Читать книгу - "Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков"

ему пройти чуть вглубь, как лошади начали нервничать. Почти изо всех денников начало раздаваться ржание, кто-то начал бить копытами по дверям. Витя хотелось сквозь землю провалиться. Да, кажется, Аню он видит последний раз.

— Странно, — удивленно оглянулась Аня. — Чего это они вдруг?

— Кажется, не выдержали моей неотразимости, — Сережа сразу понял, что происходит и попытался перевести все в шутку.

— Может, почуяли чего? — предположила Катя. Знала бы она, насколько сейчас права.

— Может, — нахмурилась Аня. — Ладно, ничего страшного. Главное, чтоб те две лошади, которых я подготовила, были сегодня покладистыми.

— А бывают дни, когда они не покладистые? — с опаской уточнил Витя.

— Любая лошадь может взбрыкнуть, — спокойно ответила Аня, будто это ничего не значащий факт. — Но в данном случае поводов для переживаний нет. На них двоих детей катают. Вам точно нечего бояться.

— Это утешает, — горестно сказал Витя.

— Слушай, Ань, а что тебя заставило так капитально заняться конным? — с неподдельным интересом спросила Катя. — Я просто тоже думала начать одно время, но чего-то так и не решилась.

— Плюс конного спорта в том, что начать им заниматься никогда не поздно, — добродушно ответила та. — Что до меня… Стоило один раз сеть. И дальше — как снежный ком. С каждым разом я влюблялась в лошадей все больше и больше. И в один момент поняла, что уже не представляю без этого своей жизни.

— Ты и на соревнования ездила? — спросил Сережа, любуясь белоснежным орловским жеребцом.

— Сереж, я уже почти год, как мастер спорта, — не без гордости ответила Аня. Вите захотелось прислониться к деннику и просто сползти спиной на пол. И как она только на него внимание обратила?

— Вопросов больше нет, — улыбнулся Сережа. Затем ненароком взглянул на друга — Витек, тебе плохо?

— Нет, все норм, — соврал тот. — Просто немного волнительно.

— Не переживай, милый, — Аня грациозно подошла к нему и быстро чмокнула в щеку. — Орхидея сегодня полдня стояла в леваде. Она вообще в принципе очень спокойная, а прогулка в леваде этому только поспособствует.

Впереди Витя увидел на развязке двух лошадей. Одна была довольно низенькой в холке, рыжей масти. Следом за ней стояла лошадь повыше, уже темно-гнедая, с белым носочком на правой передней ноге.

— Рыжий у нас ахалтекинский мерин, зовут Бандерос, — с энтузиазмом принялась объяснять Аня. — Сереж, сегодня он будет вашим с Катей. А дальше как раз, Вить, стоит Орхидея. Чистокровная верховая кобыла. Можешь подойти, познакомиться. Не бойся, она не кусается.

Собравшись с духом, Витя аккуратно начал подходить к Орхидее. Та, по началу не обращавшая на него никакого внимания, внезапно задергалась. Даже попыталась встать на дыбы, благо, развязка не позволила ей этого сделать.

— Ой-ой, — отпрянул Витя.

— Орхидея! — воскликнула Аня. — Что с тобой, девочка?

Та все пыталась вырваться. Ситуация казалась безнадежной. Витя готов был просто элементарно расплакаться от досады. Эмоции взяли верх, и волк чуть высунул нос. И тут Витю вдруг как будто дернули его за ниточки. Он ведь знает, как поступить! Ему подсказал волк!

— Кажется, она меня немного испугалась, — виновато начал Витя. — Можно я ей покажу, что не опасен?

Аня кивнула. Витя уже с куда большей уверенностью вернулся к беснующейся Орхидее и как можно бережнее приложил ладонь ко лбу лошади. Должно сработать…

Небольшой холодок прошелся по телу. Витя почувствовал волнение Орхидеи. Это напоминало его собственные эмоции, за тем лишь исключением, что он не проецировал их на себя. Будто наблюдал со стороны, следя за их течением. Волнение смешивалось с замешательством, опять с волнением и некоторым подобием любопытства. Лошадь чувствовала, что должна бояться, но не очень понимала, чего именно. Витя напряг свой разум и сосредоточился лишь на одной мысли:

«Я не опасен тебе».

Для пущего эффекта он попытался визуализировать в подсознании, как дает ей лакомства, гладит по шерстке, целует в носик. И это начало срабатывать. Потихоньку-помаленьку Орхидея успокоилась. Она покорно опустила голову и слегка пихнула мордой Витю. Тот ее неуклюже обнял.

— Ну, кажется, мы подружились, — заявил он.

— Слава Богу, — беспокойство на лице Ани мигом сменилось привычной уже Витиному сердцу улыбкой. — А то я уж думала, что с ней что-то случилось. Она хоть и старушка, но я ее очень люблю.

— А сколько ей? — спросил Витя.

— Пятнадцать, — ответила Аня.

— О, моя ровесница, — подала голос Катя. Затем до нее медленно дошел контекст ситуации. — Так, секундочку…

— Зай, ты прекрасно выглядишь, — оперативно среагировал Сережа.

— Хорошо, что он не добавил «для своих лет», — шепнул Витя Ане и оба рассмеялись под неодобрительные взгляды влюбленной парочки.

Аня объяснила всем принцип чистки лошадей перед седланием. Настоятельно попросила не жалеть их, а именно что «чесать, а не гладить щеткой», потому что иначе толку от такой чистки будет ноль. Восприняли эту новость неоднозначно, особенно Катя, которая заявила, что это выглядит негуманным. Аня лишь снисходительно улыбнулась и заверила ее, что лошади это даже приятно.

Когда Витя наконец-то взгромоздил на Орхидею седло и затянул подпругу, то тотчас же ощутил какое-то странное предчувствие. Оставалось только надеть уздечку. И все. Назад дороги не будет. Стремена-седло-поводья. Играла в нем некая двойственность. С одной стороны — он очень боялся. Но с другой — хотелось уже поскорее сесть в седло и доказать самому себе, что он достоин быть ликаном. Вот уж действительно цель так цель. А не ваши эти футболы, в надежде получить благосклонность первой красавицы школы. Стыд, да и только. Как все-таки разительно меняются порой приоритеты…

— Боишься? — спросила Аня.

— Есть немного, — не стал лукавить Витя. Это сейчас было ни к чему.

— Не переживай, я поведу тебя на корде, — пообещала она, кивая на длинный шнур, весящий на дверце денника.

Витю это успокаивало. Правда, совсем немного.

— Ань, а ты сколько раз падала с лошади? — напоследок спросил он.

— Ой, много, — хмыкнула она. — Я даже так и не вспомню. Но денег на тортики мой папа потратил в свое время прилично.

— Тортики? — странность этой фразы перебила все остальные Витины мысли.

— Во многих КСК есть традиция — если ты упал с лошади, то несешь своему тренеру тортик, — развела руками Аня.

— Странная традиция, — буркнул Витя.

— А мне кажется очень милой, — ответила Аня. — Вся конюшня собирается и под чаек обсуждает, какой ты лох. Готов?

Витя кивнул. Не отступать и не сдаваться!

— Ребят, у вас там как, все нормально? — уточнила Аня у Сережи с Катей.

— Лучше не бывает, — проворчал Сережа, потирая плечо. — Он меня укусил.

— Бандерос он такой, да, — хихикнула Аня, пристегивая корду к уздечке. — Ну, тогда вперед.

Витя послушно пошел следом за Аней.