Читать книгу - "Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков"

— Было дело, — иронично заметил Сережа.

Витя промолчал. Воспоминания о той конной прогулке на Ай-Петри все еще были довольно четкими. Он надеялся, что сегодня ему удастся заменить файл «Лошади» на куда более приятный его подсознанию.

Вот уже показалась и церковь, а за ней — сельская дорога, ведущая на конюшню. На пути стояли какие-то ангары, огороженные колючей проволокой. Даже был начавший немного ржаветь трактор, который, судя по слою снега на обшивке, не использовался уже достаточно долгое время. А за ним уже виднелась и территория конюшни. Не самых больших размеров крытый манеж соседствовал с куда более внушительным плацем, основное же здание конюшни располагалось напротив. Достав телефон, Витя отписался Ане, что они уже на месте. Оставалось теперь только ждать.

На плацу занимались три всадника. Если двое из них выполняли какие-то простенькие упражнения, то третий всадник, а если уж быть совсем точным, всадница, демонстрировала какой-то высший пилотаж. Ее лошадь точно не была тихого нрава. Наездница все что-то кричала, мастерски работая хлыстом, строя непослушное животное. Под ней оно будто выравнивалось в струнку, гарцуя настолько ровно и выверено, что Витя только диву дался — как лошадь можно так выдрессировать?

— Воу, — восхитился Сережа. — Не хотел бы я даже случайно перейти дорогу этой женщине. Вот уж воистину — и коня на скаку остановит, и все в таком духе. И какому дураку взбрело в голову, что женщины — это слабый пол?

— Я вот тоже всегда этим вопросом задаюсь, — поддержала Катя его высказывание.

Витя как-то не разделял всеобщего восторга. В голове уже возникла картина, как лошадь под ним устраивает такой же «танец», и он превращается в ликана. А дальше…

— Серег, на пару слов, — пискнул он, схватив друга за рукав, не дав тому потрепать за ушком подбежавшую к ним и добродушно виляющую хвостом хаски. Зато ее с радостью тут же кинулась обнимать Катя.

— Что случилось? — спросил Сережа, когда они отошли.

— Зря я это затеял, — Витя даже немного дрожал. — Я не справлюсь.

— С чего ты взял? — поинтересовался Сережа.

— Да ты глянь! — Витя бросил рукой в сторону всадницы. — Смотри, что делает. А я что? А вдруг Аня мне даст лошадь, а она так же начнет гарцевать? Это же все, это будет полный пи…

— Так, успокойся, — прервал друга Сережа. — Я тоже боялся, когда Игорь с Максом усадили меня тогда на лошадь. Я не то, что боялся. Я даже не орал. Я пищал от безысходности. Но это только по началу. Просто нужно правильно сесть, принять позицию и так далее. Тем более, Аня вряд ли даст тебе какого-то дикого скакуна.

— Мне от этого не легче нифига, — поежился Витя. — Ты разве не читал никогда о том, что люди всегда настроены слишком оптимистично, даже если им кажется, что они предусмотрели наихудший из вариантов? Я не хочу, чтобы наихудший из вариантов…

— Все будет хорошо, успокойся, — попытался наиболее вкрадчиво сказать Сережа. — Думай о том, что ты сейчас увидишься с любимой девушкой и все такое. Не впервой же на родео, ну.

— Какое еще родео? — с отчаянием воскликнул Витя. — Нет, чувак, я не смогу, я постою в сторонке и…

— Ты боишься лошадей? — недоверчиво уставился на друга Сережа.

— Нет, — выпрямился Витя. — Я себя боюсь. При чем здесь лошади?

Сережа стоял с чуть открытым ртом. А потом в его глазах появилась искра.

— Ты боишься лошадей! — хлопнул он себя по лбу. — Черт возьми, как мы могли быть такими идиотами!

— Что? — не понял Витя.

— Вот они твои орехи Панкеева! С гривой и четырьмя копытами! Твоя неудавшаяся конная прогулка из детства наложила на тебя отпечаток недоверия и страха к животным! Что в итоге лишь усилилось из-за случая с собакой и позже… Омегой, — он понизил голос до шепота. — Но началось-то все с лошадей! Черт, блин, как же все просто!

Витя стоял, будто громом пораженный. Из всех возможных вариантов… Ему даже в голову это не могло прийти! Та самая дурацкая прогулка? Это какая-то Вселенская шутка?

— Это бред, — впрочем, Витя сам не был уверен в своих словах.

— Да не бред же! — воодушевился Сережа. — Сам подумай — что это еще может быть? Нет, конечно, я не исключаю варианта каких-то вытесненных воспоминаний, но сейчас все больше специалистов сходятся на том, что это псевдонаучное понятие. Так что остаются лошади!

— Ладно, — напрягся Витя. — И что это значит для нас с тобой?

— То, что ты бегом сейчас седлаешь лошадь и убеждаешься, что это ни разу не страшно, а весьма даже круто, — заулыбался Сережа.

Витя простонал. Как-то он немного иначе представлял свою реакцию на обнаружение виновника его проблем с трансформациями. В его представлении он с высоко поднятой головой пойдет напролом сквозь пелену опасений и одним махом победит страх, как заправский джедай. Но, как итог, он готов стонать и плакать, лишь бы не садиться в седло, всячески себя убеждая, что это плохая идея, тем самым накручивая себя еще больше.

«Хорош борец, нечего сказать, — сокрушенно думал он. — И где было твое так называемое пессимистичное мышление, когда ты думал, что все будет просто? Конечно же его не было! Ты самоуверенно думал, что все будет как два пальца об асфальт. Ненавижу себя. Ненавижу».

А вот и Аня. В достаточно легкой для нынешней погоды куртке и специальных спортивных штанах, весьма занятно облегающих ее точеную фигурку. Конные сапоги придавали ей дополнительного шарму. Витя сейчас будто заново в нее влюбился. Правда на голове у нее творился форменный бардак, но это было такой мелочью. Боязнь лошадей тут же выветрилась из головы. Сейчас там была только она.

— Привет всем! — озарила Аня всех своей улыбкой.

Витя лишь неуверенно что-то крякнул. Почему-то слова застряли в горле. Когда она подошла к нему и обняла, такая прекрасная и нежная, Витя чуть не задохнулся от переполняющих его эмоций. Волк внутри победно завыл. Быть рядом с ней все-таки стоит того, чтобы пересилить себя во всех отношениях.

— Так, ну заходите, я по дороге все объясню, — сказала Аня.

— Была не была, — прошептал Витя, когда входной проем в здание конюшни внезапно для него самого оказался над головой.

Внутри очень пахло опилками, кожей, чувствовались нотки дегтя. Прослеживались запахи лекарственных препаратов. Особняком выделялся навоз. Но он пах как-то по-особенному. Не было никакого отвращения. Он даже был чем-то приятен. Не зря ведь его используют в качестве удобрения. В целом, Вите очень понравился запах конюшни. А начинается все довольно неплохо.

Но стоило