Читать книгу - "Пустая ловушка - Джон Данн Макдональд"

Сочувствую другому вашему несчастью, Чип. Я слышал, врачи проделали отличную работу и сумели подлатать старика.

— Насколько можно судить, он чувствует себя сносно.

Клосс сел за руль и снова посмотрел на Чипа:

— Советую вам посмотреть на это по-другому, Чип. Она предпочла быстрый конец медленному умиранию. В любом случае это было неизбежно.

Клосс уехал. Чип медленно вернулся в дом. Джоан сидела у телефона, дозваниваясь в погребальную контору. Пустые бутылки исчезли. Чип отнес таблетки Нэнси. Когда он вернулся, Джоан разговаривала с Лео и Питом.

— Они позвонят тебе, Чип, — сказала она. — Ты не возражаешь, если мы назначим церемонию на пятницу?

— Нисколько.

— Почему бы вам с Нэнси временно не перебраться? — предложил Пит.

— Хорошая мысль! — поспешно подхватила Джоан. — А мы с Бетти соберем вещи Клары и решим, как ими распорядиться. У Пита есть две гостевые комнаты.

— Ладно, — согласился Чип. — Будем считать, что все улажено.

Глава 11

Уолтербургского бизнесмена звали Руффин С. Дерлок. Его дорогостоящее хобби раздражало и одновременно сбивало с толку его жену. Он никогда не мог подобрать слов, чтобы объяснить свое увлечение и убедить ее, что оно для него действительно важно. Она считала, что во время войны он служил в авиации, но в действительности серебряные крылышки на кармашке его тужурки являлись основным аргументом во время ухаживания за дамами. Его жене казалось верхом нелепости то, что взрослый мужчина возится с синим аэропланом, как мальчишка с любимой игрушкой. Бизнес, которым он занимался, не требовал от него разъездов. Она же панически боялась летать и не позволяла ему брать с собой детей.

В один прекрасный день Руффин Дерлок, поддавшись настроению, вышел из офиса, доехал до Уолтербургского аэропорта и выкатил свой аэроплан, чтобы полетать часок-другой. Это был единственный недостаток в остальном вполне трезвомыслящего гражданина, превосходного мужа и отца.

Для Руффина Дерлока полеты были единственной отдушиной и составляли важную часть его жизни. Он не совершал рискованных трюков в небе, просто поднимался в воздух и совершал полет над окрестностями, сопровождая его ленивыми восьмерками и неторопливыми разворотами над залитыми солнцем полями. В кабине аэроплана он наслаждался уединением, которое время от времени ему было необходимо. Оно позволяло ему забыть о коммерческих уловках и способствовало очищению души. Иногда, сидя в полном одиночестве в кабине своего самолета, он разражался беспричинным хохотом.

В среду, 25 июля, выдалась как раз такая погода, какую особенно любил Руффин Дерлок. На небе не было ни облачка. День был удивительно ясным. В воздухе не ощущалось ни малейшего ветерка. В десять часов Дерлок отменил деловую встречу, а в одиннадцать уже парил на высоте пятнадцать сотен футов в нескольких милях к югу от города, прислушиваясь к ровному гулу мотора.

Он разглядывал крошечные автомобильчики и грузовики, мчащиеся по шоссе, фермерские поля, раскинувшиеся лоскутным одеялом. Затем свернул налево и направил самолет к хрустально-прозрачному водоему, лежащему среди холмов, неподалеку от узкой проселочной дороги. Глянув вниз, он заметил на дне водоема красный автомобиль. Пораженный увиденным, Руффин Дерлок снизился, чтобы присмотреться получше, подозревая, что здесь кроется какой-нибудь подвох, объясняющийся оптическим обманом. Во время первого захода поверхность воды покрылась рябью, и он ничего не увидел. Тогда он снова поднялся на исходную высоту и убедился, что машина осталась на том же месте. Зашел с западной стороны, но солнечные лучи падали таким образом, что он снова не разглядел ничего, кроме поверхности воды, сверкающей, как настоящее зеркало. Ему захотелось избавиться от последних сомнений, поэтому он снова снизился и облетел вокруг пруда. Пруд показался ему довольно глубоким. Вероятно, футов на тридцать, не меньше. Однако погода играла ему на руку. Так же как и цвет машины, бросавшийся в глаза на фоне воды. Первоначально именно цвет и привлек его внимание.

На дне пруда лежал автомобиль. Возможно, подвыпившие подростки, выбравшие этот уголок для своих свиданий, проявили излишнюю беспечность. Но Дерлок понял, что должен сообщить о своей находке в полицию. И пожалел, что это случилось именно с ним. День был испорчен. Сверившись по карте, он отметил свое местонахождение и полетел в аэропорт.

Поставив самолет в ангар, Руффин Дерлок подошел к зданию главного терминала и позвонил шерифу:

— Моя фамилия Дерлок. Я хочу сообщить, что видел на дне пруда машину. Это к югу от города.

— Что вы сказали?

— Я совершал полет на аэроплане и заметил на дне пруда машину.

— Что это за машина?

— Понятия не имею. Красная. По-моему, она лежит на глубине около тридцати футов.

— Вы пролетали на аэроплане и заметили машину на такой глубине?

— Да.

— Вероятно, кто-то решил таким образом избавиться от ненужной рухляди.

— Не знаю. Хотя не исключено, что там произошел несчастный случай и кабина битком набита утонувшими подростками. У меня не было ни малейшего желания это выяснять. Я только сообщаю вам о том, что видел.

— Назовите ваше имя, фамилию и род занятий, мистер.

— Прошу вас быть повежливее, дружище.

— Я вполне вежлив. Мне нужно заполнить рапорт. Получив сообщение, полагается заполнить рапорт. Мы получаем массу звонков от всяких ненормальных.

— По-вашему, я ненормальный?

— Я разговариваю с вами вежливо и жду от вас того же.

Дерлок ответил на все вопросы и объяснил, где находится пруд:

— Похоже, раньше там был карьер.

— Думаю, что знаю это место.

— Вы сообщите мне о результатах?

— Мистер, если мы кого-нибудь найдем, вы прочтете об этом в газетах. Если в газетах не будет никаких известий, значит, тревога оказалась ложной.

— После разговора с вами быть добропорядочным гражданином особенно приятно.