Читать книгу - "Принцип злой любви - Алена Воронина"

видеть, что львенок может быть таким заботливым с кем-то кроме себя, мамы, бабушки и меня немного.

Пашка что-то усиленно паял. Работы у него было невпроворот, и он не успевал, потому работал и по выходным.

— Пациент! — возвестила я с порога.

Друг приподнял голову.

— У меня тут уже лазарет забит, и пора крематорий открывать. Возьмешь два вызова на завтра на поздний вечер?

— Если недалеко. У нас завтра вебинар до фиг пойми скольки, его мне обслуживать, не знаю, когда освобожусь.

— Да нет, они, по-моему, вообще рядом с твоим домом, — мизинцем друг тронул экран телефона. — Да, точно.

— Ок, конечно. Что скажешь по моему делу?

Пашка хмыкал, пыхтел и прицокивал языком.

— Надо менять. Если не будет, то заказывать надо, она старая достаточно. Я помню, ты мне говорила, что чем быстрее, тем лучше. Я постараюсь, сам подшаманю, может, оживет.

— Спасибо, ты просто бог! Ладно, погнала я домой. Есть хочется страшно.

— Ок, беги! А нет, стой! — заорал мне вслед Пашка. — Я починил то, что ты просила.

— Что? — я проследила взглядом в направлении, в котором друг кивнул. На его рабочем столе, на самом краю лежал тот самый злополучный винт.

Черт! Я и забыла про него! Черт! Черт!

— Спасибо.

— Я перепаял контакты, он включается! Думаю, все сохранилось.

Лучше бы он сдох!

Автобус от конечной остановки загрохотал всеми частями механизма и по разбитой дороге тронулся в сторону более цивилизованного мира. В салоне почти никого не было. Конечно, воскресенье же. Аня не писала. Да и в сети была только утром, когда прислала мне сообщение. Ей сейчас не до чего.

Настроение как-то съехало, домой не хотелось. Завтра на работу, а там будет Антон. Он будет обижен и подавлен. И как быть в этой ситуации, я не знала. Понятно, что не я была тому причиной и все же чувствовала себя виноватой.

Позвонила маме. Они с папой были у знакомых, потому поговорить со мной родительница не могла. Соцсеть была забита сообщениями от Стаса с кодами и разъяснениями, скринами. Васька прислал кучу интересной инфы про новую приставку.

«Ты уже дома?»

В уголке экрана всплыло только что полученное сообщение и его автор — вид из вертолета.

Я опешила.

Да ладно?!

«Нет, но уже недалеко»

«Все хорошо?»

«Да. Как праздник?»

«Нормально. Отец уже отдыхает. Дашь профессиональный совет?»

«Могу попробовать»

«Какого перса лучше качать в Диабло?»

Эээ… Он там напился на празднике?

«Сорку на мой взгляд»

«Кого?»

Нуб русскоязычный!

«Я не знаю, как перевели на русский, я на английском играю. Соркересс — это… типа волшебница»

«Чародейка»

«Да, она самая»

«Спасибо, я как-то раньше не играл, времени не было, а тут все про нее говорят, даже интересно стало»

«Это странно, обновлённая игра вышла еще году в двенадцатом, и все уже очень ждут продолжения, но пока глухо»

Запрос на дружбу от Егора в свете последних событий меня уже не удивил.

Дома было темно и пусто. Хотя обычно пахло вкусно. Мда…

Одиночка-то я, как оказалось, только на словах.

Аня таки написала, что устроилась нормально. Костя снимает квартиру где-то в районе ВДНХ, это, кстати, недалеко от Васьки. Я прислала ей кучу смайликов и совет, если что, бежать к нему. Подруга прислала смайлик в ответ.

«Он вокруг меня прямо прыгает, мне даже немного не по себе. Страшно, что это все вдруг окажется ненастоящим»

«Вряд ли бы он тогда за тобой приехал и все это раскрутил с разводом. Все будет хорошо»

Потом позвонила мама, они ушли от гостей, и собственно причиной ухода и одновременно причиной того, что мама была на взводе, оказалось:

— Звонит мне Саша. Говорит, что приедет сама. Ты сидишь? Она покупателя нашла на квартиру! Мать еще в гробу не остыла, а она уже все дела обделала. Срок принятия наследства шесть месяцев, а она нашла покупателя! В другом городе живя! У меня слов нет!

— А раньше разве нельзя получить, если других наследников нет? — предположила я.

— Нет вроде бы. И с банками еще разбираться. Ой, ладно пусть делает, что хочет! К черту!

— И когда она приедет?

— Сказала в следующую пятницу.

— Мам, не нервничай! Не стоит это теперь того! — попыталась я воззвать к ее разуму.

— Мне за Настьку обидно до жути, всю жизнь прожила в каком-то аду! Ни семьи нормальной, ни денег. Померла, и тут даже после смерти от дочери ни грамма уважения.

Мама еще долго возмущалась, потом переключилась на то, что подруга ее, у которой они сегодня гостили, тоже хороша. Вместо нерадивой дочери воспитывает внуков малолетних, у самой ни здоровья, ни денег, а она за ними ходит. А дочь только руками разводит. Досталось и Ваське, который не звонил целых два дня и не докладывал, что у него все хорошо.

В общем, когда я отложила телефон, он был почти полностью разряжен, на часах одиннадцать вечера и сил у меня ноль. Даже есть перехотелось. Потому я налила себе чай, достала из Анькиных запасов баранок и конфет (все это мне велели доесть).

Упав на диван, я на мгновение закрыла глаза. Только на мгновение! Но разбудил меня будильник, который истошно вопил на телефоне.

Семь тридцать утра! Чай давно остыл. Баранки и конфеты лежали горкой на столе. А за окном темнота.

На работу я шла, как на казнь. Кажется, что за эти два дня я прожила целую жизнь и по офису топала с таким удивленным видом, будто не была тут минимум месяц.

Миша сидел на своем месте, загадочно поглядывая на монитор, Антон говорил с кем-то по телефону, завидев меня, махнул рукой и вернулся к разговору. Я, правда, все равно ощущала себя так, словно иду по минному полю… Что же, если Антон будет вести себя, как ни в чем не бывало, это очень даже хорошо, кроме того, что за него очень обидно.

Вызовы…

О боже, я вспомнила о них, когда было уже где-то в районе шести вечера, вебинар только завершился, и я разбирала собранные к сему мероприятию компы, Миша растаскивал системники и мониторы по разным подсобкам. За свои прямые обязанности — кучи запросов от сисадминов на почте — я еще не садилась. Ночь обещает быть томной. Вспомнились баранки на столе в спальне, они сейчас казались пищей богов. С работы я стартанула все же вовремя.

Я так весь день нервничала из-за Антона, что сейчас, когда меня стало отпускать, хотелось упасть в сугроб и умереть. Оба вызова, как назло, оказались еще и