Читать книгу - "Мне с собой хорошо. Книга-маяк для тех, чьи глаза перестали светиться - Лариса Парфентьева"

Одновременно и робкую, и ликующую радость. Ощущение, что я сама себя причислила к какому-то тайному ордену «Разрешения себе жить». И, конечно, внутри меня танцевало осознание, что я сама по себе – это уже повод для счастья. В голове пронеслось: «Что-то изменилось, и я больше не могу жить в такой жалкой квартире».

Глава 7

Жизнь как текст

«Нет большей агонии, чем носить в себе невысказанные истории», – говорила писательница Майя Энджелоу. Как-то раз в интервью меня попросили продолжить фразу: «Жизнь – это…» Конечно, я не задумываясь, ответила «Текст!»

Почему я пишу?

Представьте себе, что вы – это банка, а внутри эмоции, ощущения, воспоминания. Банка с целым миром из переживаний и потрясений, боли и хаоса, порядка и восторга. Но эта банка крепко закрыта сверху крышкой. И все, что происходит внутри, буквально разрывает вас изнутри, потому что всему этому не хватает воздуха.

Вы когда-нибудь такое чувствовали? Когда вы задыхаетесь от этих волн и вам срочно нужно выпустить их наружу? А никого рядом нет.

Вот я с детства была такой банкой. Помню, как в шесть лет лежала в больнице. Меня привели на самый неприятный укол с гигантским шприцем. Было просто невыносимо, но я даже не пикнула. Врачи тогда сказали: «Хм, обычно все дети тут орут и плачут, а эта даже не моргнула».

Я все держала в себе.

С семи лет я начала писать.

Тексты были для меня одновременно опорой, собеседником, лучшим другом и терапией. Через них я делилась тем, что для меня важно, раскрывала мысли и чувства.

Только с текстом я чувствовала настоящую близость.

Если до того, как я стала писать, я делала только вдох. То теперь каждый текст для меня выдох.

Мне хотелось изучить все грани: эссе, репортаж, интервью, роман, повесть, хокку, панегирик, сонет. Я опробовала все жанры.

С десяти лет я отправляла свои статьи в издания. В тринадцать моя первая статья появилась в газете. Причина была довольно драматичной. Я каталась на лыжах и сломала ногу. Тогда это было безумно обидно: во-первых, все друзья видели мой позор. Во-вторых, целый месяц лежать дома и даже на улицу не выйти, что может быть хуже для ребенка?

Но именно этот месяц изменил все. Я читала взахлеб и бесконечно писала. Пока остальные дети учили все школьные предметы, я сосредоточилась на своей любимой области знаний – литературе.

Потом была учеба на журфаке МГУ, работа журналистом, но я всегда мечтала написать книгу, которая бы послужила опорой для других людей. И это случилось, ведь когда веришь в свою мечту, то все удается.

В 29 лет вышла моя первая книга «100 способов изменить жизнь», а потом еще несколько. Мои книги поддерживали и вдохновляли людей по всему миру.

После этого я создала программы по обучению текстам, и многие ученики тоже выпустили свои книги.

И я всегда знала, что текст – это главный инструмент в моей жизни.

Благодаря тексту, можно…

– перенести все что угодно;

– лучше узнать себя;

– почувствовать близость с миром;

– поделиться самым сокровенным;

– рассказать другим о себе;

– как следует повеселиться.

Текст исцеляет.

Через текст тебя всегда выслушают.

Тексты – это красная ковровая дорожка между сердцем и всем миром.

Ученики, которые тоже выпустили свои книги, писали мне: ничего так не изменило мою жизнь, как собственная книга. И я с ними согласна.

Так что, когда мне нужно изменить, в первую очередь, свою жизнь, я сажусь и пишу. Любые передряги приводят к тому, что я сочиняю для себя и других новые текстовые практики, которые помогают исцеляться.

Ведь я хорошо помню ту маленькую девочку. И все, что у нее было, это текст.

Кто-то сказал:

«Все можно пережить, если подобрать подходящий саундтрек».

А я перефразирую:

«Все можно пережить, если написать текст».

Чтобы заземлить первые питерские перемены, я снова обратилась к тексту. Мне нужно было зафиксировать новый опыт очищения и избавления, который я получила за последние недели.

Я решила, что составлю свой кодекс Бусидо. Знаете, у древних самураев был такой кодекс, он помогал принимать решения. Они могли в любой момент заглянуть в свод правил, и, не колеблясь, понять, как им поступить.

Там такие правила:

1. Следует взвешивать каждое слово и неизменно задавать себе вопрос, правда ли то, что собираешься сказать.

2. Самурай должен избегать большого количества сакэ, чрезмерной гордости и великой роскоши.

3. Верность, справедливость и мужество – три природные добродетели самурая.

Я купила гигантский зеленый ватман, несколько разноцветных маркеров, и села составлять новые заповеди жизни.

1. Я без сожаления расстаюсь с людьми, идеями и вещами, которые не соответствуют моим внутренним ориентирам.

2. Я не выбираю людей, в отношениях с которыми чувствую себя одинокой.

3. Я всегда прислушиваюсь к внутреннему компасу, потому что он говорит правду.

4. Я не сравниваю себя с другими.

5. Я не рационализирую свои «хочу». Если мне что-то нужно – это уже достаточный аргумент.

6. Я не сотрудничаю с теми, за кем приходится доделывать.

7. Я не беру на себя много в работе и разделяю ответственность с другими людьми.

8. Я не ношу одежду, которая не радует меня. И никаких свечей!

9. Я говорю «нет», не испытывая вины. Столько раз, сколько мне необходимо.

10. Я бережно отношусь к своему времени и выбираю, как его проводить.

11. Я смело устанавливаю свои условия и в работе, и в личной жизни.

12. Я не соглашаюсь на предложения, которые меня не устраивают.

13. Я покупаю себе что угодно и не считаю это нецелесообразным.

14. Я покидаю любое место, в котором мне нехорошо, в любой момент.

15. Я прошу для себя самого лучшего, даже если сейчас это кажется нереальным.

Я дописала кодекс и выдохнула. Правила поменялись. Этап очищения и избавления от лишнего завершен. Я положила ватман на стол и снова посмотрела по сторонам.

«М-да…», – с этой квартирой нужно что-то делать.

За пару часов я нашла квартиру, которая мне понравилась. Позвонила риелтору и договорилась, что приеду посмотреть. Через полчаса вошла в нее и подумала: «Вот это по-королевски».

Квартира располагалась в красивейшем районе Питера под названием Золотой Треугольник, рядом с Эрмитажем. В ней стояла эстетичная мебель, сделанная на заказ, хрустальная люстра и даже раковина в ванной из натурального белого камня.

Из одного окна открывался вид на набережную, а из другого – на разводные мосты. Я подошла и увидела, как тяжеленный мост медленно поднимается над рекой. Раз уж такую тяжелую конструкцию, как гигантский мост, можно сдвинуть с места, значит и со своей жизнью я как-нибудь разберусь.

Развернувшись к риелтору, я сказала: «Заключаем договор. Готовьте документы». И сразу написала хозяину ужасной квартиры, что съезжаю. Он удивился: «Мы ведь вам не вернем деньги».

Я ответила: «Мне все равно. Я готова передать вам ключи».

Этим же вечером я переместилась в новую квартиру. Мой тяжелый чемодан везла транспортная компания, а я вошла в парадную держа в руках лишь новую сумку и зеленый ватман с моим личным кодексом Ларсидо.

Пока закипал чайник, я развалилась на софе. В этот