Читать книгу - "Выше только стрижи - Елена Лабрус"

третий — или четвёртый? — бокал шампанского, как приговорённый перед казнью. Понимал его болезненное возбуждение, громкий смех, желание говорить со всеми сразу. Его панику, беспокойство, постоянные взгляды на дверь.

Чего Андрей не понимал — какого чёрта Тимофей то и дело проверяет телефон и смотрит на часы. Он же не думает, что сможет сбежать? Даже если он заказал машину, никто не покинет территорию дома без ведома Андрея.

И всё же младший явно чего-то ждал. И старшему это не нравилось.

С Тимофеем они никогда не были настолько похожи, чтобы их путали, и даже не выглядели близнецами, но, как бы Андрею ни хотелось, душевной близости между ними тоже не было.

Конечно, не из-за разницы в возрасте в пять минут.

Отчасти — потому что они были не однояйцевыми: слишком по-разному в них сплелись гены.

Отчасти — потому что самый трудный период взросления они прошли по-разному.

Синеглазый Андрей с вечно выгоревшими на солнце прямыми патлами рос высоким, задиристым подростком. Полноватый, кареглазый и курчавый в отца Тим, умилял всех хорошим аппетитом в пять, в итоге и вырос остроумным, но полноватым увальнем. Он похудел только к тридцати, что преобразило его внешность, но не внутреннее ощущение себя.

6

Это внешнее различие между братьями было фатальным. Но слишком разными они были и по характеру. Строгий, деловой, собранный, «скучный» Андрей и вечный раздолбай, не терпящий правил и условностей, Тимофей. И, возможно, в вечном противостоянии тому, что их постоянно сравнивали, они никогда по-настоящему и не пытались сблизиться.

Удивительно, но каждый из них при этом преуспел в своей сфере.

Тима всегда тянуло к вещам возвышенным и нематериальным. Редкое чутьё на то, что окажется востребовано, помогло ему организовать собственный арт-бизнес.

Андрею достался бизнес семейный — строительство и продажа элитной недвижимости. Приземлённый и прагматичный, он всегда тяготел к сухим цифрам и строгим чертежам.

Тим вздохнул с облегчением, когда дело семьи досталось тащить на себе старшему.

Андрей тоже выдохнул с облегчением, когда женить бабушка вознамерилась именно Тимофея.

— Какое счастье, что от меня теперь отстанут, — сказал он брату вчера, встретив его в аэропорту. — И все вопросы о внуках — теперь тоже к тебе.

Правда, шёл уже второй час празднования юбилея, а бабушка так и не объявила Тимофею приговор. Андрей ради этого момента даже предоставил свой особняк. Он ждал, как она возьмёт за руки Алису и Тимофея и скажет: «Дети мои… (он был уверен, она скажет именно «дети», не «внуки»), ничего я не хочу больше, чем видеть вас парой. Как наши семьи станут одной. И я надеюсь, вы уважите моё желание».

Её «уважите», конечно, будет означать «не посмеете мне перечить» и «мне плевать, что на дворе XXI век, я имею право требовать послушания». У неё были на это веские аргументы с девятью нулями, слабое сердце, которое никто из них не посмеет разбить, и уважение к старшим, привитое им как оспа — пожизненно.

Да, Тим чего-то ждал.

Но чего, чёрт побери? — думал Андрей. — И какого хрена он ведёт себя так, словно его не волнует присутствие Алисы? Или, наоборот, настолько волнует, что напивается как не в себя?

Андрей невольно скривился, глядя, как брат идёт за очередным бокалом.

В этот момент зазвонил его телефон. Служба охраны сообщила, что у задних ворот ошивается какая-то девушка с чемоданом.

— Кто? — выдохнул он. — Ну только воровок нам сегодня и не хватало.

Олейников отдал приказ её впустить, решительно отставил в сторону бокал с выдохшимся шампанским и пошёл лично убедиться: это та, о которой писали все местные газеты?

За последний месяц в их закрытом посёлке, основанном ещё его дедом сорок лет назад, обокрали уже три особняка. СМИ прозвали злоумышленницу «чемоданной воровкой»: она проникала в дома во время вечеринок, набивала хозяйский чемодан их добром и исчезала с добычей.

7

— Только эта сразу пришла с чемоданом, — предупредил Андрея глава службы охраны, пока они шли в дальний конец сада.

— Мало ли, — пожал тот плечами. — Может, уже обчистила соседей, а у меня решила отсидеться, пока не утихнет шум. Где она?

— Ну, там, — пожал плечами начальник охраны. — За ней мои мальчики присматривают.

Они свернули на аллею, ведущую к задним воротам, и Андрей замер как вкопанный, увидев, кого назвали «мальчиками».

Сначала застыл от ужаса: натасканные доберманы — это вам не чихуахуа, с ними не забалуешь. А потом открыл рот от удивления, не зная, что сказать.

На щебне тропинки, подогнув под себя ноги, сидела девчонка и кормила грозных псов пирожками. Прямо с руки, разрывая каждый пирожок пополам, да ещё и воспитывала при этом:

— Ну-ка ты, не лезь, это не твоя половинка. Ты свою уже съел, — командовала она, почёсывая добермана за острым, чутко вздрагивающим ухом.

Рядом валялся раскрытый чемодан с ворохом вещей. В косых лучах заходящего солнца среди них блестел лиф богато расшитого стразами платья.

Андрей нервно сглотнул. Платье выглядело дорогим, а девчонка — настоящей беспризорницей: мятые шорты, потная майка, стоптанные туфли. Странные тёмно-бордовые пятна на майке породили жуткое подозрение: а что, если эта замарашка не только обокрала соседей, но и кого-то убила?

Он прочистил резко пересохшее горло и бесстрашно шагнул к ней:

— Ты кто такая?

Чёрт! Обе собаки мгновенно обернулись и глухо зарычали.

— Фу, собачки! Фу! — прикрикнула на них самозванка.

— Может, уберёте собак? — зло повернулся Андрей к начальнику охраны. И напряжение вечера прорвалось наружу: — Как вообще вам пришло в голову спустить их с цепи? Полный дом гостей! Женщины, дети! А если бы они кого-нибудь покусали?

— Простите, Андрей Викторович, не подумал. Мальчики, ко мне! — постучал он себя по бедру.

Не смея ослушаться, доберманы неохотно побрели к хозяину и тут же были пристёгнуты к поводкам.

— Уводите их к чёртовой матери, я сам разберусь, — отмахнулся Андрей, заметив, что начальник охраны медлит, словно боится оставить его одного. — Я что, выгляжу так, будто не справлюсь с девчонкой? — разозлился он.

— Видимо, да, — хихикнула зараза, что так и сидела на земле, к тому же бессовестно ела пирожок и облизывала пальцы.

— Я задал вопрос, — навис над ней Андрей. До него донёсся запах вишни, и он с облегчением понял, что бордовые пятна — всё же не