Читать книгу - "Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков"

И вот я захожу в тот злосчастный магазин. Почему-то решил, что купить сувениры себе и близким в Париже слишком скучно. А тут может попадется что-то действительно диковинное. И я таковое увидел.

На первый взгляд он ничем не выделялся. Был даже каким-то серым на фоне остального ассортимента товаров. Но все же мой взгляд упал на него. Небольшой медальон, внутри которого был похожий на янтарь камень, который ровно по центру пересекала темно-бурая полоса. Я смотрел на него, как завороженный. Не знаю, чем он мне тогда приглянулся. Господи, как же я жалею, что взял его в руки! Но меня будто загипнотизировали. Я ощутил острую потребность приобрести его. Будто от этого зависела моя жизнь. Я не хотел разрушать ее! Боже, да я бы никогда намеренно не впустил бы его в свою голову! Господи, прости меня…

Так, надо успокоиться. Взять себя в руки. Я еще не закончил. Я должен закончить.

Пожилой француз-продавец явно гордился этим медальоном. Отзывался он о нем определенно теплее, чем об остальных товарах. Когда я сказал, что хочу его купить, то увидел в его глазах нотки какой-то паники. Но продал он мне его без особых проблем. Предупредил лишь только, что почему-то не стоит его долго носить. Якобы в нем спит душа какого-то Зверя. Сразу вспомнились рассказы детворы около статуи того волка. Ведь именно так они его и называли. Зверем. Да, в тот момент по телу прошлись небольшие мурашки, но я, разумеется, не поверил в эту, как мне казалось, объективную чушь. Душа злобного демона-волка в медальоне, вы, должно быть, шутите, верно? Это и без бэкграунда звучало бы нелепо, а несчетное количество фильмов по подобному канону и вовсе превращали слова старика в какой-то фарс.

Так все и началось. Не сразу, конечно же, все это происходило постепенно. В первую ночь мне приснился сон — я бегу со стремительной скоростью, огибая рассыпанные по земле камни и редкие деревья. Цель была впереди — молодая женщина в обносках. Я никогда ее раньше не видел. Не знал о ней ровным счетом ничего. Но меня это тогда и не интересовало. Все, о чем я думал — сладкое предвкушение расправы. Я старался целиться в лицо — как мне казалось, это то, что делает образ человека человечным. И от этого нужно было избавиться в первую очередь. Изуродовать его настолько, насколько это возможно. Я был уже близок. Слышал ее крик, ее учащенное сердцебиение. Мне это так нравилось. Я бы даже сказал, что меня это возбуждало. Но проклятые быки встали на моем пути. Я был силен. Очень силен. Но недостаточно, чтобы справиться одновременно с несколькими быками. Тогда мне пришлось отступить.

Я первый раз в жизни проснулся с криком. До этого я думал, что так бывает только в кино, для пущего драматизма. Сквозь еще не до конца отпустивший меня сон, я услышал какой-то очень тихий голос. Я не мог до конца понять, откуда он внезапно появился в моей голове. Но поскольку в ту ночь он больше не давал о себе знать, то я не стал заострять на этом внимание. А странный и до жути реалистичный сон списал на впечатления от статуи волка в Оверни.

В Россию я вернулся поздним вечером следующего дня. Полная луна освещала аэропорт. Добираться до Белоомутска на такси по деньгам выходило чуть ли не столько же, сколько из Москвы до Парижа на самолете в один конец, так что решено было ночь провести в хостеле и рано утром на поезде двинуться в сторону моего маленького поселка городского типа. Я был рад, что в один момент судьба занесла меня туда. Там было так тихо, спокойно. Про такие места говорят, что там отдыхает душа. Да и самому мне было намного комфортнее жить как можно дальше от неуютных детских воспоминаний.

Обычно я хорошо сплю на новом месте. Но не в тот раз. Мне было жестко и холодно. В довершении всего под окном неистово орала кошка администраторши. На утро все мышцы гудели, а еще у меня почему-то ужасно болел живот. Хорошо, что хоть я не запомнил то, что мне снилось в ту ночь. Но утром, стоило мне открыть глаза, я опять услышал голос. Такой же, как вчера. На этот раз он звучал четче, хоть и по-прежнему я не мог понять, что он говорит. Странным было еще то, что я четко помнил, как закрывал окно, но оно было открыто нараспашку. Хорошо помню, как меня тогда передернуло. Сомнения поселились в моей душе уже тогда, но я, будучи скептиком, продолжал все списывать на усталость и обыкновенную паранойю.

Как только боли в животе успокоились, то я тотчас же покинул это место. Администраторша еще спрашивала, не видел ли я ее кошку. Мне нечего было на это ответить — животное я видел лишь краем глаза после того, как расплатился за номер. Потом я ее только лишь слышал. В глубине души я даже почему-то надеялся, что ночью она нарвалась на свору бродячих собак, которые растерзали ее заживо. Эти мысли были нетипичны для меня — я всегда, если и не любил, то, по крайней мере, был терпимым к любым животным. Но я заверил себя, что это всего лишь раздражение из-за плохого сна. Я тогда искренне думал, что никогда не смогу причинить вред живому существу.

По возвращению домой я зажил снова своей обычной жизнью. Занимался своими делами, старался как можно чаще видеться со своей женщиной. Голос, неудобства во сне, кошмарные сновидения — ничто из этого меня больше не беспокоило. Удивительно, но я начал замечать, что все мои чувства обострились. Будто я снова стал молодой версией себя. Я с легкостью смог бросить курить. Исчез лишний вес, перестали выпадать волосы. А то я начинал опасаться, что лысею. Я всегда гордился своими волосами. Возможность их отсутствия меня… расстраивала. Что меня больше всего радовало — улучшилась эрекция. Не то, чтобы мне и до этого приходилось жаловаться, но сейчас мы с моей любимой могли летать ночи напролет. А еще меня подозрительно часто начало тянуть в лес. Ловил себя на мысли, что городские пейзажи мне становились противны. Я тогда еще не подозревал, что на самом деле со мной происходит. Думал, что это какой-то энергетический подъем, связанный с преодолением пресловутого кризиса среднего возраста. Одну могу сказать наверняка — тот неполный месяц, до того, как наступило следующее полнолуние, был одним из самых счастливых