Читать книгу - "Долгая дорога к миру. Хроники гражданской войны - Ростислав Владимирович Ищенко"

Концепция украинства: как причина неизбежного краха Украины

22.07.2022

Меня не удивляет катастрофическое состояние украинской государственности. Меня удивляет, что Украина так долго продержалась.

Решения, предопределившие катастрофу, были приняты уже во второй половине первого президентского срока Кучмы. После того, как американский агент Горбулин сумел продавить отставку Табачникас поста главы Администрации президента, внешняя политика Украины стала безальтернативно прозападной. С этого момента прозападный МИД, поддерживаемый прозападным СНБО больше не встречал даже академического сопротивления управления внешней политики Администрации президента. Сторонники альтернативного курса потеряли последнюю опору в украинских государственных структурах. Выбор у них остался простой: уйти в отставку или смириться и служить Молоху.

В 1997–1998 году были оформлены решения, определявшие «евроатлантическую интеграцию» стратегической целью Украины. С этого момента можно было сомневаться кто победит в глобальном противостоянии (Россия или Запад), но плачевную судьбу Украины могло изменить только чудо.

И это чудо почти произошло. Господь явно давал населению Юга России, внезапно ставшему Украиной, возможность одуматься. Первый майдан в 2004 году убедительно продемонстрировал, что американцев и европейцев не интересует более-менее сильная Украина, способная защищать свои интересы. Даже если такая Украина делает прозападный выбор. Уж на что прозападную политику проводил Кучма (особенно в свой второй президентский срок), но и он не устроил американцев, и ему они подготовили майдан.

Убрать от власти Кучму и значительную часть его команды американцам требовалось потому, что кучмовская бюрократия ориентировалась на защиту интересов национального производителя. При всей коррумпированности (хоть по сравнению с тем, что происходит на Украине сегодня, Кучму можно бессребреником считать), режим второго президента пытался сохранить и даже по мере возможности развить украинский промышленный потенциал. Получалось плохо, в том числе и потому, что интересам развития промышленности полностью противоречило избранное направление внешней политики, но всё равно американцам и европейцам приходилось постоянно сталкиваться с сопротивлением украинских властей, пытавшихся поддерживать своих олигархов в случаях, когда их интересы сталкивались с интересами западных партнёров.

Майдан 2004 года был нужен американцам, чтобы заменить режим прозападных промышленников (национальных производителей) на режим прозападных банкиров (компрадоров). Именно поэтому им не подходила достаточно профессиональная (по украинским меркам) команда позднего Кучмы (которая лишь к 2010 году была окончательно переформатирована в команду Януковича), а на бездарном, ленивом и неадекватном Ющенко вдруг свет клином сошёлся. Американцам и нужен был такой безвольный исполнитель.

Но оказалось, что внутриукраинские силы, захватившие власть при помощи майдана 2004 года, не могут её удержать. Страна ещё не была поражена бандеровщиной настолько широко, чтобы на её фоне «европейский выбор» смотрелся меньшим из зол. Промышленные элиты Юго-Востока ещё не утратили окончательно волю к сопротивлению. Американцы ещё не имели на украинской территории, в украинской армии и украинских спецслужбах достаточного количества подготовленных боевиков и своих агентов, чтобы реализовать силовой сценарий.

Победившие в 2006 году, сдавшие власть в 2007 году и вернувшиеся к власти в 2010 году элиты Юго-Востока имели возможность сделать выводы из урока первого майдана, понять, что западные партнёры не видят их равноправными участниками глобальных экономических процессов. Им могут лишь позволить грабить Украину от имени и по поручению западных партнёров, оставляя себе не слишком большой процент за услуги. Тех же, кто будет отстаивать принцип равноправия во взаимоотношениях с Западом, Запад попытается уничтожить.

Единственная возможность промышленных элит Юго-Востока и обслуживавших их политических сил уцелеть заключалась в том, чтобы опереться на потенциал пророссийски настроенных избирателей, выстроить дружественные отношения с Россией, войти во все постсоветские интеграционные структуры, включая Таможенный союз (ЕАЭС тогда ещё не был создан) и ОДКБ. То есть пойти по пути белоруссизации.

В условиях перманентно нарастающего давления Запада на Россию, Москве было выгодно закрыться территориями дружественных Украины и Белоруссии. Если бы украинское руководство проявило хотя бы ту минимальную волю к сопротивлению, которую проявил Лукашенко в августе 2020 года, Россия не дала бы Западу сломать украинскую государственность, как не дала уничтожить белорусскую. Ибо проблемный союзник на западной границе России гораздо лучше, чем откровенный враг.

Но Янукович сдался Западу задолго до своего президентства и второго майдана. В ходе затеянного Ющенко путча в 2007 году Янукович имел на своей стороне силу закона и серьёзный силовой ресурс. Поход нацгвардии на столицу, который пытался организовать Ющенко, провалился. Тогда силовики (за редким исключением) ещё были ориентированы на защиту конституции. На стороне Януковича было парламентское большинство, а указы Ющенко о роспуске Рады были уже признаны неконституционными. Янукович мог отправить Ющенко, как неисправимого путчиста и узурпатора, в тюрьму навсегда. Но под давлением западных посольств он сдался.

На этом несостоявшееся чудо закончилось. Бог махнул рукой на Украину, ибо у неё не оказалось государственно мыслящей элиты. Отдельные политики были, но они не представляли из себя спаянную группу, которая могла бы претендовать на власть под пророссийскими лозунгами. В лучшем случае они могли входить в небандеровские правительства, пытаясь замедлить украинизацию и защитить коренные интересы русского населения Украины. Но это были уже арьергардные бои. Антибандеровская же кампания была проиграна раньше, чем бандеровцы вошли в силу. Проиграна потому, что все украинские политические силы сделали ставку на Запад. Запад же сделал ставку на бандеровщину, ибо ему была необходима война Украины с Россией.

Это с подачи западных фондов, прозападных СМИ и экспертов украинскому обществу навязывалась мысль, что «Россия всё равно нападёт, а Украина всё равно победит», а также, что «независимость лишь тогда становится необратимой, когда за неё пролита кровь». Украинцев убеждали в сакральном значении украинско-российского кровопролития.

Поскольку же украинские элиты коллективно стремились влиться в западные экономические и военно-политические структуры, то постеленно получалось, что чем хуже отношения с Россией, тем вроде бы как Украина ближе к Западу. Отсюда уже было совсем недалеко до решения, что только открытая военная конфронтация с Россией позволит Украине доказать Западу, что она достойный член «свободного мира».

В 2010 году американцы сделали временную ставку на Януковича, который в простоте своей решил, что он подпишет соглашение об ассоциации с ЕС, а его за это признают равным в западной политической тусовке. Американцам же надо было лишь, чтобы Янукович подписал соглашение об ассоциации не позже, чем за год-полтора года до президентских выборов. Страшный удар по украинской экономике, который должен был последовать сразу за введением в действие данного соглашения, навсегда скомпрометировал бы подписавших его регионалов, позиционировавшихся, как партия дружбы с Россией. При этом, поскольку Россия, спасаясь от бесконтрольного проникновения европейских товаров через Украину на свой рынок, вынуждена была бы ввести в торговле с Украиной тот же режим, что и в торговле с ЕС, регионалы сами бы и обвинили Москву в недружественном поведении.

К президентским выборам 2015 года пророссийские силы на Украине были