Читать книгу - "Тьма, такая сладкая - Эмма Хамм"

что-то из этого. А вот я с удовольствием посмотрю, как ты умираешь. — Она наклонилась, чтобы поднять оставленный на полу светильник. Пламя свечи закружилось внутри него, освещая длинный коридор с множеством дверей. — Раз уж мы должны были пожениться, я дам тебе небольшую подсказку о том, где ты находишься. Мой отец любит смотреть, как люди дерутся. Раньше он привозил знаменитых воинов со всего королевства, но ни один из них не был так хорош, как тролли.

Что? Гуннар заерзал рядом с ним, подавшись ближе, чтобы прислушаться.

— Что ты имеешь в виду, принцесса? — спросил Рагнар.

— О, мне нравится, когда ты меня так называешь, — сказала она с усмешкой. — Я имею в виду, что моему отцу нравится смотреть, как дерутся те, кто делает это лучше всех остальных. Со временем смотреть на людей стало скучно. Теперь ему доставляет удовольствие наблюдать, как сражается ваш народ, пока внутри вас не останется ничего, кроме зверя. Жаль только, что ему приходится собирать вас всех с таким драматизмом. Уверена, знать какое-то время будет в гневе. Вы просто должны были съесть отравленную еду, а потом мы бы тихо-мирно спустили вас всех сюда. Но и так тоже сойдет. Какое шоу.

Она повернулась, чтобы уйти, и каждая клеточка его тела кричала, чтобы она вернулась. Ему нужно было больше информации. Ему нужно было узнать, где Майя, не поступаясь при этом правами на собственное тело.

— Стой! — крикнул он.

Она остановилась и посмотрела на него через плечо.

— Передумал? Я ничего не расскажу тебе о твоей маленькой садовнице, пока ты не дашь мне то, чего я хочу.

— Нет, я этого не сделаю, — прорычал он. — Зачем ты все это нам рассказываешь?

— Потому что мы должны были пожениться, и потому что я хочу сегодня увидеть хороший бой. Вы ранены — мы все это видим. Если вы хотя бы будете знать, что вас ждет, возможно, вы лучше подготовитесь и покажете нам шоу получше.

Она снова отвернулась и исчезла в темноте коридора. Его желудок скрутило от осознания реальности того, с чем он столкнулся.

— Бой? — пробормотал он.

Но Гуннар побледнел.

— Все те тролли, которых мы считали убитыми людьми. Те, что исчезли. Они здесь?

Они уставились друг на друга, и Рагнар задался вопросом, живы ли вообще те тролли. Неужели они бросили стольких своих, не зная, что те сражались за свои жизни? И все ради людской забавы.

Глава сорок первая

МАЙЯ

Она перекатилась на бок, не до конца понимая, что произошло. Мгновение назад она стояла, а в следующее… Она могла бы поклясться, что был взрыв. Она знала, что стояла прямо перед королем, глядя на его глупое, самодовольное лицо, а потом…

Куда делись воспоминания об остальном?

И она что, лежит?

Майя вытянула пальцы, пока не открывая глаз. Она лежала на чем-то похожем на кровать. Но сначала ее пальцы нащупали колючие простыни, а затем — жесткий матрас под собой. Ее рука соскользнула с края матраса и повисла в пустоте, так что, по крайней мере, она была приподнята над землей.

Что-то случилось? Она попыталась моргнуть, но в глазах был песок, мешавший ей открыть их. При каждом моргании казалось, будто под веками скрипит стекло. И все же она заставила себя посмотреть на окружающий мир. Хотя из-за слез все казалось размытым, она смогла разглядеть, что находится в тюремной камере.

Дерьмо.

Что-то произошло, и она все это время была без сознания. Медленно дыша, она заметила еще несколько фигур в стороне комнаты. Еще койки, может быть?

Зашипев, она заставила себя сесть. Если она хотя бы выпрямится, то сможет убедить свое тело избавиться от этого неправильного чувства, из-за которого сердце замирало в груди, а дышать было тяжело. В этом было что-то… не совсем правильное.

Мир накренился набок, но она не была ранена. Она не чувствовала никаких ран. Может, ее плечи и спина немного затекли, но только из-за того, что она спала на неудобной койке. Но то, как все искажалось и кренилось в сторону, заставляло думать только об одном: ей что-то дали.

Какая-то магия или лекарство усыпили ее.

Майя попыталась дотянуться до своей магии. Как и говорил Рагнар, она это могла. Он утверждал, что она может использовать его магию, и если это так, то, возможно, этот белый свет внутри нее подскажет, что не так.

Она не была уверена, что когда-нибудь сможет исцелять так же, как он. В ней просто не было для этого достаточно магии, но она чувствовала, что по крайней мере сможет определить, в чем проблема. Поэтому она попыталась сосредоточиться на ощущении его магии. На этой ледяной воде, стекавшей с ее головы на плечи, а затем скользившей вниз по позвоночнику, прокладывая себе путь сквозь нее.

И тут она поклялась бы, что увидела это. Яд, который пробирался через все ее тело. Он был в ее желудке, в ее венах, струился по ее истощенному телу, пытаясь заставить ее снова уснуть.

Значит, ей что-то дали. Она не знала, что именно. Но в горле ощущался какой-то осадок, что могло означать только одно: ей влили это в рот, пока она была без сознания.

Воспоминания начали возвращаться. Взрыв, звуки кричащих и плачущих людей, стоны троллей где-то слишком далеко позади нее. А затем ощущение того, как кто-то схватил ее за переднюю часть платья и ударил головой о каменные ступени, ведущие к трону, на котором восседал король.

Неужели это все дело рук короля? Несомненно, это так.

Тем не менее, она позволила магии раскаленным добела потоком растечься по всему ее телу. Она выжгла остатки наркотика, обосновавшегося там, где ему были не рады, и внезапно мир обрел устойчивость. Теперь она могла гораздо лучше разглядеть то, что находилось прямо перед ней.

Койки с отброшенными в сторону одеялами, словно два человека довольно быстро встали и затем… ушли. Она посмотрела направо и увидела дверь с маленькой решеткой вместо окна. Скорее всего, это был вход в камеру, учитывая, что охранникам нужно было заглядывать внутрь, чтобы убедиться, живы ли пленники. Слева от нее была еще одна дверь. Но в ней решетки не было.

Интересно.

Майя понятия не имела, где находится. Она никогда не слышала о тюрьме поблизости от замка, а это означало, что король не хотел, чтобы остальные его подданные знали о ее существовании. Он наверняка скрывал здесь что-то ужасное.

Но чутье подсказывало ей, что она все еще в замке. Может быть, это было желаемое