Читать книгу - "Магнолия в объятиях тумана - Алёна Морская"

То, что у Диана с Эйр отношения друг с другом хуже, чем у кошки с собакой, знали все, кто учился и работал в Фермоне, но сегодня студенты впервые увидели их ссору воочию.

– Что у вас? – резко спросила преподавательница, вставая в дверях, уперев руки в боки.

Её синие глаза тоже сверкали, а золотистые волосы, уложенные в плотную кичку, растрепались и походили на крохотные электрические разряды, вырывающиеся из головы.

– Мы хотим проведать Лагамара, – кротко ответил ей лорд Скирен-Квад со слабой вежливой улыбкой, словно опасался разозлить этой просьбой целительницу ещё больше.

Но Эйр, напротив, только обрадовалась его словам – глаза женщины заулыбались множеством морщинок, а пальцы переместились к груди, складываясь в молитвенном жесте.

– Ах, как славненько. Хорошие эмоции – залог выздоровления. Идите, идите, мои дорогие, – буквально пропела женщина, уступая дорогу посетителям.

Лагамар лежал на койке у самого входа, огороженный белоснежной ширмой. Из-под бинтов виднелось только его бледное лицо да чёрные глаза.

– Как ваше самочувствие, лорд Аншан? – первой подала голос Нариэн.

Остальные столпились вокруг койки, молча глядя на сокомандника. Даже Ли-Льен, слышавшая окончание спора преподавателей, заинтересованно посматривала на черноволосую голову.

– Не стоит беспокойства, – прохрипел тот. – Рана почти затянулась.

– А… глаза? – спросил Абелард, также подслушавший разговор Эйр и Диана.

– С ними тоже всё в порядке, – недовольно объяснил Лагамар, которому чуть ли не плохо становилось от такого дружного внимания. Вот уж кому посетители были в тягость. – Пострадало только магическое зрение, но оно… восстановится.

И без него можно продолжать обучение, и даже работать инквизитором. Но тому, кто занимается непростым артефакторным ремеслом, без способности видеть плетения энергий никуда. А ведь почти вся творимая магия, кроме стихийных ударов вроде огненного шара или разряда молнии, обычным человеческим глазам недоступна. Маг, лишённый магического зрения, может лишь чувствовать присутствие чистой и стихийной сил кожей, как чувствует грязную энергию, если она, разлитая повсюду, становится более концентрированной.

Истинное невезение.

Лица у всех приобрели скорбно-сочувствующие выражения. Одна Ли-Льен, пользуясь тем, что госпожа Эйр вышла, наскоро коснулась двумя пальцами обмотанной макушки.

– Как ты так ударился? – не удержалась госпожа магистр от вопроса. – Ни кости, ни мягкие ткани не задеты, а магический канал – пережат.

– На свой же артефакт приземлился, – проворчал парень.

Заметив, что все продолжают внимательно слушать, тот всё-таки пояснил:

– Он выпал из кармана, когда я падал. А когда я наконец упал, от соприкосновения из него вылетел магический импульс. Луч мог бы пролететь голову насквозь, не навредив, но на его траектории появился канал, несущий чистую силу к затылку. Как сказала госпожа Эйр, пока канал сам не раскроется обратно, то, что видят глаза, «не будет обрабатываться мозгом».

– Воистину высшее проклятие творит чудеса, – хмыкнула Ли-Льен, невольно поражаясь такой «удачливости».

– Мне сказали, что, если бы не вы, госпожа магистр, я бы не дожил не только до помощи целителей, но и до утра. Спасибо вам, – поблагодарил вдруг девушку лорд Аншан. Он слегка приподнялся, вежливо кивая ей. – Я ваш должник.

Госпожа магистр сложила руки на груди и ничего не ответила. Зато в разговор вклинился Абелард, а затем Баламут и Нариэн. Как бы ни хотелось Лагамару отдохнуть в одиночестве, у него не было на это ни шанса.

Когда Эйр всё-таки попросила студентов покинуть целительскую, Ли-Льен вдруг коснулась плеча лорда Скирен-Квада, заставляя его остановиться, и обратилась к преподавательнице:

– Мои навыки врачевания скромны, но даже мне заметно, что этот лорд симулирует здоровье. Он отказался от диагностики в Вырети, сославшись на отсутствие ранений, и не удивлюсь, если вам сказал, будто её уже провели. Но не могли бы вы всё же осмотреть его, госпожа целительница?

– Лилейн! – прошептал Абелард, обернувшись к девушке и нахмурив брови, но Эйр уже метнула в него цепкий лекарский взгляд и схватила лорда за руку.

– Ах, и правда, в ноге трещина и в ключице. А уж сколько ушибов! Ну-ка, дружочек, ступай-ка за ширмочку.

Лорд подчинился, но перед этим на прощание окинул свою внимательную фею долгим взглядом.

Глава 16

Золотой ветер и яшмовая роса

Следующее утро стало для многих большой неожиданностью: на арене вместо Моруса студентов встречал куратор второкурсников, который сообщил, что теперь за безмагическими тренировками будет приглядывать он. Основной же преподаватель физподготовки станет давать индивидуальные уроки для госпожи магистра и специальной команды на другом краю площадки.

Шестёрка первокурсников, включая хромающего Абеларда (на арене его поддержка ноги чистой силой не работала), прошла сквозь любопытных студентов до сидящего в первом ряду зрительских лавок куратора, который резко и чётко точил свой меч.

– Абелард, ты тренируйся за ареной, – начал раздавать указания серьёзный Морус. – Арьяман, Нариэн, вы потом его возьмёте на себя вместе с Баламутом, а пока разминайтесь и вставайте в спарринг друг с другом. – Он перевёл взгляд на оставшуюся парочку: – А вами двумя я займусь лично.

Ли-Льен поджала губы. Бал нервно передёрнул плечами.

– Насчёт физподготовки Баламута я в курсе, Перынское боевое училище, лицензия третьего ранга. Неплохо, а значит, не отлично. А что насчёт тебя, госпожа магистр? А то что-то я запамятовал, где ты там до нас обучалась? – поинтересовался инквизитор, буравя девушку суровым взглядом серо-голубых глаз.

Для всех Морус являлся её наставником, который до сих пор учил лишь магии, но не сражению на мечах.

– Усунская Академия боевых искусств, пятый ранг, – скромно ответила его «ученица».

– Пятый? Из пяти? Хотя погоди, как ты вообще сдала выпускной экзамен… – пробормотал Морус, взгляд которого погрустнел. – То есть ты обучалась в лучшей боевой академии, но до сих пор машешь мечом как газеткой от мух?

Девушка едва глаза не закатила. Преподаватель физподготовки тем временем отложил одноручный меч, создал чистой силой пару деревянных реплик и кинул ими в учеников.

– Ловите, будем повторять основы, – приказал инквизитор, запрыгивая на арену. – Вставайте в базовую стойку. Лилейн, это не двуручник! Баламут, не заваливайся, у тебя не опорная нога была сломана. Нариэн, не отвлекайся, Арьяман, не филонь и не поддавайся. Абелард, я всё вижу, хватит геройствовать!

Такой Морус сулил тяжёлые тренировки без права на отдых.

«Почему, когда вокруг меня создавали этот особый отряд, моего мнения никто не спросил?» – думала студентка, тяжело дыша, пока Бал вновь и вновь ударял её своим деревянным мечом.

Девушка то и дело путалась в базовых связках атак, которым, помнится, её давным-давно уже учила Минадора. Ещё и Морус бил плашмя мечом то по спине, то по ногам, исправляя стойку.

– Ты, Лилейн, даже не думай сверкать на меня своими чёрными глазищами, – как ни в