Читать книгу - "Поколение М - Борис Акунин"

class="p1">С научным консультированием был обман, заманка. Гена отнесся к делу серьезно, он всегда ко всему относился серьезно. Изучил текст пьесы, подготовил замечания и предложения.

На первом же сборе труппы выступил. Объяснил, что атмосфера на Марсе разреженная. Дышать без специальной маски не получится. Кроме того, поскольку четвертая планета находится от Солнца дальше, чем Земля, там очень холодно, примерно как на наших полюсах. Поэтому актеры, играющие землян, должны быть в скафандрах и шлемах, иначе неправдоподобно. Он объяснял обстоятельно, с цифрами, даже принес заветный номер журнала «Знание — сила», где отличная подборка картинок с видами марсианской поверхности. Режиссер говорит: скафандры будут, их наша мастерица Катя сошьет, а вот от шлемов придется отказаться. Мы не может закрывать актерам лица. И потом долго, красиво рассказывал про условность сценической реальности.

Ладно. Принято. В конце концов есть гипотеза, согласно которой в марсианских низинах и расщелинах из-за близости подкорной магмы температура намного выше и тогда шлемы могут быть необязательны. Предположим, Стелларий, столица марсианской империи, где происходит основное действие, находится именно в такой зоне.

Но осталась другая проблема. Марс по диаметру и массе меньше Земли, почти втрое. Это означает, что там иная гравитация. Человек, который весит шестьдесят килограммов, на красной планете будет весить только двадцать два с половиной. И Гена нашел, как ему казалось, очень изящное, чисто театральное решение. Предложил, чтобы марсиане двигались нормально, они ведь привыкли к своей гравитации, а земляне — легкой, как бы летающей походкой. И даже изобразил как.

Наверно не очень уклюже, все засмеялись. А режиссер сказал, что это разрушит сценографический рисунок и темпоритм действия. Наш Марс, сказал, это не реальная планета Солнечной система, а метафора Иного Мира, который человек пытается очеловечить.

После второй неудачи Гена смирился. Делал что велят, произносил выученные реплики, но чем ближе подходил день премьеры, тем больше нервничал. Зачем только он, дурак, в самом начале натрепался в кружке про космический спектакль и всех пригласил? Теперь позора не оберешься. Надо было бы откосить, уйти из труппы, но это безответственно. Всех подведешь. Как сорвать подготовку к полету, объявив перед стартом, что уходишь из экипажа.

Вчера вдруг придумал, как можно поправить один ляп, никаких театральных законов не нарушая. Командир корабля Лось в самой первой сцене, когда космонавты примарсились и смотрят по сторонам, говорит: «Только вчера мы были среди родных березок, а тут вокруг багровые леса!» Леса на Марсе еще куда ни шло. Может, Лосю нагромождение сталагмитов показалось лесом, но насчет «только вчера» полнейший бред! Минимальное расстояние от Земли до Марса — такое бывает один раз в 16 лет — 55,6 миллионов километров. Даже если старт на третьей космической скорости, что пока недостижимо, но теоретически возможно, полет займет минимум четыре месяца. Поэтому реплику нужно подправить. Пускай Слава Дружинин скажет: «Только четыре месяца назад мы были среди родных березок», и будет нормально. Ничего же не стоит!

Вдруг Гене пришла в голову такая охренительная идея, что он позабыл и про пьесу, и про ленгмюровские колебания.

Нужно разработать ракетный двигатель на ядерном топливе! Компактный реактор! Понятно, тут тысяча технических проблем и сложностей, понадобится много лет исследований, испытаний, но это же… это же какое ускорение! Космос станет ближе, а стало быть доступней! За сколько времени сможет корабль долететь до Марса при эллиптической траектории, если избавиться от тяжелых, замедляющих ступеней?

Вынул свой блокнотик, подсчитал. Всего за сорок пять дней!

Зажмурился. Решил, что запомнит сегодняшнее число. Двадцать пятое мая одна тысяча девятьсот семьдесят второго года. День, когда Геннадий Владимирович Щипок выбрал для себя дело всей жизни. Ну хорошо, не всей, жизнь длинная. Но быстрее чем лет за двадцать задачищу такого масштаба не решишь, а надо ведь сначала еще институт закончить.

Взволнованный, он встал, подошел к зеркалу, в которое полагается смотреться перед выходом на сцену. Чтобы зафиксировать в памяти исторический момент. Но забыл про грим. Из зеркала на Гену пялилась чучундра с зачерненной рожей, в курчавом парике и огромных очках. Они были бутафорские, с простыми стеклами. Глаза Гена с детства очень берег, книжки читал строго по часам и каждые пятнадцать минут прерывался, делал упражнение для глазных мышц. Чтобы взяли в отряд космонавтов, требуется идеальное зрение. Под шлем очки не наденешь. В «Науке и жизни» была статья, что в Америке изобрели какие-то гибкие линзы, которые вставляются прямо под веки и тогда очки не нужны. Но у нас такие вряд ли скоро появятся. Доцент из Физтеха, который проводил с членами кружка собеседование и потом пообещал Гене и еще двоим ребятам, что поможет с поступлением, говорил с ними как с будущими коллегами, без туфты. Он сказал: «У нас в Советском Союзе всё плановое — в том числе наука. Только поэтому мы, имея в три раза меньший потенциал, чем капстраны, можем в нескольких направлениях конкурировать с ними на равных. За счет приоритетной концентрации государственных усилий в области оборонных и космических изысканий. На остальное ресурсов не хватает, но уж в нашей отрасли мы не отстаем, а иногда и опережаем». Линзы, конечно, не из приоритетных задач. До них у государства руки дойдут нескоро.

Состроил африканцу рожу — верней, это африканец показал Гене язык.

Что-то репетиция никак не начнется. Все уже в костюмах. Мышкина развлекает подружек. Она с одобрения Владимира Григорьевича изобрела марсианскую мимику и жестикуляцию, очень смешно. Якобы у них там всё наоборот: когда весело — плачут, а когда грустно — гогочут. Жанка оскалила зубы, а сама ноет: «Ой, беда-беда, пропала наша красная планета!»

Потом плаксиво скривилась: «Ой умора какая, сейчас лопну со смеху!»

На самом деле инопланетяне никак не могут быть андроидами. Они ведь эволюционировали не от обезьян. Может быть, какие-нибудь мыслящие черви или ящеры. Либо они вообще не биологического происхождения, а возникли, например, из сгустков энергии. Гипотеза мыслящего океана Солярис более вероятна, чем наивные и ненаучные фантазии про «венериан» Мартынова или сказки Стругацких. Повесть «Трудно быть богом», которую все так обожают, с научной точки зрения чистейший бред.

В детстве Гена много читал фантастику про космические полеты и про внеземные цивилизации, но давно перестал тратить время на подобную чепуху. Маленьким он представлял себе инопланетян точно такими же, как мы, только с оранжевыми лицами. По радио тогда часто крутили «Оранжевую песню», и он, дурачок, думал, что в ней поется о жизни на другой планете:

Оранжевое небо,

Оранжевое море,

Оранжевая зелень,

Оранжевый верблюд.

Оранжевые мамы

Оранжевым ребятам