Читать книгу - "О политике, кулинарии и литературе - Джордж Оруэлл"

рода огромный город-сад. Такие темы, как месть, патриотизм, изгнание, преследования, расовая ненависть, религиозная вера, верность, поклонение перед вождем, внезапно приобрели черты подлинной реальности.

Тамерлан и Чингисхан кажутся теперь вполне достоверными фигурами, а Макиавелли воспринимается как серьезный мыслитель, что было бы нереально в 1910 году. Мы покинули тихую заводь и пустились в плавание по волнам истории. У меня нет какого-то безоговорочного восхищения писателями начала двадцатых, главными из которых являются Элиот и Джойс. Тем, кто последовал за ними, пришлось развенчать многое из того, что сделали они. Из-за неприязни к поверхностной концепции прогресса, в политическом отношении, они двинулись в ложном направлении, и то, что Эзра Паунд, например, теперь аплодирует антисемитизму по римскому радио – не случайность.

Но все же следует признать, что сочинения этих писателей отличаются зрелостью и более широким кругозором, чем те произведения, которые писали до них. Они разорвали порочный культурный круг, в котором Англия существовала в течение почти столетия. Они установили связь с Европой, вернули стране чувство истории и реальность трагедии. На этом фундаменте держится вся последующая английская литература, имеющая хоть какое-то значение, и вектор развития, заданный Элиотом и другими в последние годы последней войны, еще не исчерпал себя.

1942 год

Литература памфлетов

Невозможно уложить рецензию на пятнадцать памфлетов в тысячу слов, и если я остановился именно на этом числе, то только потому, что на этом материале можно вычленить восемь из девяти главных тенденций, характерных для современных памфлетов. (Пропущенный тренд – пацифизм: мне за последнее время не удалось найти ни одного пацифистского памфлета.)

Я перечислю все памфлеты под отдельными заголовками, сопроводив краткими комментариями, прежде чем попробую охарактеризовать некоторые довольно любопытные особенности возрождения памфлетной литературы последних лет.

1. Антилевые и крипто-фашистские памфлеты. «Солдатский новый мир», 2 пенса (подзаголовок: «Памфлет против чудаков, написанный в лагере»; автор разносит интеллектуалов и пытается убедить нас в том, что простой человек не желает социализма). Ключевая фраза: «Умные так и не научились ценить простые вещи». «Голланц в немецкой стране чудес», 1 шиллинг (Сторонник Ванситтарта). «Мировой порядок, или Мировые руины», 6 пенсов, (Антипланирование; критика Г. Д. Х. Коула).

2. Консервативные. «Бомбардировочное командование по-прежнему действует». 7 пенсов. (Хороший образец официального памфлета.)

3. Социал-демократические. «Случай Австрии», 6 пенсов. (Опубликован Свободным австрийским движением.)

4. Коммунистические. «Долой агентов Гитлера», 2 пенса. (Подзаголовок: «Выявление троцкистской подрывной деятельности, организованной в Британии»; исключительно лживый памфлет.)

5. Троцкистские и анархистские. «Кронштадтский мятеж». 2 пенса. (Анархистский памфлет, направленный против Троцкого.)

6. Беспартийно-радикальные. «Что не так с армией?», 6 пенсов. (Книга-ураган, содержательная и хорошо написанная; анти-шовинистический документ.) «Я, Джеймс Блант», 6 пенсов. (Милый ужастик, основанный на гипотетической версии, что широкие массы англичан до сих пор ничего не слышали о фашизме.) «Борьба гигантов». Без цены, вероятно, 6 пенсов. (Любопытный образец популярной некоммунистической русофильской литературы.)

7. Религиозные. «Письмо приходскому священнику. 2 шиллинга. (Фабианский памфлет, левое крыло англиканской церкви.) «Вечные воители», 6 пенсов. (Оправдание Бухмана.)

8. Безумные. «Торжество британской судьбы, или праведность отказалась от пассивной обороны», 6 пенсов. (Британский Израиль, со множеством иллюстраций.) «Когда русские вторгнутся в Палестину», 1 шиллинг. Британский Израиль. Автор Э. Дж. Феррис, написал длинную серию памфлетов на подобные темы; один из них разошелся громадным тиражом: «Когда русские будут бомбить Германию». В 1940 году было продано шестьдесят тысяч экземпляров. «История Гитлера и программа завоевания Англии; Civis Britannicus Sum[26], 1 шиллинг. (Характерный пассаж: «Великое дело – «играть в игру» и знать, что выиграешь ее. Потом, когда все препятствия будут позади или когда в последний раз прозвучит свисток, явится великий арбитр и напишет напротив твоей фамилии: «Неважно, проиграл ты или выиграл; главное, как ты играл».)

Все перечисленное мною всего лишь капля в море памфлетной литературы, и для того, чтобы представить читателю полноценный срез, я включил в список несколько примеров, о которых читатели, вероятно, слышали.

Какие выводы можно сделать из этой маленькой подборки? Интересный, но труднообъяснимый факт заключается в том, что жанр памфлета по-настоящему оживился приблизительно после 1935 года, при этом авторы не написали ничего действительно ценного.

За последние шесть лет я собрал несколько сотен памфлетов, но это – всего лишь процентов десять от их общего числа. Некоторые из этих памфлетов разошлись огромными тиражами, особенно религиозно-патриотические, например, памфлеты мистера Ферриса, а также вульгарные и бесстыдные памфлеты наподобие «Последней воли и завещания Гитлера»; который был распродан тиражом в несколько миллионов.

Непосредственно политические памфлеты иногда продаются хорошо, но популярность любого памфлета, выдержанного в духе «партийной линии» (любой партии), всегда несколько сомнительна.

Просматривая свою коллекцию, я нахожу, что она – макулатура, интересная только составителям библиографий. Но хотя я классифицировал текущие памфлеты по девяти рубрикам, их можно, в принципе, грубо разделить на две основные категории – на памфлеты партийные и памфлеты астрологические.

Речь идет о тоталитарном мусоре и мусоре параноидальном, но в обоих случаях – о мусоре. Даже весьма содержательные памфлеты Фабианского общества безнадежно скучно написаны. Самые живые памфлеты, как правило, беспартийные – это хороший пример направления «Благослови их всех!», и такие сочинения тоже следует признать памфлетами, хотя цена им – шиллинг и шесть пенсов. Убогость памфлетов шокирует, и основная причина шока заключается в том, что текущая эпоха именно более всего подходит для такой литературной формы, как памфлет.

Мы живем в эпоху кипения политических страстей, каналы свободного высказывания cужаются, а организованная ложь достигла невиданных прежде масштабов.

Памфлет является идеальной литературной формой для того, чтобы заполнять исторические пустоты. Но живых памфлетов очень мало, и единственное объяснение, какое я могу предложить, причем объяснение хромающее, состоит в том, что ни издатели, ни редакторы литературных газет так и не озаботились тем, чтобы научить читающую публику осознанно относиться к памфлетам.

Трудность коллекционирования памфлетов заключается в том, что их издают на нерегулярной основе и их не всегда можно найти даже в библиотеках и музеях; их редко рекламируют и еще реже рецензируют.

Хороший писатель, страстно желающий что-то сказать – а суть написания памфлетов как раз и заключается в том, что вы хотите что-то сказать именно сейчас как можно большему числу людей, – будет сильно сомневаться, стоит ли придавать высказыванию форму памфлета. Потому что памфлет будет трудно опубликовать, и вообще смогут ли его прочитать те, к кому он намерен обратиться… И, скорее всего, он предпочтет высказать накипевшее в жанре газетной статьи. Или изложит свои идеи в книге.

В результате бóльшую часть памфлетов пишут одинокие безумцы, публикующие их за свой счет, или прячущиеся в катакомбах религиозные фанатики, или представители