Читать книгу - "Ваша вина - Мерседес Рон"

— Ты уже поняла это… — недоверчиво произнес я.

Она покачала головой.

— Нет, клянусь, но со вчерашнего дня… Ну…

— Он что-то сделал?

— Нет, он ничего не сделал! — поспешила уточнить она, сжимая мои руки в тщетной попытке удержать меня. А что я вообще мог сделать этому придурку? Избить его и вышвырнуть вон, дав пинка под зад?

Было очевидно, что я не могу этого сделать, как бы мне того ни хотелось.

— Тогда почему ты не отрицаешь этого полностью?

— Я заметила, что, возможно, он смотрит на меня как-то иначе.

— Он всегда так на тебя смотрел, с вожделением, просто ты не хотела этого замечать. Я уже несколько недель тебе об этом говорю.

— Если я ему нравлюсь, это не моя вина, Ник!

— Дело не только в том, что ты ему нравишься. Конечно, ты ему нравишься! Любой парень с каплей здравого смысла влюбился бы в тебя через две минуты. Проблема в том, что ты не смогла выстроить границы, и теперь этот идиот думает, что может разговаривать со мной в таком тоне, ставя меня в неловкое положение перед моими друзьями и перед тобой!

— Ну так не позволяй ему этого, Ник!

Она потянулась, чтобы взять мое лицо в ладони, но я отвернулся, избегая её прикосновений.

— Почему ты кажешься таким неуверенным, если прекрасно знаешь, что для меня во всем мире нет никого, кто мог бы хоть отдаленно сравниться с тобой?

Прежде чем ответить, я всё же посмотрел на неё.

— Потому что моим самым большим страхом всегда было потерять тебя, Ноа. Я уже терял тебя однажды и едва не умер от этого. И если мне кажется, что кто-то к тебе подкатывает, я не могу не провалиться в водоворот саморазрушения и неуверенности, который лишает меня сна. В кошмарах ты бросаешь меня, и я просыпаюсь с криком, потому что тебя нет рядом. А когда тебя действительно нет рядом, потому что нас разделяет блядский шестичасовой перелет, мои кошмары становятся реальностью. Я живу в этом состоянии уже два месяца, Ноа. А потом мне приходится читать дерьмовую статью, в которой черным по белому расписаны все мои страхи, и эта статья сопровождается твоей фотографией, где ты обнимаешь этого идиота. Я прочитал свои собственные кошмары, написанные чужими словами, все мои комплексы выставили на всеобщее обозрение в газете, я разбит на тысячи осколков и не знаю, как из этого выбраться.

Я чувствовал себя как бомба с часовым механизмом.

Мои руки дрожали, а сердце заколотилось с пугающей скоростью.

Я посмотрел на Ноа и увидел отражение своего страха в её глазах.

— Ник…

Затем, не дав мне сказать больше ни слова, она приблизилась и поцеловала меня, словно желая сдержать этим поцелуем все те чувства и страхи, которые, казалось, вот-вот разорвут меня на части.

Глава

32

Ноа

Я никогда не видела его таким.

Ему было страшно. Очень страшно. Это разбивало мне сердце.

Я поцеловала его, зная, что это единственный способ отвлечь его от этих мыслей.

Я не хотела, чтобы он так себя чувствовал. Не хотела, чтобы он сомневался во мне. Мы оставили прошлое позади, но осознание того, что наш разрыв всё еще мучает его, причиняло мне невыносимую боль.

Я положила руку ему на грудь и почувствовала, как бешено колотится его сердце.

Я слегка отстранилась, чтобы убедиться, что он в порядке. У него были красные глаза, и мне показалось, будто мое сердце сжали так сильно, что оно начало кровоточить.

— Ник, — произнесла я дрожащим голосом.

Он покачал головой и крепко сжал мою талию, словно в этот момент мое тело было единственным, что удерживало его на плаву.

— Я снова виделся с Лидией, — сказал он.

Это была наш семейный психотерапевт. Мы начали ходить к ней сразу после того, что случилось с Брайар и Майклом, а также потому, что хотели наладить наши отношения.

То, что Ник вернулся к терапии, означало, что он не в порядке… Что он совсем не в порядке.

— Почему ты мне не сказал? — спросила я, пытаясь поймать его взгляд. По какой-то причине он, казалось, стыдился этого.

— Я не хотел, чтобы ты волновалась, — признался он. Я мягко подтолкнула его за подбородок, чтобы он посмотрел на меня, и он наконец это сделал. — Со всем тем, что сейчас происходит, я не хотел, чтобы ты считала меня слабым, не хотел, чтобы ты думала, что не можешь опереться на меня так, как я всегда этого хотел.

Я ошеломленно смотрела на него.

— Неужели ты думаешь, что я могу счесть тебя слабым за то, что ты попросил о помощи, Ник? — сказала я.

В моей голове не укладывалась его логика, хотя в каком-то смысле я его понимала. Когда-то именно он убеждал меня обратиться к психологу. Это закончилось очень, очень плохо, но это уже другая история. В любом случае, я тоже чувствовала себя слабой из-за того, что мне понадобилась помощь. Более того, я убедила себя, что со мной что-то не так, раз я не могу разобраться со своими проблемами сама. На самом же деле, признать, что тебе нужна помощь — это самый смелый поступок на свете.

— Это я должен тебя защищать. Я должен оберегать эту семью от любых опасностей.

— Что ты такое говоришь, Ник? — перебила я его. — Здесь нет никакой иерархии. Мы вместе сохраняем нашу семью. Мы вместе боремся за то, чтобы всё было хорошо.

Он посмотрел на меня, и по его взгляду я поняла, что он считает иначе.

— Ты всегда обо всех заботилась, Ноа. Думаешь, я этого не вижу? Думаешь, я не видел этого с твоей матерью или с твоим отцом? Ты такая, любовь моя. Ты хочешь заботиться обо всех, и именно за это я тебя люблю, но это я должен заботиться о тебе. Это я поклялся защищать тебя и нашего сына, и, если я с этим не справляюсь, значит, я потерпел неудачу.

— Ник, послушай меня, — сказала я, взяв его лицо в ладони. — Это не соревнование в том, кто о ком лучше заботится. Каждый из нас делает всё, что в его силах, ясно? И если мы совершаем ошибку, мы прощаем друг друга, потому что именно так поступают люди, которые любят.

— Звучит просто, но на деле всё это дерьмо собачье, особенно когда мы не вместе.

Эти слова разбили мне сердце. Если честно, то да, расстояние стало для нас тяжелым испытанием. Это были не