Читать книгу - "Донбасский лабиринт - Булат Арсал"

морозам, белоснежным сугробам, жаркой бане с пихтовым веником, направился в бывший город Свердловск.

Впервые молодая жена провожала его не на войну, а к нему же на родину, где вполне могла тайно лелеять надежду на возвращение бывшая супруга. Держалась стойко, но волнения скрыть не смогла. Он понял её без слов и перед тем, как выйти за дверь, приобнял за плечи, поцеловал и сказал:

– Не думай ничего дурного. Я скоро вернусь. Куда же я теперь без твоего борща с пампушками? Как я без тебя дальше?

Глава VIII

Первая побывка

Самый лучший транспорт для России – железная дорога с её плацкартами, купе и вагонами повышенного класса, коротко в народе называемые «СВ». На календаре было начало февраля 2016 года, и солдату с Донбасса по карману приходилось место исключительно в открытом отсеке плацкарта, где всегда народ намного проще и ехать с ним куда веселее, чем с чопорными обитателями пассажирских мест более высокого уровня.

Дорога предстояла долгая, но оно того стоило. Во-первых, поезда – не самолеты, и если что, то шансов несвоевременно отправиться к праотцам всегда кратно меньше. Во-вторых, даже когда человек, удобно устроившись на своей полке, убаюканный мерным стуком колес, спит и видит дорожные сны, он всё равно едет и постоянно приближается к цели своего стального пути. В-третьих, путешествие в поездах дальнего следования – это ещё обязательное погружение в человеческие истории, которыми часто и охотно делятся попутчики, а простецкая открытость их объясняется особенностью русского человека, готового при первой возможности излить душу любому встречному, который когда-нибудь сойдёт на очередной станции, и они уже никогда не встретятся в этой жизни. В-четвёртых, не всякий день предоставляется возможность трапезничать, одновременно любуясь размеренной сменой пейзажей за окном. Представьте себе, что ваш ужин пришёлся на степи Юго-Западной Русской равнины, а чашечку утреннего кофе вам принесут на фоне величественной Волги, медленно направляющей свой широкий рукав от далёкого Вышнего Волочка где-то под Тверью до самого Каспийского берега под Астраханью. Даже в ледяном панцире в зимнюю пору нельзя не ощутить движения вод самой знаменитой реки России. Поезд пронесёт вас мимо многих городов, предоставив возможность просто перекурить и совершить короткий променад на перроне Саратова или Самары. Большие вокзалы, малые станции и полустанки будут вас встречать и тут же провожать в дальнейший путь. Кому-то повезёт увидеть ярко освещённый исторический центр древней Казани с её минаретами и стенами Белого Кремля. И, наконец, на исходе вторых суток, пройдя по тоннелям сквозь Уральские горы, поезд начнёт постепенно притормаживать и тихо, почти без шума, устало остановит свой ход окончательно. Вас встретит скрипучий снег под ногами, сухой морозец с устремлёнными вверх столбами дыма из выхлопных труб автомобилей и огромная надпись на фронтоне здания вокзала – Екатеринбург.

Ну, здравствуй, родной!

Зимой или летом, днём или ночью он всегда красив и статен, каким и должен быть главный город Малахитового края. Конечно, самое главное достояние этой суровой, но очень приветливой земли – люди. С таким же, как и в Донбассе, мрачноватым взглядом, резковатым и крутым нравом, но добрым и отзывчивым сердцем.

– Привет, герой! – радостно вскричал прямо на перроне Сашка Дерендяев, открыто улыбаясь счастливым круглым и красным от морозца лицом, принимая в широкие сильные объятия гостя.

Они познакомились задолго до отъезда Седого на войну, хотя сдружил их окончательно уже Донецк, когда Александр неожиданно для себя открыл нового человека, который за здорово живешь «…хату покинул, пошёл воевать, чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать». Вместо испанской провинции был Донбасс, где пришлось защищать и землю, и шахты, и заводы, которые когда-то были построены или восстановлены тем самым поколением победителей родом из Советского Союза.

Небольшое жилище в виде полуразвалившегося домика с единственным окошком и с печным отоплением у самой железной дороги тогда ещё одиноким Сашкой рассматривалось как объект будущих инвестиций в перспективное место комфортного проживания до самой старости. В это нельзя было не верить, глядя на то, какую шикарную баню он уже тогда выстроил. Если на участке, кроме нужника для человечьих потребностей, возведён непременный и традиционный для подавляющей России храм здоровья и долголетия, то можно с уверенностью полагать, что будет и дом, и сад, и огород с теплицами, помидорами, огурчиками да укропчиком под закуску. Эка, брат, разошёлся!

После баньки с прожаркой да обтирания сыпучим, лёгким снежком сидели за кухонным столиком под треск сухих берёзовых дровишек до полуночи, закусывая настоянный на кедровых орешках самогон картошкой, салом да резаным репчатым лучком, зажаренными на чугунной небольшой сковородке. Что характерно, но еда, приготовленная на печи или внутри неё, всегда вкуснее и ароматнее, нежели то же самое, но на газу. Да чего там рассуждать? Совсем другая еда!

А вот и капусточка квашеная с хрустящими груздями из погребка на стол явились. А как же?! Милости просим к очередной чарочке из заледенелой бутылочки. Ну, не смак ли это, братцы?!

* * *

Говорили в основном о войне…

– Вот скажи мне, а чего он отказался войска на Украину заводить, коли уж ему Совет Федерации дал разрешение? – спросил Саша.

– Сам не пойму. Крым взяли быстро и весело. Думаю, что и всё остальное могло запросто к России отойти. Ведь многие на той стороне до сих пор нас ждут и надеются. Не сомневаюсь, что и добрая часть украинской армии тогда сразу бы к нам перешла.

– А чего Мариуполь оставили без обороны летом четырнадцатого? Они там, народ говорит, сейчас тюрьму создали…

– «Библиотека», в ней – «книги». Так они эту тюрьму называют.

– А ты был в Дебальцеве? – спросил вдруг Сашка, выпив очередную стопочку.

– Нет. То есть был, но на следующий день после взятия. Мы туда с гуманитарным батальоном еду мирным жителям привезли, лекарства всякие и одежду. А чего спрашиваешь?

– Вот и здесь у меня вопрос. Чего дальше-то не пошли?

– Трудно мне тебе ответить, Саня, но скажу честно: эти вопросы в народе давно и плотно сидят.

– А Захар?

– Батя, как всегда, за народ стоит горой. Тут прошлой осенью случай был… Сам я не видел, но народ активно эту байку поддерживает. Завезли, понимаешь, в город картофеля из всяких там уголков. Что-то – из Ростова, что-то – из Краснодара или Ставрополя. А цены у всех кусачие и, что интересно, все одинаковые. Захар, понятное дело, начал выяснять причину, а ему отвечают, что, мол, конъюнктура, законы рынка, сложности логистики, типа из-за границы товар привезли. В общем, всякой ахинеей голову начали заморачивать. Глава спорить не стал, но на следующий день на один из рынков завезли несколько машин картошки от местных фермеров по цене в два раза ниже «импортной». Потом послал своих бойцов из «Оплота» по всем торговым