Читать книгу - "Принцип злой любви - Алена Воронина"

class="p1">— Сторожевка же за городом?

— Да, но ты не волнуйся, я такси вызову, — обрадовал меня львенок.

— Мне нужен где-то час.

— Ок, позвони, как будешь готова, — обрадовался Игорь. — И это… ты денег с него не бери. Я все оплачу.

— Ты издеваешься? Конечно, не возьму. Особенно с тебя, — возмутилась я.

— Люблю тебя, — совершенно искренне заявил мне львенок.

Ничего не меняется у человека. Даже будучи в Москве.

— Прямо вижу, как ты меня любишь, гоняя за город в воскресенье вечером, — засмеялась я, а в душе была благодарна, когда есть дело — это хорошо, помочь кому-то — вообще отлично. А главное, не быть дома! А то есть шанс сдохнуть от тоски.

— И ты мотаешься так по чужим домам?

От неожиданности я подпрыгнула и резко обернулась, обнаружив перед собой в паре сантиметров от носа расстёгнутую на груди куртку и толстый синий свитер крупной вязки. Пока говорила по телефону, двор Михаила Федоровича я давно покинула, и как-то совершенно не ожидала, что Егор до сих пор идет за мной.

— А, ну… у меня работа такая, — пожала я плечами.

— И тебе не страшно? Может там псих какой-нибудь окажется?

— Психи мне больше на основной работе попадаются.

Егор пристально меня изучал. Снежинки кружились и искрились на солнце, как крохотные бриллианты, замирали у него в волосах, когда ты небольшого роста, от подобных наблюдений начинает затекать шея. Особенно, когда он так близко…

А оторваться сложно…

Сердце как-то странно бьется, вот сейчас должно было ударить, но удар пропустило, отчего в животе зародилось ощущение, что летишь вниз с высокой горки.

Не-не-не! Этой ошибки я больше не повторю!

— А как ты отвечаешь перед клиентом, если у тебя украдут, например, его ноутбук?

Это намек?

— Если вам надо возместить стоимость винчестера, то без проблем, скиньте реквизиты, куда перевести, — нежное чувство испарилось.

Он молчал, а я, прождав достаточно и не получив ответа, развернулась и пошла к остановке.

— Я очень зол, но надеюсь, ты не считаешь меня идиотом, который винит тебя в случившемся? — он догнал меня и преградил путь.

— Не уверена.

Его губы скривились в грустной такой усмешке.

— Брось. Представь, что у тебя обрубили все нити, связывающие тебя с дорогим для тебя человеком. Я так и не узнал ничего о его жизни и о его… гибели.

Повисшую тишину нарушали лишь далекий автомобильный гул и снежинки, они нежно шуршали по ткани куртки под ухом.

— Знае… те, может, некоторым тайнам надо ими и оставаться, вы ведь помните Артема хорошим человеком…

Блин!

— В том смысле, что…

— Я понял, о чем ты, — резко бросил он, а потом вдруг взгляд его смягчился, — может ты и права. Только смириться с этим тяжело.

— У вас есть отец, и вам стоит держаться вместе, если он вас потеряет, этого он уже не переживет.

Егор кивнул, на мгновение опустил глаза, но потом посмотрел на меня в упор и… протянул руку.

— Спасибо, и за отца, и за… Вообще за все.

Я пожала его горячую ладонь.

— Не за что!

— Ну, пока. Удачи тебе, — он улыбнулся. — Извини, если я тебя обидел чем.

— Все хорошо. И Вам удачи, Егор…

* * *

Михаил Федорович убрал со стола посуду, протер тряпочкой цветастую клеенку.

Вот и дожил до дня рождения, а судьба в этом году подкинула ему достаточно испытаний, чтобы отправиться на тот свет.

Но иногда вместе с бедами в жизни совершенно неожиданно появляются хорошие люди.

Вика Михаилу Федоровичу очень нравилась. Добрая, умная, симпатичная. И сердце у нее на месте. Чем-то она напоминала Аленьку. Супруга тоже была маленькая росточком, но с душой. И такая живая. Рядом с ней Михаил Федорович чувствовал, как жизнь не проходит мимо, а именно проживается. Вот и Вика такая. Вот кто в наше время будет помогать незнакомому старику? Повезло кому-то. Егору бы такую девушку. Его девушка не спешила знакомиться и вообще показываться на глаза Михаилу Федоровичу. Хотя, может сейчас и не принято так, но пожилой мужчина этого не понимал.

Ох и тяжелые были недели. Из больницы его забрал Егор. Он был весь потрепанный, хмурый, рука у него плохо разгибалась, гипс, говорят, только сняли. Но он был с отцом почти по-матерински нежен.

Семен же кидал на сына двоюродного брата рассерженные взгляды, хотя со временем сменил гнев на милость. А ведь брату приходилось нелегко. Внучка собрала вещи и, никому ничего не сказав, уехала, бросила семью. Было и еще что-то между сыном и Семеном, но они решили, видимо, поберечь нервы Михаила Федоровича. Хотя мужчина не сомневался, что со временем выведает, что случилось.

В связи с тем, что Егор раздал все долги и по болезни не работал последнее время, денег едва хватало на то, чтобы купить полбулки хлеба. Егор, конечно, этого отцу не говорил, деньги где-то брал, и на еду и на лекарства хватало, но сын не мог пока снимать квартиру, потому переехал к отцу. Это было хорошо, после больницы было тяжеловато. А вдвоем и, зная, что с сыном все хорошо, что он рядом, становилось лучше.

Вот даже хватило сил задуматься о маленьком празднике.

Квитанции на оплату, лежавшие на уголке на крыше серванта, осыпались, как осенние листья, согнанные сквозняком из приоткрытой форточки.

Ой, старый ты стал, Миша! Где очки? Только ведь разложил все чеки. Егор за все заплатил. А ты тут хаос навел!

Свою комнату Михаил Федорович настоял отдать в пользование Егору. Спал сам он плохо. Да и после всех лекарств в туалет хотелось чаще, а сын пусть отдыхает и высыпается.

Очки же по привычке старой лежали в той самой спаленке на полочке. Зайдя в комнату, Михаил Федорович вдруг улыбнулся, и на сердце почему — то потеплело. Вот просто так! Хотя нет, повод был! На столе рядом с компьютером Егора лежала нераспечатанная пачка бумаги.

* * *

Поездка оказалась вполне удачной.

Ну, как удачной. Ноут накрылся у человека, приятного мужчины чуть старше Игоря, действительно передвигавшегося после ранения в инвалидном кресле. Жил он вместе с матерью в окружении книг, растений в горшочках и двух больших котов.

Зарабатывал он тем, что помогал заполнять декларации в налоговую и подавать отчетность в разного рода фонды.

У него сгорела видеокарта, и оценить ущерб тут мог только Пашка, к которому я и поехала сразу из Сторожевки, а это ни много ни мало четко другой конец города. Но Игорь сказал, что чем быстрее, тем лучше. Чтобы друг не впал в уныние. Это было удивительно,