Читать книгу - "Идеальная дочь - Федерико Аксат"

– Не совсем. Лендерман мне не угрожал. К тому же, если станет известно, где это произошло, всплывут и другие вопросы, на которые лучше не отвечать.

Тим сразу все понял.

– Я ни разу не спрашивал, но… как ты узнала, где Карсон держал Софию?

– Чистое везение. Когда стало ясно, что Карсон погиб, а где София, больше никто не знает, я стала копаться в записях и документах и обнаружила кое-что, чего раньше не замечала. Фотографию книжного шкафа Софии. Там и скрывалась подсказка. Жаль, что я раньше не догадалась.

Тим вскинул брови.

– Ты о чем?

– Тим, я давно собиралась тебе рассказать, и момент настал. В подвале Софию держал не агент Карсон.

– Так Карсон был ни при чем?

– Не совсем. Карсон знал, что Софии грозит опасность и надо ее спрятать. Но сам он не мог одновременно спасать девочку и руководить операцией.

– Но тогда получается, что человек, называвший себя Майком, жив? Кто же это?

Камила взглянула на время на телефоне.

– Ты не догадываешься?

Тим не знал, что и думать. Голова у него шла кругом.

– Уже поздно. – Камила встала. – Пойдем в дом? Мне надо созвониться с Алексом, а ты пока можешь поколдовать на кухне. Окей?

– Ты что, вот так меня бросишь?!

Они направились к двери. Бобби засеменил следом.

– Заходи, – сказала Камила. – Пора тебе уже узнать, что произошло тем вечером.

Эпилог

Камила встретила Софию в аэропорту. Хотя они регулярно созванивались, всю дорогу в машине не утихал оживленный разговор. Добравшись до Фейетвилла, они смогли немного наверстать упущенное.

Об их поездке никто не должен был знать, поэтому в Хоукмун они не заезжали и на людях не показывались. Громкое дело Софии закончилось как нельзя лучше, и все постепенно о нем забывали, переключаясь на другое. Сама София жила относительно нормальной жизнью в Нью-Йорке; там ее почти никто не узнавал, а если кто и пытался заговорить о деле, то задавал самые предсказуемые вопросы, на которые она давно научилась отвечать.

Решение навестить Билла Мерсера могло оказаться опрометчивым, но Камила и София были готовы рискнуть. В конце концов, во многом именно благодаря Мерсеру удалось ликвидировать преступную организацию – неудивительно, что Софии хотелось поблагодарить его лично.

Они позвонили в звонок. Ждать пришлось больше пяти минут. Наконец дверь открылась, и на пороге появился сам Билл. Он смотрел на них чуть снизу, сидя в инвалидном кресле и придерживая дверь рукой.

Мерсер с опаской выглянул на улицу и только потом пригласил их внутрь. Камила уже дважды приезжала к бывшему шерифу и сегодня задерживаться не собиралась. Она попрощалась с Софией, и та вошла в дом одна. Билл закрыл дверь и развернул кресло на сто восемьдесят градусов.

А потом он встал и подошел к Софии. Та шагнула навстречу, и они крепко обнялись.

– Привет, София.

– Привет, Майк. Я же могу и дальше тебя так называть?

– Ну конечно. В конце концов, это мое второе имя. Раньше меня так звала только мама.

Когда они разомкнули объятия, София плакала.

– Спасибо, – проговорила она.

– Ты меня уже…

– Да. Но теперь я знаю, что ты на самом деле для меня сделал.

Они двинулись в глубь дома. Майк объяснял, что на сегодня отпустил прислугу, чтобы их не видели вместе, а София мысленно вернулась в тот вечер, когда внезапно столкнулась с Лендерманом. Счастливый конец не изгладил тех ужасных воспоминаний. Дойдя до задней части дома, София взглянула на окна, в которых увидела директора.

Они вышли в сад и направились в мастерскую. Там они долго разглядывали макет Хоукмуна и инструменты, с помощью которых Майк изготавливал модели. Многие из них он использовал и когда воссоздавал комнату Софии.

– Когда Камила приехала ко мне во второй раз, – сказал он, – я выреза́л на этом станке держатель для твоих книг. Он меня и выдал.

– И очень удачно, – отозвалась София.

– Да уж. Благодаря маленькой детальке Камила в ту ночь снова приехала сюда. Одного я до сих пор не понимаю – как она нашла второй дом?

– Лендерман оставил на дороге машину, – объяснила София, – и фары светили прямо в ту сторону.

Майк кивнул.

– Пойдем, заглянем в…

– Подожди. Я хочу тебе кое-что сказать. Мама очнулась от комы, – счастливо улыбаясь, объявила София. – Она идет на поправку.

Майк издал торжествующий вопль. Выбросил кулак в воздух – один, два, три раза подряд.

– Да! Да! Да! – повторял он.

Потом выдохнул с таким облегчением, словно сдерживал дыхание месяцами. И снова издал победный клич.

София была в восторге; она знала, Майк винил себя в том, что случилось с Кэролайн.

– Ты даже не представляешь, как я рад! – Он крепко сжал девочку в объятиях. Она чуть не задохнулась.

– Представляю, – с трудом проговорила София.

– Я согласился на твою затею с дневником, – продолжал Майк. – И это была моя ошибка. Как мама сейчас?

– Сознание у нее в полном порядке. Теперь ей надо восстановиться физически, но врачи говорят, она полностью поправится. Прости, что не рассказала тебе раньше – очень хотела сделать это лично.

– Это лучшая новость, которую ты могла мне сообщить. – Майк опустился на стул, пытаясь прийти в себя. – Надо это отпраздновать!

В углу мастерской был небольшой холодильник. Майк встал, подошел к нему и вернулся с двумя банками кока-колы. Они с Софией сели за стол, где стояло несколько недоделанных домиков для макета.

– А твоя мама помнит, что произошло в тот день? – спросил Майк.

– Да, но пока не хочет об этом говорить. Врачи сказали не давить на нее – пусть все идет своим чередом.

– Представляю, что было, когда она тебя увидела, –