Читать книгу - "Пустая ловушка - Джон Данн Макдональд"

номеров «Мотор-отеля» было темно. С облегчением вздохнув, она свернула с шоссе. Ее пугали большегрузные машины, с ревом возникающие из темноты. Она проехала мимо «Мотор-отеля». За столом возле коммутатора сидел ночной портье, склонившийся над книгой. Сильвия проехала дальше и, когда до дома осталось совсем немного, выключила фары. Теперь дорогу ей освещали звезды. Она почти бесшумно свернула на свою подъездную дорожку, остановила машину, осторожно заперла дверцу и вошла в дом. Там напустила полную ванну горячей воды и долго лежала в ней. Никогда в жизни она не чувствовала себя такой усталой и такой несчастной.

В понедельник, 2 июля, в пятнадцать минут одиннадцатого Гленн Лоуренс подошел к городскому банку Уолтербурга и арендовал один из самых больших сейфов, расплатившись наличными. На нем был неприметный коричневый костюм, коричневая фетровая шляпа, белая рубашка, галстук консервативной расцветки и начищенные до блеска ботинки. За раздувшимися щеками лежали комочки ваты. В руках он держал коричневую полевую сумку, приобретенную в скупке. Сумка была довольно обшарпанной, что не скрывало ее хорошего качества. Кроме того, на нос он нацепил очки в толстой оправе. Их он стащил с переднего сиденья автомобиля из Индианы, когда подметал кабину. Линзы были совсем слабыми, но очки все равно раздражали, а дужки натирали за ушами. Голос он тоже изменил, стараясь говорить быстрее и более высоким тембром. Кроме всего прочего, Гленн не улыбался.

Процедура оказалась куда проще, чем он предполагал. Женщина взяла у него деньги, записала фамилию и адрес, дала ему расписаться на карточке и протянула расписку за содержимое сейфа, а также два ключа в маленьком красном картонном конверте, предупредив, какую сумму с него возьмут за то, чтобы вскрыть сейф в случае, если он потеряет оба ключа. Он надеялся, что адрес, который он назвал, выглядит правдоподобно. По этому адресу находились меблированные комнаты, в которых он останавливался, когда только приехал в Уолтербург, и из которых его вежливо попросили выехать.

Служащая проводила его в хранилище, вручила сейф и показала, куда он должен с ним пройти. Все было так, как и рассказывала Сильвия. Тихое местечко, узкий коридор между кабинками, мягкий темно-зеленый ковер на полу. Коридор просматривается только от стола, установленного при входе в хранилище. Два человека могут столкнуться здесь лишь в том случае, если будут входить или выходить одновременно.

Он присел в тесной будке и закурил. Ему страшно не хватало часов. Когда он будет при деньгах, то сразу же купит себе новые. Самые лучшие, большие и увесистые, как серебряный доллар. Из чистого золота, с золотым браслетом и инициалами на задней крышке.

Нужно задерживаться здесь подольше, чтобы служащая привыкла к его присутствию. По крайней мере на полчаса или даже сорок пять минут. И приходить раза по три в неделю. Приходить и сидеть. Он с любопытством разглядывал сейф. У него будет такой же, только битком набитый деньгами. Странно, что такой девушке, как Сильвия, пришла в голову такая идея.

Гленн услышал шаги и хриплое, астматическое дыхание — кто-то прошел мимо его кабинки, закрылся в другой и со стуком поставил сейф на столик. Здесь довольно хорошая слышимость. Слишком хорошая. Нужно быть осторожным и не дать старику возможности закричать. Он щелкнул замком своей сумки. Обрезок трубы был завернут в грязный обрывок брезента. Он переложил его в сейф. Удачное место. Потом подумал: «Интересно, долго ли я здесь сижу? Черт, а Сильвия славная штучка. Но существуют тысячи других, не хуже. А когда ты при деньгах, они прямо сами падают в руки, как спелые фрукты. Выберемся за границу, я сразу же избавлюсь от нее. Помнишь, что тогда рассказывал Руген? Насчет того, что если выйти на нужных людей, а у девчонки нет родственников, которые поднимут на ноги правительство, да сама она молоденькая, аппетитная, то за нее можно получить хорошие деньги. Надо только найти парней, которые знают, как это делается. С блондинками проще. Руген говорил, что, если бы кто-нибудь узнал, какое огромное количество шлюх в возрасте от двадцати двух до тридцати исчезают бесследно каждый год — в Мексике, на Кубе и на островах, — у него волосы встали бы дыбом. Может, Руген и преувеличивал, но он сказал, что это международная проблема. Через пару лет некоторых из них находит Армия спасения. Но к тому времени они уже выходят в тираж, и их отправляют морем на восток, в притоны Каира, Калькутты, Шанхая или еще куда-нибудь. Тогда они и сами уже не хотят возвращаться домой, даже если им и предоставляют такую возможность».

Со связями у Ругена все было в порядке. В ту ночь он посвятил его во все тонкости. Руген работал на каких-то крутых парней в Неваде и Лос-Анджелесе. Говорил, что кто-то вычислил какую-то сумасшедшую красотку и взялся доставить ее одному из этих шишек. Около года она щеголяла в норке и покупала билеты в первый ряд, а потом ее начали постепенно оттеснять все дальше. Она было попыталась возмущаться, и тогда ей устроили небольшую прогулку в Мексику. Руген сказал, что проделывал это несколько раз. И ни одна из них так и не вернулась обратно. В зависимости от кондиции за них давали от пяти до двадцати пяти сотен баксов. Пара пилюль в коктейль, и девушка просыпается среди новых друзей и может сколько угодно вопить, призывая на помощь мексиканских копов.

Сильвия не была блондинкой, но пообещала в нее превратиться.

Судя по тому, что она рассказывала, ее родные понятия не имеют о том, где она находится, и не имеют ни малейшего желания выяснить этот вопрос. А после того как они провернут это дельце, Дровекам тоже станет не до нее. Если он выйдет на нужных людей, она сможет принести ему кругленькую сумму. А учитывая, что, находясь в Штатах, Сильвия в любой момент сможет открыть рот и сообщить о том, кто напал на папашу, это будет так же наверняка, как если бы он ее пристукнул.

«Сколько я здесь сижу? Руген всегда поворачивал дело так, чтобы все работало на него. Не упускал ни одной мелочи. Я должен вести себя, как Руген. Много раз прокрутить все подробности в голове, чтобы, когда придет время, действовать автоматически. Может, она задумала меня надуть? Кто поручится, что у нее в голове? Нужно не дать