Читать книгу - "Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков"

Когда Витя услышал дверной скрип и наконец-то увидел Аню целой и невредимой, то едва сдержался, чтоб не завыть от счастья. Но вместо этого он без особых церемоний заключил ее в объятия.

— Анют… Я так рад тебя видеть… — прошептал он.

— Вить, ты правда, похоже, сумасшедший, — не без тени улыбки ответила Аня, не особо сопротивляясь внезапному порыву Витиных чувств.

Все еще не до конца выпуская Аню из объятий, Витя окинул ее взглядом. Вспоминая свой сон… Как он… Убивал ее… Это было высшей степенью наслаждения — смотреть на нее живую, как она улыбается.

Витя поймал себя на мысли, что, помимо счастья, он пребывает даже в каком-то в шоке. Его действительно покорили. А он, так, на секундочку, оборотень, существо из мифов. И кто покорил? Не толпа Охотников. И даже не какой-то клан вампиров. А существуют ли они вообще? Впрочем, неважно. Его покорила обычная девушка, пусть и потрясающей красоты, даже отдаленно не имеющая отношения к сверхъестественному. Глядя в ее заспанные глаза, прикасаясь к ее мягким щекам рукой и нежно прижимая ее к себе — в эти секунды Витя почувствовал себя впервые по-настоящему счастливым после укуса. Сердце бешено стучало, с пульсом творилось черти что. Было ощущение, что происходит превращение. Сейчас, в данную секунду! На всякий случай Витя провел языком по зубам — клыков не было. Так вот, какое безумие испытывает человек, который действительно влюблен…

Их взгляды наконец-то встретились. Нельзя было терять ни секунды. Витя аккуратно взял Аню за подбородок и поцеловал в губы. Она слегка его оттолкнула и неловко улыбнулась. Но чувство незавершенности все же пересилило. И их губы снова сплелись.

Витя не имел ни малейшего понятия, сколько это длилось — минуту, две, а может и целую вечность. Одно он понимал точно — если бы его сердце умело запускать фейерверк, то грохот был бы просто невообразимый.

— Я люблю тебя, — он не смог сдержаться. Слова сами вырвались наружу.

Аня посмотрела на него всей широтой своих карих глаз. Казалось, будто они проникали в самые потаенные уголки души.

— А не рановато ли бросаться такими словами? — спросила она.

— Если бы я мог что-нибудь с собой поделать, — чуть улыбнулся Витя.

Аня попыталась остаться серьезной, но получилось это у нее откровенно плохо.

— Ну, посмотрим, — подмигнула она. — Часиков в семь-восемь набери мне, хорошо?

— Ага, — просиял Витя.

— Ты прости меня, если что, ладно? — обернулась она уже в дверях. — Я не готова. Да и… боюсь, честно говоря.

— Все в порядке, — с полной ответственностью заявил Витя. — Я буду ждать столько, сколько необходимо. Мне достаточно просто видеть глаза твои счастливые.

А в них было столько счастья, что Витя чуть снова не кинулся ее обнимать. Пусть она собирается с силами столько, сколько необходимо. Это лучше, чем бросаться в омут с головой.

— Кстати, в пятницу вечером приглашаю тебя на конюшню, — сообщила Аня. — У тебя же нет никаких планов?

Юноша утвердительно кивнул. Аня мило улыбнулась на прощание и ушла к себе, а Витя еще некоторое время стоял в подъезде. И тут вдруг он понял, что его жизнь поменяла смысл. Все его планы изменил один день, случайная встреча… Один поцелуй. И кем он был раньше — уже не станет. Но он был безумно этому рад.

— Я самый счастливый, — сказал он пустоте. — Клянусь, что защищу тебя. Будь Омега даже мой крестный, да хоть даже наш президент, он тебя пальцем не тронет. Ты можешь не бояться, мой ангел.

Определенно, этот момент стоил того, чтобы в дичайшей панике проснуться в пять утра. Омега, сам того не подозревая, оказал Вите большую услугу. А то так неизвестно даже, сколько бы он еще решался на это. Теперь нужно было просто ничего не испортить. А то Витя себя знал, он может.

Он шел до дома не торопясь, периодически слегка подпрыгивая от переполнявшей радости. И почему только у людей не принято выказывать эмоции прилюдно? Почему человек не может идти по оживленной улице и петь, если ему хочется? Или улыбаться как умалишенный, если в душе у него море счастья? Пожалуй, в этом и было преимущество ранних прогулок — никто не будет смотреть на тебя с укором, если ты просто поддаешься эмоциям.

В кармане завибрировало. Витя с долей опасения глянул на экран. Звонил крестный. Витя напрягся, пускай даже в данный момент было, собственно, и незачем. Мысленно перекрестившись, он чиркнул пальцем по экрану:

— Да? — непринужденно ответил он.

— Дружище, ты чего в такую рань звонил? — сонным голосом спросил Дмитрий.

— Наверное, случайно набралось, — стандартная отмазка, но рабочая.

— Точно все в порядке? — уточнил Дмитрий.

— Да, дядя Дим, — монотонно ответил Витя. — Простите, что разбудил.

Пожелав ему удачного дня, крестный отключился, а Витя еще некоторое время просто молча сжимал телефон в руке. Он не знал, насколько из Дмитрия хороший актер, но голос выглядел натурально. Это окончательно сбивало с толку. Витя уже не знал, что реально, а что нет.

Даже если бы он сейчас и не был бы сосредоточен на разговоре с крестным, то все равно не заметил бы метрах в пятидесяти от него «Газель». Антон сидел рядом с водительским сидением около заспанного Дани. Смотрел, как его племянник входит в подъезд. Достал блокнот и сделал крошечную пометку:

«В пять утра выбежал из дома. Проследовал в неизвестном направлении. Скорее всего, на площадь. Дальше был замечен около двенадцатого дома на Кирова. Был там около десяти минут. После вернулся домой. Узнать, зачем и к кому ходил!»

Витя незаметно для родителей проскользнул назад в квартиру. Те его отсутствия даже и не заметили. Тем было лучше. А еще у него был примерно часик на поспать. Когда его голова упала на подушку, то все мысли об Омеге будто испарились. Ведь он снова оказался там, с Аней, в момент их первого поцелуя.

Сны больше не снились. Витя был в приподнятом настроении, даже чувствовал себя выспавшимся. Он тут же решил отписаться Ире, поделиться с ней своим счастьем:

«Иришка, тут такое — я с утра встретился с Аней и у нас был первый поцелуй))) Я не знаю, я радуюсь, как ребенок)))»

Отец весь в таком строгом деловом костюме, и в кои-то веки побрившийся, допивал утренний чай. Витя сначала насторожился его такому внешнему виду, но потом вспомнил, что наконец-то наступило двадцать девятое, и у Константина сегодня была какая-то важная встреча, с которой он доставал все семейство еще с