Читать книгу - "Поколение М - Борис Акунин"

на моих контактах поднялся? Никто тебя не трогает и никогда не тронет, а это дороже любых денег. И насчет бабла тебя тоже не обижали. Сколько ты за эти годы всего нахомячил!

Допустим, платили «спонсоры» не деньгами, а компаниями — какие можно взять без пыли. И Сергей сказал Валерке: «Это да, они пацаны щедрые, 75 процентов им отслюниваю». «Мало тебе остается?» — сказал Савчук. Начал загибать пальцы, перечислять самые прибыльные активы. А когда увидел, что Сергея не переубедишь, принялся стращать. И себя зароешь, и меня. Никто тебя не выпустит после всего что ты наураганил. Система так не работает.

«Я наураганил? — разозлился Сергей. — Кто меня с ними свел в девяносто четвертом? До них я был Серго Чистым, но они его потихоньку, как удав, придушили. Валер, ты иногда себя спрашиваешь: во что мы с тобой превратились? Тебе по ночам обломки не снятся? Бетонные плиты, а из-под них крики?»

«Этот мир придумали не мы с тобой, — ответил Савчук. — Мы в нем просто живем как умеем. До тех пор, пока нам дают жить. Если ты взбрыкнешь, нам обоим кранты. Сто процентов. Подумай про это».

«Уже подумал. Ты передай своему Куратору вот что».

И Сергей объяснил про гарантии. Якобы механизм уже запущен. На самом деле он его только разработал, во время ночного мозгового штурма. Но в тот же день, пока Савчук докладывал своим корешам о случившемся, Клычов план осуществил.

Фокус он позаимствовал из литературы по специальности. Называется Dead Man’s Switch, «Кнопка Мертвеца». Человека хотели бы грохнуть, а нельзя — он оставил в надежном месте компромат, да такой, что лучше эту мину не подрывать. Вито Чанчимино, бывший мэр Палермо, например, таким образом обеспечил себе тихую старость. Мафия его не трогает, чуть ли не охрану к нему приставила.

Материалы у Сергея имелись. Одних взрывов девяносто девятого хватит, чтобы «спонсоры» превратились в стрелочников — от них избавится собственное начальство. Никогда в жизни они на такой риск не пойдут.

Валерка съездил, поговорил. Вернулся малость успокоившийся, с твердой гарантией: если уедешь навсегда, без возврата, и будешь там сидеть тихо, никто тебя не тронет. Только гляди сам сдуру в ДТП не попади.

Гарантия гарантией, а режим «Броня», максимальные меры безопасности, Сергей активировал в тот же день. На подготовку отъезда понадобится два месяца, и лоховаться незачем. Была и еще одна непростая задача — как уговорить Лиду. Но Кисмет сделал Клычову огромный подарок, словно хотел подтвердить: решение ты принял верное. Лида тоже захотела изменить свою жизнь, так что одно к одному.

Впереди сияло, переливалось только белое. Все эти дни Сергей находился в воспаленном состоянии — с одной стороны, полной мобилизованности, с другой — натянутого, как струна, предвкушения счастья.

Фант выпал Лиде.

Она взяла листок с советскими шлягерами. Ткнула пальцем: «Вот эту».

Жанна подозвала официанта, тот завел трек. Заиграло музыкальное вступление.

Голос у Лиды несильный, но самый лучший на свете. Когда она пела, Сергей всегда чувствовал себя снегом, который тает под солнечными лучами.

А песню Лида выбрала такую, словно подслушивала его мысли. Удивляться нечему. Это же Лида. Волшебница.

Осень плачет дождём,

Дай руку мне — так теплей.

Хочешь, вместе уйдём

От суеты, от людей?

И будет вечер белым-белым

С нитями звёздных рек

Там, где рисует белым мелом

На тротуарах снег.

Клычов прикрыл рукой глаза, потому что выступили слезы. Кашлянул. Нагнулся к Валерке.

— Сейчас Лида допоет. Потом схожу отолью и едем. Предупреди ребят.

— Ага, — кивнул Савчук.

Глаза у него тоже были влажные.

САВЧУК

— О чем ты хочешь поговорить? Почему наедине, без Сережи? — спросила Лида, когда машина тронулась.

Валера пристроился за головным «гелендвагеном», посмотрел в зеркало, как от ресторана отъезжает клычовский бронированный «мерс», как в хвост встает замыкающая тачка.

— Потому что Серега в таких вещах дебил. С ним не посоветуешься… Я, Лидуль, дозрел. Собираюсь жениться. Но кошмарно стремаюсь.

Она взвизгнула. Точно так же на подобную новость отреагировали бы девять женщин из десяти, но Лида даже бабий писк издала царственно, колоратурно.

— На ком?!

– На Олесе, на ком еще. Скажи, я идиот жениться на красотке, которая на двадцать пять лет младше? И у которой мозгов, как у птички колибри — одна внешность.

— Не в мозгах дело. Я, знаешь, тоже не Софья Ковалевская, — удивила его Лида. Безмозглые женщины про себя так не говорят. Что если она не такая стрекоза, как он всегда думал? Просто не пользуется умом. За ненадобностью. Вот было бы открытие.

— Главное, чтобы она приносила тебе радость, делала тебя счастливым. Олеся делает тебя счастливым? Тебе с ней хорошо? Лучше, чем со всеми другими женщинами?

— Мне с ней очень хорошо. Иногда, — ответил Валерий на первый вопрос. На второй не стал.

Про себя он называл Олесю «Дублершей». Она и была дублерша. В прошлом году снялась в сериале, где требовалась молоденькая актриса — играть Лидины флэшбеки из прошлого. Подобрали на кастинге студентку из ВГИКа, действительно очень похожую. Еще и подгримировали, натренировали так же двигаться, модулировать голос. Когда Валерий увидел двойницу на экране, аж замер от нахлынувших воспоминаний. И взял девочку в оборот. Это было нетрудно. Создал райские условия, дарил подарки. Платья выбирал, чтоб были похожи на Лидины. И прическу просил делать в том же стиле. Один раз заезжал с Клычовым к Лиде на Николину Гору, тайком заглянул в спальню, выдвинул ящики, посмотрел, бельем какой фирмы Лида пользуется — и экипировал Олесю точно такими трусиками-лифчиками. Потом проявил чудеса сексуальной доблести.

Но в кислые минуты Валерий мысленно называл любовницу другими прозвищами. «Эконом-вариант», «Эрзац», «Лида для бедных».

— То-то я смотрю ты сегодня не такой, как всегда, — заулыбалась Лида.

— Ага. Всего трясет, если честно.

Его и правда потряхивало. В последние дни давление зашкаливало, пил капли. А сегодня пришлось еще и заправиться феназепамом. Из-за этого в ресторане не пил, только пригубливал. Требовалась стопроцентная собранность. Вечер, когда решится всё.

Хорошо Клычов не Лида, ничего особенного не заметил.

Куратор сказал: «Это твой asset. Ты его породил, ты его и нейтрализуй. Иначе тоже попадаешь в категорию liability. Проблема number one под контролем, остается проблема number two».

Куратор много лет проработал в американской резидентуре, всё время вставляет английские слова.

Проблема один была — узнать, что за «кнопкой» обезопасился Клычов и как эту угрозу устранить. Ключ к решению проблемы между прочим добыл Валерий.