади его подхватили женские руки – при росте метр восемьдесят он весил чуть больше шестидесяти килограммов.

– Черт бы меня побрал! – выругался Кит, хватаясь за сердце. От частого дыхания грудь у него ходила ходуном.