Читать книгу - "Принцип злой любви - Алена Воронина"

— Э… можно. Только… только… я тоже смотрела твой профиль и…

О! Виктория Алексеевна!

— И… — его губ коснулась улыбка.

— И у тебя же есть девушка.

Господи, может он просто хочет со мной подружиться, а я тут с дурацкими вопросами?! Может, он хитрый и решил закрепить дружбу с человеком, который может компы чинить бесплатно. Блин, можно я все-таки провалюсь под землю, пожалуйста?! Вот прямо сейчас!

— Вика, у меня нет девушки.

Щеки мои пылали. Сердце билось где-то, непонятно где, но явно не там, где ему положено. Ну, хоть билось и ладно.

Только спустя час в коридоре, когда уходил, он окончательно меня добил, осторожно лишь на мгновение коснувшись своими губами моей щеки.

Глава 20

Каждая девушка должна всегда знать две вещи: чего и кого она хочет.

Коко Шанель

Это была самая долгая неделя в моей жизни по многим причинам. Потому что мама готовилась к вооруженному нападению на Сашу, а последняя вряд ли представляла, что ее ждет (хотя, возможно, я ошибаюсь), потому что на работе был полный завал, и я боялась, что Антона прорвет, потому что Аня металась между страхом и любовью, потому что Егор… Да еще же Егор.

Вечера у нас проходили в телефонной болтовне.

Я даже «скинула пыль» со старого аккаунта в той самой игре, о которой он спрашивал, и «побегала» с ним по виртуальной вселенной, населенной демонами, чудовищами, и прочей милой нечистью (если сравнивать с некоторыми клиентами, так подобные персонажи — просто сама доброта). Он играл немного, это скорее был способ отвлечься от рутины, нежели попытка достичь чего-то.

Настроение у меня было странно воодушевленным, хотя обед пятницы его мне слегка подпортил. На кухне как раз попивали кофе девушки из бухгалтерии. Я с ними была знакома с момента прихода на эту работу, но близко не общалась. Близко общалась я обычно с их компьютерами, которые они умудрялись ломать так часто, что закрадывалась мысль о диверсии. Что, однако, не мешало нам вежливо здороваться и иногда перекидываться парой фразой. Кстати, именно благодаря этой парочке у меня под прозрачной пленкой на столе помимо важных телефонов, адресов, общих паролей появился шуточный приказ с какого-то из корпоративов, дающий мне персональное право не объяснять сотрудникам компании «почему вон эта штука не работает».

Я поприветствовала Юлю и Дашу и, проделав все необходимые манипуляции, стала ждать, когда кофе-машина выдаст мой заказ (а заодно стырила кусочек пирога, оставшегося после вчерашнего дня рождения одного из сотрудников), когда до моих ушей долетел отрывок разговора двух девушек:

— И как тебе?

— Ты не поверишь! Он просто лапушка! Красавчик! Слюни только успевай подбирать. А она, его новая, она же страхолюдина! Толстая, в очках, прически там отродясь не было! Куда ты смотришь, хочется его спросить?! А он с нее пылинки сдувает! — возмущению Юли не было предела.

— Да, обидка! — покачала головой Даша.

— Я и так перед ним и так!

— У нее кто предки?

— Не знаю, но не богатые точно.

— Ну, хоть не ради денег.

— Вообще не успокаивает!

Фредерик Шопен при первом знакомстве тоже решил, что знаменитая писательница Жорж Санд далеко не красавица, что, однако, не помешало ей заполучить его и с десяток других не менее известных мужчин в любовники, и «разработать» теорию о «стакане воды», хотелось мне ляпнуть.

Вспомнилась свадьба детей родственников, куда были приглашены мы с мамой и тетя Настя. Тетка тогда посмотрела на молодых и вдруг с грустью сказала, что брак у них будет несчастливым, вот так просто взяла и ляпнула, хорошо не при всех, потому что жена будет все время мужу за спину смотреть (жених, и правда, был симпатичный, да еще и немного моложе, хотя до Егора ему как до Парижа пешком).

О чем я вообще думаю?!

Разве не я считала, что мнение других должно лично меня волновать в последнюю очередь? А тут вдруг поменяла религию.

Кофе-машина замигала, и в чашку потек густой темный напиток, запах которого приятно защекотал нос.

У меня в жизни было не так много отношений. На самом деле из тех, которые можно отнести к таковым, их было всего… один. Его звали Леонид, и мы с ним познакомились на турбазе на Волге. Он был милым и приветливым, работал в Проектно-конструкторском бюро, мечтая занять место архитектора, прекрасно рисовал. Отношения (с его стороны) развивались стремительно, и до каждого из важных этапов он доходил гораздо быстрее меня. После трех месяцев общения он предложил съехаться. Я же была к этому не готова. Совсем. А он поставил мне условие — или семья, или свобода (он был меня старше лет на пять). Я выбрала свободу.

Это я сейчас понимаю, что там, в принципе не было той… хм… «искристости», которая имеет место быть, просто, когда Егор рядом. И мне теперь мечталось именно о таком (стремительном!) развитии событий с Егором, которых тогда так хотел Леонид. Потому что… Господи боже, Вика, у тебя сегодня первое свидание. Первое! С ним! А ты уже в голове разработала план на пару световых лет!

Почему нельзя выключить мозг?!

А я знаю почему! Подруженция моя ненаглядная во всем виновата! Анька! Ведь это настоящее чудо, когда твой любимый человек бросает все ради тебя.

Вот и мне захотелось поверить в чудо.

В общем баталии мозга с сердцем (причем, на пустом месте) продолжались до заветных семи вечера и сообщения:

«Я у входа»

И я, которая вечно уходит с работы последней, под удивленные взгляды Миши и Антона, быстренько расчесавшись, мазнув по губам светлой, почти бесцветной помадой, придав им чуть блеска (глаза у этих двоих стали по пять копеек, а у Миши так правый еще и задергался), поспешила вниз по лестнице, ибо ждать лифт сил не было.

На первом этаже в холле я притормозила и выдохнула, стараясь унять сердцебиение, и только почувствовав, что заливший щеки румянец чуть потускнел (надеюсь), вышла на улицу.

Мне кажется, или вполне обычный вечер стал вдруг каким-то более ярким и красочным. Привычный свет фонарей позолотил округу, снег падал с неба огромными хлопьями, и будто музыка играла тихо-тихо.

Нет! Чушь! Это предновогоднее настроение, новогодние украшения и вообще…

Егор стоял спиной ко входу на самой нижней ступеньке крыльца. Женщины, выходившие из нашего офиса, кидали на молодого мужчину заинтересованные взгляды, хотя были и те, кто не обратил внимания, но большинство наоборот надолго задерживали взгляд на его профиле.

Он стоял,