Читать книгу - "Тьма, такая сладкая - Эмма Хамм"

крошечное семечко ему на ладонь. Он чувствовал в нем магию. Силу. Жизнь, которая жаждала вырваться на свободу, если он ей позволит.

И он позволил.

В отличие от исцеляющей магии, здесь не требовалось направлять ее. Он просто дал семечку искру, а растение сделало все остальное.

К тому времени, как он открыл глаза, на его ладони пророс крошечный росток. Маленькие корешки уже свисали с края его руки, а ярко-зеленые листочки были столь же прекрасны, сколь и хрупки.

— Великолепно, — выдохнул король Эгиль. — А вот и наши доказательства. Теперь мне нужно, чтобы вы все присоединились ко мне в этом плане, потому что это риск. Однако я искренне верю: если мы хотим одолеть этого короля, сначала нам нужно найти всех человеческих женщин, которые согласятся по своей воле, и сделать нас самих более сильным врагом.

Гул согласия со стороны собратьев Рагнара заставил что-то сжаться в его животе. И посмотрев на Гуннара, он увидел, что его брат чувствует то же самое.

Ветры перемен подули в тронном зале, и Рагнар не был уверен, хорошо это или нет.

Глава тридцать седьмая

МАЙЯ

Майя проснулась с восхитительной болью между ног и гораздо более отдохнувшей, чем за долгое время. Она не была уверена, стало ли причиной этому до нелепости потрясающий секс, которым был наполнен весь её вчерашний день, или же глубокий сон без сновидений, последовавший за ним. В любом случае, она была благодарна и за то, и за другое.

Может быть, ей удастся уговорить мужа повторить это. И поскорее.

От одной этой мысли её щёки загорелись, и она перекатилась в постели, чтобы проверить, здесь ли он ещё. Её пальцы заскользили по холодной подушке и одеялам, которые были обёрнуты только вокруг её тела.

Острая вспышка грусти заставила Майю прикусить губу. Она ненавидела, что всё ещё так себя чувствует. Рагнар всегда вставал раньше. Он уходил в королевство троллей, потому что был занятым мужчиной, у которого было много дел. Учитывая, что вчера тролли израсходовали бóльшую часть исцеляющих зелий, она была уверена, что он вернулся в замок, чтобы сварить новые и пополнить запасы.

И всё же ей хотелось бы хоть одно утро проснуться в его объятиях. Особенно после вчерашнего.

Но её жизнь была другой. Вздохнув, она потянулась всем телом одним долгим, глубоким движением, прежде чем скатиться с кровати и босиком прошлепать в ванную. Биргеру, скорее всего, сегодня понадобится её помощь, и она собиралась отвлечься. Никакие кровавые воспоминания не будут преследовать её сегодня. Она займёт свой разум и руки работой до тех пор, пока перед глазами всё не поплывёт. И вот тогда, и только тогда, она, возможно, сядет и задумается о том, как на неё повлияло всё увиденное.

Готовясь к предстоящему дню, она натянула бледно-голубое платье, обхватывающее её мелкими косичками, и тут в памяти зашевелилось слабое воспоминание. Совсем не то, что она ожидала, учитывая, что всё утро она отгоняла мысли о том солдате с руками на ремне.

Нет, она вспомнила, как проснулась и почувствовала тягу глубоко внутри. Холодок пробежал между лопатками — то самое чувство, которое она испытывала всегда, когда Рагнар применял к ней свою исцеляющую магию. Но ведь его тогда здесь не было. Она даже смутно припомнила, как потянулась к нему, но её руки наткнулись на пустоту.

Когда это произошло?

И что именно произошло?

Нахмурившись, она направилась на кухню, но обнаружила, что входная дверь уже открывается. Внутрь вошла Инкери, нагруженная двумя плащами.

— Вы что, тайком пробираетесь в мой дом? — спросила Майя, озадаченная поведением другой женщины.

Женщина-тролль подпрыгнула, а затем усмехнулась, поняв, что Майя стоит здесь.

— Твой дом, значит? Кажется, я впервые слышу, чтобы ты его так называла.

Может, и в первый. Она всегда считала это место домом Рагнара. Но после прошлой ночи, битвы и… всего остального, что произошло, ей было гораздо легче смотреть на это место и чувствовать, что оно принадлежит и ей тоже.

— Женщина может передумать, — наконец ответила Майя.

— Особенно когда она сражается в бою, как настоящий воин. Знаешь, весь город только о тебе и говорит. — Инкери протянула ей плащ, чтобы она его взяла.

— Я не так уж и сопротивлялась — поверьте мне.

— Ты сражалась достаточно отчаянно, чтобы те, кто вернулся из боевого отряда, быстро затыкали любого, кто осмеливался дурно отзываться о человеке среди нас. Знаешь ли ты, что немало троллей утверждали, будто ты шпионка людей? Теперь любому, кто скажет подобное, быстро закроют рот.

А это означало, что весь город знал и о том, что на неё напали. Эти воспоминания вцепились в задворки сознания Майи, как волк, о котором говорил Рагнар. Этот волк хотел сжать её в своих челюстях и трясти так сильно, чтобы у неё искры посыпались из глаз.

— Для чего это? — спросила она, указывая на предложенный плащ, но даже она сама услышала отчаяние в своих словах. Ей нужно было отвлечься, хоть на что-нибудь, от этих воспоминаний. Её рука дрожала, когда она потянулась за ним. Хуже того, она была почти уверена, что и голос её дрогнул.

— Мы возвращаемся в безопасность к тролльим жёнам. Ты заслуживаешь быть там, а не здесь в одиночестве.

— Думаю, мне и здесь хорошо. Мне нравится быть здесь. — В темноте. В одиночестве. Здесь тревога и страхи могли поглотить её, и никто бы не узнал.

Она уже чувствовала волка в горле. Словно зверь жил внутри неё, осознавая её ужас от того, что скоро он поднимет свою уродливую голову. Чем больше она пыталась отодвинуть его в сторону, тем сильнее эти воспоминания хотели дать сдачи.

Она едва заметила, как Инкери пошевелилась. А в следующее мгновение женщина уже стояла перед ней, накидывая плащ ей на плечи. — Тебе нельзя здесь оставаться. Ты пойдёшь со мной, и остальные позаботятся о тебе.

— Я думала, Рагнар скоро вернется…? — Даже она сама слышала надежду в этих словах.

— Рагнар занят. Но мы о тебе позаботимся, огневолосая. А теперь накинь капюшон, иначе люди начнут тебя узнавать, а я не думаю, что ты сейчас в настроении с кем-то разговаривать, верно?

Нет, не в настроении. Она не хотела ни с кем говорить о том, что произошло только вчера. Она пока не хотела об этом думать.

Взглянув на комнату, которая должна была стать её убежищем, она последовала за Инкери на улицу, ступая по каменным дорожкам, ведущим в самое безопасное место в этой горе. По пути она пыталась убедить себя, что